Лавка пряностей - Марьяна Лисичко

— Я боюсь оставлять Вас одну.

— Брось, милая. Я остаюсь не одна. А тебе уже пора в новую жизнь.

— Но я же вижу, что Вы замкнетесь в себе, как только я покину лавку!

— В смысле, покинешь? Ты что, решила в домохозяйки податься? Я уже старенькая, мне в лавке помощница нужна. Не с улицы же кого-то брать на твоё место.

Лицо Ксении засияло. Со всеми этими жуткими событиями девушка сама себе надумала, что её выгоняют насовсем. Новость о том, что работу в лавке пряностей бросать совсем не нужно, искренне обрадовала юную ведьму. Конечно, в планах у молодой пары был переезд в деревню, но не сразу, а лишь через пару лет.

— Давай, давай, поднимайся и выноси чемоданы. И не косись ты на них, не так далёк и сложен путь, чтоб уменьшать их. У тебя вон двое помощников есть, заждались уже.

Раиса вернулась в торговый зал и откинула прилавок. Следом вышла Ксения с парой чемоданов. Будущая свекровь тут же схватила их и понесла в автомобиль, ожидающий на улице. За остальным влюбленные уже пошли вместе.

— Ребятки, а давайте вечером ко мне? — бодро предложила лавочница.

Любослав и Ксюша переглянусь, расплылись в улыбках и тут же согласились. Из сумки показалась рыжая кошачья морда.

— И меня тоже возьмите. Не оставите же вы меня с Йориком дома!

— Не переживай, котяра, — ответила Раиса, — Ты стал достопримечательностью моей лавки. Так что, и ты остаёшься почетным работником данного заведения. И гостем в моём доме тоже.

Довольный кот скрылся внутри сумки. Юные инкуб и суккуб, нагруженные сумками, покинули лавку пряностей.

Работать в этот день Раисе стало невыносимо. Заперев двери, она отправилась за покупками. На рынке любили приходы ведьмы, и никто не обращал внимания на периодически выглядывающую из её корзинки рыжую курицу. Чудная старушка никогда не хамила, торговалась исключительно вежливо, и всегда набирала много. Жаль только, что приходила не слишком часто.

Тревожные и неприятные мысли Раисы гнала из головы хлопотами на кухне. Сири, изо всех сил пытающаяся развеселить и приободрить хозяйку, терпела неудачу за неудачей. Вспомнив подвиг телефонного звонка с помощью лап и клюва, пернатый фамильяр отправилась в прихожую. Ведьма даже не обратила внимания, что её курица кому-то позвонила. Так что, визит бывшего мужа стал для Раисы сюрпризом.

В четыре руки дело пошло пошустрее и повеселее. Кто бы что не думал и не говорил, но бывшие муж и жена даже после развода оставались близкими друзьями и родными людьми друг для друга. Разорванные узы брака не помешали им остаться одним целым.

— Раечка, облегчи душу, дорогая, — умолял старый гном уже не в первый раз, — Я же вижу, тебе очень плохо. Не дай Богиня, ты снова пить начнешь!

— Как начну, так и закончу. Не в первый раз, — ведьма не стала огрызаться, ее тон был спокойным, а голос тихим.

— Я переживаю за тебя! Да и на Сири смотреть страшно. Она всё сидит, словно чучело, и лишь изредка бормочет. Поговори со мной!

— О чём, Коль? О том, что я потеряла дочь? Снова⁈

Раиса отбросила венчик, которым смешивала заправку для салата, плюхнулась на ближайший табурет и заплакала. Николай отложил нож и наполовину нарезанные овощи, сполоснул руки и обнял бывшую жену за плечи. Ведьма трепыхнулась и взвыла, но затем прижалась головой к груди бывшего мужа и обхватила его руками. Рыдания не прекратились, наоборот стали еще громче. Старый гном знал, что так Раиса быстрее успокоится.

В кухню неуверенно вошла рыжая курица. Внезапная истерика хозяйки на странность благоприятно отразилась на пернатом фамильяре. Выглядела Сири всё ещё странно, но хотя бы слезла с насеста и начала самостоятельно перемещаться. Застав Раису рыдающей на груди бывшего мужа, курица вздохнула и взлетела на последний пятачок, не занятый тарелками и разделочными досками.

— Может, ты расскажешь, что произошло? — с надеждой спросил гном у Сири.

— Могу и рассказать. В конце концов, я одна из немногих, кого не выволокли из того дома в бессознательном состоянии или в мешке для трупов. Только не знаю, прояснит ли это ситуацию хоть как-то. Итог-то один.

Раиса, чья истерика уже шла на спад, разрыдалась с новой силой. Николай прижал бывшую жену ещё крепче и погладил по светлым волосам.

— Мы вошли в дом, — продолжила Сири, — чуть осмотрелись, вошли в комнату. Я уже приготовилась орать, но у меня от удивления клюв отвис. Нас встретила не менее удивленная Анечка. Ксюха была в берушах, все остальные потеряли дар речи. Ну, кроме кровожадной псины-людоедки, которая оказалась Татошкой. Той самой Татошкой, с которой мы в обнимку спали, вместе выпрашивали вкусненькое и носились по лесу.

— Это я уже знаю, но всё ещё не понимаю, как такое возможно. Ни одну ведьму не удавалось превратить в вампира! Про метаморфозы с фамильяром я вообще молчу. Ковен как-то прокомментировал, как вышло такое?

— Прокомментировал. Я хоть и ушла в себя, но все слышала и осознавала. После небольшого сбора старейшин высказали две теории. Первая — полная чушь, как по мне. Вроде как это всё из-за того, что Анечка особенная, редкий экземпляр наивысшей ведьмы.

— И правда, чушь какая-то. Физиология же у всех одинаковая. Обычная ведьма может прирастить голову обратно к телу, но укус вампира пережить не способна. Наивысшая или нет, но процессы в организме те же самые.

— Вот и я говорю, так себе теория. А вот вторая уже интереснее. Кровь нечисти же как наркотик. Ни один вампир не может устоять, чтоб не выпить жертву досуха. А у вас на крови, даже если это не совсем кровь, вся сила и держится. Прирастить голову — запросто, если в голове осталась кровь. И плюс в слюне вампира яд, который не только превращает человека в нежить, но еще и отравляет кровь ведьмы, не давая регенерировать.

— Так в чём теория?

— В том, что Татошка помешала тому вампиру выпить Анечку досуха, и пошёл процесс, который никогда ранее не исследовался за неимением добровольцев. В кровь ведьмы попал яд, но не так много, да и крови осталось достаточно, чтоб перебороть заразу крайне любопытным способом. Вампиром Анечка стала, но сохранила способности ведьмы в полном объеме, в том числе регенерацию и возможность не вспыхивать спичкой на солнце.

— Похоже на правду. Но что случилось с фамильяром?

— Вот скажи мне, как книжный червь, сколько существует способов обращения в вампира?

— Три, — не задумываясь ответил букинист.

— Помнишь, какие?

— Конечно. Первый — укус вампира не до смерти. Второй — проклятие, которое