Ознакомительная версия. Доступно 22 страниц из 143
- Марк Блэкторн, - сказал Джейс. - Я бы рад сказать, что ты изменился, но это не так.
- Это так, - произнес Марк. - Просто я изменился невидимым тебе путем.
Джейс, казалось, воспринял это с изяществом; он кивнул головой и посмотрел в сторону океана.
- Один ученый однажды сказал, что если бы океаны были настолько чисты и прозрачны, как небеса, чтобы мы могли видеть все, то никто никогда не вошел бы в воду. Ведь там живут ужасающие существа, всего в каких-то пяти милях глубже.
- Так говорят те, кто никогда не видел ужасов небес, - проговорил Марк.
- Может быть, - сказал Джейс. - У тебя все еще есть тот ведьмин огонь, который я отдал тебе?
Марк кивнул. - Я хранил его, пока находился у фейри.
- Я отдавал ведьмин огонь всего двум людям в моей жизни, - произнес Джейс. - Клэри и тебе, - он склонил голову набок. - Было что-то в тебе, когда мы нашли тебя в туннелях. Ты был в ужасе, но ты и не собирался сдаваться. Я никогда не сомневался, что когда-нибудь увижу тебя снова.
- Правда? - Марк посмотрел скептически.
- Правда, - Джейс улыбнулся своей легкой очаровательной улыбкой. - Просто помни, что Нью-Йоркский Институт на вашей стороне, - сказал он. - Напомни это Джулиану, если вы опять попадете в беду. Нелегко управлять Институтом. Кому, как не мне, следует об этом знать.
Марк хотел уже запротестовать, но Джейс уже повернулся и пошел обратно внутрь, чтобы присоединиться к Клэри. В любом случае, Марк сомневался, что Джейс обратил бы внимание на его протесты. Он явно видел всю ситуацию в Институте, но не собирался делать что-либо, нарушив при этом баланс.
Марк вновь оглядел горизонт. Рассвет наступал. Дорога и шоссе, пустынные деревья - все было радо наступающему дню. И там, на краю дороги, стоял Киран, смотря в сторону моря. Марк мог разглядеть только его тень, но даже тень Кирана был узнаваема, как ничья другая.
Он спустился с лестницы и направился к месту, где стоял Киран. Он не сменил свою одежду, и лезвие его меча, висевшее на боку, было покрыто запекшейся кровью.
- Киран, - произнес Марк.
- Ты остаешься? - спросил Киран, а потом принял печальный вид. - Конечно, ты остаешься.
- Если ты спрашиваешь, собираюсь ли я остаться с семьей или вернуться в Дикую охоту, тогда да, у тебя есть ответ на этот вопрос, - сказал Марк. - Расследование закончено. Убийцы и его Последователей уже нет.
- Но условия сделки не выполнены, - проговорил Киран. - Сумеречные охотники должны были предоставить убийцу под опеку фейри, чтобы мы вершили правосудие.
- Учитывая, что Малкольм мертв, а также масштабы предательства Иарлата, я ожидаю, что твой народ будет снисходителен к моему выбору, - сказал Марк.
- Мой народ? - повторил Киран. - Ты знаешь, что они не мягкосердечны. Они не были снисходительны ко мне.
Марк подумал о том, когда он впервые увидел черные глаза Кирана, вызывающе смотрящие сквозь его спутанные темные волосы. Он подумал о злорадстве других охотников, тогда имеющих возможность помучить и поиздеваться над принцем. О том, как Киран переносил это с высокомерием, сжимая губы и поднимая подбородок. О том, как он переносил то, что его отец выбросил его, как кость собаке. У Кирана не было брата, который любил бы его и отвоевал его назад. У него не было Джулиана.
- Но я буду сражаться за тебя, - он продолжил, встречаясь взглядом с Марком. - Я скажу им, что ты имеешь право остаться, - он не решался продолжить. - Увидимся... увидимся ли мы когда-то снова?
- Я так не думаю, Киран, - как можно нежнее произнес Марк. - Не после всего того, что случилось.
Лицо Кирина на мгновение скривилось от боли, но затем вернулось к прежнему. Его волосы стали серебристо-голубыми, а не того оттенка океана, что бывает по утрам. - Я и не ожидал другого ответа, - сказал он. - Хотя, я надеялся. Трудно убить надежду. Но, предполагаю, что я потерял тебя уже давно.
- Не так давно, - произнес Марк. - Ты потерял меня, когда ты прибыл сюда с Гвином и Иарлатом и позволил им высечь моего брата. Я мог простить тебя за всю боль, прочиненную мне. Но я никогда не прощу тебя за то, что Джулиан и Эмма страдали.
- Эмма? - спросил Киран, его брови сдвинулись воедино. - Я думал, так зовут другую девчонку, ту, по которой ты сохнешь. Твою принцессу.
Марка начал душить смех.
- Ради Ангела, - он сказал и увидел, как Киран побледнел от слов Сумеречных охотников. - Твое воображение ограничивается лишь ревностью. Киран... все, кто живет под этой крышей, не важно, связаны они кровно или нет, сплочены вместе невидимой сетью любви и долга, и преданности, и чести. Вот что значит быть Сумеречным охотником. Быть семьей...
- Что я могу знать о семье? Мой собственный отец продал меня Дикой охоте. Я не знаю, кем была моя мать. У меня есть три десятка братьев, все из которых были бы рады увидеть меня мертвым. Марк, ты все, что у меня есть.
- Киран...
- И я люблю тебя, - произнес Киран. - Ты все, существующее на земле и под небесами, что я люблю.
Марк посмотрел в глаза Кирану, серебряный и черный, и увидел в них себя, как и всегда, и ночное небо. И он почувствовал, как предательски потянуло под его ребрами. Он был тем, кто сказал ему, что облака могут быть его дорогой, что ему не придется заботиться о проблемах смертных: о деньгах, жилье, правилах и законах. Он мог ехать сквозь небеса над ледниками, через верхушки деревьев, о которых не знал ни один человек. Он мог спать в руинах городов, затерянных века назад. Его убежищем могло быть лишь единственное покрывало. Он мог лежать в руках Кирана и считать звезды.
Но он всегда давал звездам имена своих братьев и сестер. Сама идея свободы была прекрасна, но являлась лишь иллюзией. Сердце каждого человека было скованно любовью.
Марк снял свою подвеску в виде наконечника стрелы с шеи. Он взял руку Кирана в свою, перевернул ее ладонью вверх и положил кулон.
- Я больше не выпущу ни одну стрелу ради Дикой охоты, - он сказал. - Сохрани это, и, может, будешь помнить обо мне.
Рука Кирана сжала наконечник стрелы, костяшки его пальцев побелели. - Все звезды упадут с небес, прежде чем я забуду о тебе, Марк Блэкторн.
Марк легко коснулся щеки Кирана. Глаза принца фейри были широко раскрыты и лишены слез. Но в них Марк мог видеть огромную пустыню одиночества. Тысячи темных ночей были проведены без дома, в который можно было бы прийти.
- Я не прощаю тебя, - произнес он. - Но ты пришел помочь нам, в самом конце. Я не знаю, что бы случилось, если бы ты не пришел. Так что если ты будешь нуждаться во мне - если на то будет реальная нужда - позови меня, и я приду.
Киран прикрыл свои глаза. - Марк...
Но Марк уже отвернулся. Киран стоял и смотрел, пока он шел, и хотя он не двигался и не говорил, на краю утеса Копье Ветра поднялся на дыбы и издал крик, устремляя копыта в небеса.
Окна Джулиана смотрели на пустыню. В любой момент в течение последних пяти лет он мог поменяться и взять комнату Марка, у которой был вид на океан, но он не стал из-за идеи, что брат однажды вернется. И, кроме того, это была единственная комната с подоконником, на подкладке, где сейчас находились слегка потертые подушки. Он и Эмма проводили там часы вместе, читая или рисуя, а солнце через стекло превращало ее бледные волосы в огонь.
Он сидел сейчас там же, окно было открыто, чтобы унести с собой ароматы, которые все еще, казалось, витали над ним даже после душа: запаха крови и мокрого камня, морской воды и темной магии.
Все закончилось, наконец, подумал он. Даже самая странная ночь в его жизни. Клэри отвела его и Эмму в сторону после захвата Ансельма, обняла их, напомнила им, что они всегда могут позвонить.
Он знал, что Клэри, ее обычным способом пыталась сказать ему, сказать им обоим, что это нормально, возложить все заботы на нее.
Он знал, что это никогда не произойдет.
Его телефон завибрировал. Он посмотрел вниз на экран: это была Эмма. Она прислала ему фото. Никаких слов, лишь изображение ее шкафа: двери раскрыты, а фотографии, карты, линии и записи рассыпаны.
Он бросил джинсы и футболку и направился вниз по коридору. Институт находился в гробовой тишине и был окутан сном, и только звуки пустынного ветра на улице шелестели на стекле и камнях.
Эмма была в своей комнате, сидя около изножья ее кровати, телефон лежал на полу возле нее.
На ней была надета ночная рубашка, длинная с тонкими бретельками, бледно-белая в тускнеющем лунном свете.
- Джулиан, - она произнесла, зная, что он был там, не поднимая глаз. - Ты же не спал, да? Я чувствовала, что ты не спал.
Она поднялась, смотря на свой шкаф.
- Я не знаю, что с этим делать, - сказала она. - Я потратила столько времени, собирая все, что казалось уликами, предполагая, думая об этом и ни о чем другом. Это было моим большим секретом, основой всего, что я делала. - Она посмотрела в его сторону. - А сейчас это просто шкаф, полный барахла.
- Я не могу сказать тебе, что делать со всем этим, - произнес он. - Но я могу сказать тебе, что не стоит думать об этом сейчас.
Ознакомительная версия. Доступно 22 страниц из 143
