— А почему глаза не разноцветные? У тебя линзы?
— Какая разница?
— Дай догадаюсь… Скат… Управляет электричеством? Да? Это им ты ронял лифт и отключал систему климат-контроля?
— Зачем задавать вопросы, если ты итак все знаешь?
— И где ты его взял?
— У бабушки, — сердито огрызнулся Юки.
— Хорошая бабушка… А что еще у нее есть?
— Отстань… — Юки выглядел потерянным, словно он забыл о предмете и теперь вопросы Маруси были для него неприятным испытанием.
— А что ты так разозлился?
— Не хочу об этом говорить.
— На самом деле мне не интересно, — задумчиво сказала Маруся. — Просто удивилась, увидев у тебя предмет. Мне казалось, их довольно трудно достать.
— Кому как.
— Ты его украл?
— Я же сказал, взял у бабушки.
— Ну да, ну да… И много у бабушки предметов?
— Ты повторяешься! Все, хватит. Я не буду больше об этом говорить… или тебя теперь ничего другое не интересует?
— Я просто…
— Просто опять все повторяется. Сначала ты смотришь на меня, и я тебе нравлюсь…
— Ничего по…
— Только не надо вот этого! Я же вижу, что нравлюсь… а потом ты видишь предмет и тебя словно подменили. Все дерьмо наружу лезет!
— Юки…
— Все ведь так хорошо было…
— Да все хорошо, остынь. Что с тобой случилось?
— Я думал, ты можешь быть другой.
— Мне плевать на предметы, я просто удивилась…
— В тот раз тебе тоже было плевать!
— Нет! В тот раз я действительно искала именно предметы. Мне было нужно. Я должна была спасти Бунина…
— Можно я не буду слушать эту историю в сто пятнадцатый раз?
— Это просто бред! Мы целый день провели вместе, и нам было хорошо и весело. Неужели ты думаешь, что я была с тобой из-за предмета? Я вообще не знала, что он у тебя есть.
— Ну, теперь знаешь.
— И что?
— Какого черта я вообще с тобой связался?
— Не говори так.
— Ну, хорошо… Окей. Мы круто провели время, рад был тебя видеть…
— Юки…
— Поигрались, искупались… Может быть, еще увидимся. Пока.
Юки резко развернулся и пошел прочь.
— Стой! — Маруся бросилась за ним и повисла у него на плече. — Не уходи, пожалуйста! Прости меня…
— Уже простил, я не злюсь, — дежурно улыбнулся Юки, — До свидания. — Он резко дернул плечом, скидывая руку Маруси.
— Не уходи…
Очень некстати зазвонил телефон. Маруся удивленно посмотрела на него.
— Смотри-ка… Выжил, — словно с издевкой сказал Юки. — Водонепроницаемый.
Маруся не подошла, и они слушали назойливую мелодию, пока она не умолкла, но тут же появилась снова.
— Ответь…
Маруся отрицательно замотала головой, но вспомнила про ужин с мэром… наверняка это Хитоми и если она сейчас же ей не ответит, начнется паника, звонки отцу, в полицию… это будет лишним.
— Я сейчас… — наконец отозвалась Маруся и отошла к телефону.
— Да… Да, Хитоми, я помню. Ну конечно… Да, я почти готова. Хорошо. Через час? Отлично… я спущусь.
Маруся выключила телефон и обернулась. Но Юки уже не было.
* * *
Миниатюрная Хитоми была похожа на маленькую девочку, которая влезла в мамину одежду и туфли, пока та отлучилась на работу. Почему-то она думала, что обязана соблюдать дресс-код, поэтому носила строгие костюмы, туго затягивала волосы в хвост и носила с собой никому не нужную кожаную папку для бумаг. Еще она управляла таким же нелепым строгим автомобилем представительского класса, в котором обыкновенно ездят только скучные топ-менеджеры. При этом лицо Хитоми оставалось детским, кукольным, с нежным румянцем, маленьким ротиком и необычайно круглыми глазами, ростом она была не выше метра пятидесяти, к тому же обладала «мультипликационным» голосом маленькой мышки. Впрочем, внешность обманчива, при всей своей видимой беззащитности, на деле Хитоми была настоящей акулой. Она умела громко ругаться, выбивала места в переполненных ресторанах, разгоняла толпы фанатов и фотографов, и даже однажды круто отметелила какого-то здоровенного парня на парковке — Маруся так и не выпытала у нее причину конфликта.
Сейчас Хитоми сидела за рулем, рядом с ней дремал мрачный охранник с толстыми негритянскими губами, которые очень нелепо смотрелись на азиатском лице, а Маруся раскинулась на заднем сидении и пыталась следить за дорогой по телефонному навигатору.
— Нам надо сделать тебя красивой! — неожиданно сказала Хитоми и тут же свернула с главной дороги.
— А что, так некрасиво? — устало спросила Маруся, пригладив волосы.
На самом деле вид у нее был еще тот. Усталая, разбитая, собравшаяся за пять минут. Да и что уж там… с зареванными глазами.
— Не буду спрашивать, что случилось, — одновременно корректно и строго сказала Хитоми.
— И не спрашивай, — отозвалась Маруся.
— Там будет пресса. Много прессы. Много фотографий на всех сайтах…
— Хорошо…
— Ты должна быть свежей и красивой.
— Хорошо… — повторила Маруся и закрыла лицо руками.
— Нужно будет много улыбаться.
— Угу… — промычала Маруся, не убирая рук.
— Я могу отвезти тебя к доктору, он сделает укол и тебе на какое-то время не будет грустно… — словно размышляя вслух, сказала Хитоми, — но потом тебе станет так грустно… Потом ты даже можешь убить себя.
— Как мило. Можно я попробую своими силами? — наконец очнулась Маруся.
Хитоми быстро обернулась, взглянула Марусе в лицо и сокрушенно покачала головой, цокая языком.
— Очень плохие глаза и волосы. Очень плохо…
Машина резко затормозила перед красочной витриной салона. Охранник вздрогнул, всхрапнул, откинул голову и продолжил свой беспокойный сон.
Пока над ней колдовали сразу двое юношей в блестящих золотистых костюмах, более подходящих эстрадному дуэту, чем модным стилистам, Маруся пыталась уснуть. Но сон не шел, а вместо него в голову лезли самые неприятные мысли. Противно ныла совесть, словно Маруся была виновата в чем-то поистине ужасном и непростительном. Душила обида, ломала злость, давил страх… Марусе казалось, что она стала вялой и сморщенной, как древняя старушка. Она проклинала себя за то, как поступила с Юки, за то, что не удержалась с расспросами, не подумав, что наступает на больную мозоль… Почему она не сделала вид, будто ничего не заметила? Зачем нужно было устраивать этот допрос? Ведь ей действительно было плевать на предметы… ей нужен был Юки. Ей нравился Юки. Ей нравилось, то, что он, кажется, простил ее. Что между ними возникло какое-то прекрасное чувство… Она вспоминала его лицо и смех, и светящиеся глаза… Что если он не вернется? Как извиниться? Как поговорить с ним еще? Как найти его, если у нее не было ни его адреса, ни телефона. Она даже не знала, кто он на самом деле.
— Откройте, пожалуйста, глаза, — тонким голосом попросил один из парней, — Посмотрите вверх!
Маруся закатила глаза и почувствовала тонкую кисточку, скользнувшую по нижнему веку.
— Не хотите ли кофе? — тут же подбежал второй парень.
— Нет… спасибо.
— Ярче или так хорошо? — спросил первый, отойдя в сторону и оценивая результат.
Маруся посмотрелась в зеркало…
— Так хоро…
— Чуть ярче, — командным тоном перебила ее Хитоми. — И добавьте румянец, она бледная, как смерть!
Маруся посмотрела на Хитоми, не скрывая злости.
— Ты пытаешься сделать из меня матрешку?
— Кофе хочешь? — строго спросила помощница и нахмурила короткие бровки.
— Я же сказала, нет!
— Принесите кофе! — крикнула Хитоми.
— Ну что ты за человек? — вспылила Маруся.
— Ого, ты злишься! — удовлетворенно заулыбалась Хитоми, — Это очень хорошо. Мне не нравится, когда ты как овощ. Злость — это хорошо! Разгоняет кровь…
— Ты доиграешься… — пригрозила Маруся.
— У тебя даже румянец появился, — еще более радостно улыбнулась Хитоми и закивала головой, как болванчик. — Очень хорошо!
Какой-то мальчишка принес кофе и склонился, протягивая Марусе чашку. Маруся вежливо взяла ее и отставила в сторону.
