Толпа дерущихся Мертвочерепов и Гоффов подползла к багги и подтолкнула его опасно близко к краю ямы.
— Мой багги! — воскликнул Наззгронд и рванул вперёд в попытке спасти машину, но было уже поздно. Увлечённые дракой орки вывели багги из хрупкого равновесия. Он перевалился через край ямы, рухнул вниз и потонул в говне.
— Ааааааррр! — взвыл убитый горем Наззгронд. Вот теперь он сильно расстроился. Предприимчивый гретчин, продававший еду, похлопал его по плечу.
— Хатите купить сквига? — поинтересовался он, протягивая пухлое дрожащее существо. — Вкусный и свежий — читыре штуки за зуб!
Наззгронд схватил гретчина за загривок и швырнул его в ближайшую шоблу Мертвочерепов, довольно отметив, что малявка исчез в клубке орочьих лап.
Оглядевшись, он увидел, что бой теперь шёл по всему холму. Справа Понторез схватил Змеекуса за грудки и монотонно бил его башкой о тотемный шест Гоффов. У подножия холма пятеро толстенных Плахих Лун прыгали на тушке Мертвочерепа. Бадбак таки сумел выбраться из выгребной ямы, но его бионическая рука пострадала от сырости и вышла из-под контроля, раздавая оплеухи как своим, так и чужим. Наконец, она зацепилась за багажник мотоцикла Злосолнц, и Бадбака утащило по дороге. На крышах прыгали толпы гретчинов, подбадривавших своих хозяев воплями и избивавших кулаками воображаемых врагов.
Наззгронд помедлил, не зная, что делать дальше. Стоит ли вмешаться в драку между Гоффами и Змеекусами у дома воеводы (штратегия) или добить паникующих мародёров-гретчинов Мертвочерепов у выгребной ямы (тактека)? У него урчало в животе, так что он нагнулся и подобрал с лотка продавца сквигов сквига. Над его головой просвистел снаряд из болтера, врезавшийся в схрон боеприпасов, рядом с которым он стоял.
Салют вышел знатный: в небе рвались снаряды, пылал жёлтый, красный и белый свет. Дымовые гранаты разрывались облаками бледно-жёлтой пыли, а одна даже пролетела параллельно земле, врезавшись в дверь дома воеводы.
Буграт Врагодав, могучий воевода Гоффов и вождь покоряющей планеты оркды Врагодав, встал на обломок своей двери и обозрел беспорядок. Сквозь испарения от выгребной ямы воевода увидел Понтореза в изорванном плаще, всё ещё колотившего противника башкой о тотемный шест. Мимо прошмыгнули испуганные сопляки, искавшие укрытия для себя и зажатых в горстях сквигов. Куда бы ни пал его взгляд, везде он видел группы орущих и дерущихся орков. Что же творилось-то?
Дверь под его ногами качнулась, и из-под неё выполз обгорелый Наззгронд, сопровождаемый верным Зубоскалом, зажавшим в зубах обрывки знамени. Врагодав оценил ситуацию и отреагировал с тактом и чуткостью прирождённого орочьего вождя.
— ЧЁ ЗА ХЕРНЯ ТУТ ТВАРИТСЯ?! — поинтересовался он у контуженного Наззгронда, пытавшегося выпрямить рога на шлеме. Шишка Гоффов пошаркал ножкой и уставился в пол. Зубоскал пялился на то место, где должна была бы быть дверная ручка парадной двери Врагодава.
— Тут была драчка… — промямлил Наззгронд. — … но эта ни я начал, это…
— Драчка! — облегчённо проревел воевода. — Ну херли ж сразу не сказали?! Пагади менутку, я вазьму болтер, а патом атвидёшь миня туда!
Ни единое дуновение ветерка не тревожило лесной покров. Несмотря на это, Тигурий чувствовал выхлопы допотопного орочьего топлива уже за много миль. Вульгарно — первобытное эхо разумов зеленокожих врезалось в его мысли, их варварская жажда разрушения застилала разум зловещим красным туманом. Ища спокойствия, он глубоко вдохнул и повторил про себя мантры защиты и охранения. Неглубокая зеленая аллея выглядела безмятежной, дорога вилась между тремя командными бункерами, затем уходила за горизонт, в сторону ближайшего поселения планеты. Тигурия раздражал факт того, что орки попали на Эспандор, но другого пути заманить вождя Раззекая в ловушку не было.
Старшему библиарию ордена Ультрадесантников явилось видение этого воеводы, видение полное ужаса и насилия, видение империи, выстроенной на резне и крови. Тигурий чувствовал, что с силами Раззекая вскоре придется считаться, и, если его восхождение пустить на самотек, то вскоре из Карадона польется неудержимая волна орков.
Этого нельзя было допустить и была расставлена ловушка. Заставить Раззекая атаковать и уничтожить его, пока он не стал серьезной угрозой для Ультрамара. За спиной Тигурия космодесантники преклонили колена в молитве, технодесантик Харкус окраплял болтеры отделения Каскарус благословленным маслом. Горизонт освещался первыми лучами рассвета, и казалось, будто свет наполняет низко нависшие облака кровью. Брат Меридий поднял штандарт, и падающий свет окрасил синюю ткань зловещим багрянцем. Наблюдая за тем, как сервиторы загружают боезапас в орудия дредноута Люцерна, Тигурий вздрогнул. Как только были сказаны последние благословения над спусковым механизмом, массивный дредноут поднялся в полный рост. Будто почувствовав его взгляд, древний с поклоном повернулся к Тигурию.
— Они приближаются, старший библиарий? — спросил Люцерн.
— Да — кивнул Тигурий — Я чувствую их присутствие подобно вновь открывшейся старой ране
— Как скоро?
— Считанные минуты, если не меньше — мрачно произнес Тигурий.
— Тебя что-то беспокоит, старший библиарий? — спросил дредноут.
— Твоя проницательность не покинула тебя, брат Люцерн — заметил Тигурий — Да, кое-что меня беспокоит. Грядущая битва вызывает у меня плохие предчувствия. Я видел, как наш штандарт омыло кровью и над предстоящим днем сгущается тьма, я это чувствую. Я не вижу ближайшее будущее, и это меня беспокоит
— Это не важно — заверил его Люцерн — У нас есть план, и Кодекс Астартес направляет нас. Мы будем сражаться с отвагой и честью и победим
— Твои слова полны мудрости как всегда, брат Люцерн — согласился Тигурий — Пока нас ведет Кодекс, мы не потерпим поражение. Сражайся с отвагой и честью, мой друг
— Так же как и всегда — прорычал Дредноут — Пусть идут, их ждет только смерть
* * *
Битва закончилась, и хотя орки отступали, они не проиграли. Как известно, орки никогда не проигрывают. Победа — это победа, если все умерли, то все равно все умерли и это не считается. А если орки бегут — то они все равно вернутся за новым боем. Эти мысли крутились в голове Раззекая, пока он протаптывал дорогу сквозь обильную растительность человечьего мира, подальше от боя. Эта драка была совсем не такой какой надо — парни убили немного больших человеков в синей броне, но у самого Раззекая не подвернулось момента, чтобы развалить кого-нибудь из них надвое. Он уже чувствовал недовольство парней. Некоторые из самых больших орков тоже никого не убили, и им это не понравилось.
Ему надо было поскорее привести парней в новую большую драку, а не то они возомнят себя лучше его. А такие опасные мысли привели бы к разбитым головам некоторых орков. А может и к его разбитой голове. Как только он с парнями выберется с этой планеты, они найдут другую большую драку с большими и крутыми врагами. Это их порадует. Одновременно с тем как эта мысль формировалась в его голове, на животе Раззекая разорвалась кровавая рана. Он дернулся вперед, с его бронированных ног начала стекать кровь.
— Э! — зарычал он — Кто это сделал?
Позади Раззекая с беспечным видом стояла толпа парней во главе с большим меком, Зогмексом. В его мясистой лапе была зажата большая дымящаяся пуляла.
— Что сделал? — спросил Зогмекс, засовывая дымящуюся пулялу за спину.
— Ты только что в меня стрельнул?
— Да ты что, Босс — сказал Зогмекс, широко разводя свои мускулистые руки в невинном протесте, снова выводя пулялу на вид — Не, босс, не я
— Уверен?
— Точна — сказал Зогмекс, еще раз стреляя в босса из пулялы.
Раззекай дернулся назад, вылетевший болт срикошетил от толстого листа его мега-брони.
— Ну и зачем ты это делаешь? — спросил босс
— Незнай — передернул плечами Зогмекс — Показалось, что я мог тебя убить и стать новым боссом
— Ты? — ухмыльнулся Раззекай
— Да, я! — подтвердил Зогмекс
— Ну, все! — Раззекай с криком бросился на большого мека — Ты огребаешь!
К.Л. Вернер
Железная преисподняя
Небо напоминало багровый кровоподтек сиренево-охряного цвета, сквозь густые клубы пыли, загрязнявшие атмосферу, едва пробивались болезненно-желтые солнечные лучи. Идзанаги был «раненым миром», покалеченным и изуродованным атакой из космоса. Воющий ветер, который вздымал облака пыли, походил на мучительный крик планеты, взывающей к безразличной вселенной и бессильному Империуму.
Лорд-генерал Ро Нагасима протер линзы и взглянул на темные небеса. Губернатор-префект Идзанаги заверил его, что астропаты послали психический сигнал в эфир, хотя это едва ли утешало. Даже если психический крик услышали, и им был выслан вспомогательный флот, из-за превратностей межзвездного путешествия в варпе могли пройти годы, прежде чем к ним придет помощь. К этому времени от Идзанаги могло остаться лишь воспоминание.
