дар речи, но, вспомнив, на кого рассчитана подобная демонстрация, закашлялась, представляя лица тех, кто это прослушивал.
— Я тебя люблю, — закончил исключительно цензурную и настолько же неприличную тираду Ник. И отключился.
Шер повесила комлинк на пояс, стараясь не смотреть на подругу пристыженными глазами и пролепетала.
— Вот теперь водичка в самый раз будет… — бутылочка, приложенная к горячей щеке, приятно холодила, а пузырьки, покалывающие пересохшее горло, бодрили. Оставалось только ждать.
— Как-то, мы здесь шумновато… прогулялись, — взглянула Шер на подругу. — А вот у вас на Кореллии всегда было тихо и спокойно, ну, если не считать фанатов местного "выдержанного", — усмехнулась она. — Хотя это было так давно. И так недолго.
Внезапно Дэй расхохоталась.
— Сходили, твою эскадрилью, по магазинам. Знаешь, за сорок лет так весело я первый раз затариваюсь.
Хохот душил, на глаза выступили слезы.
— Тихо-тихо, моя хорошая, — потянулась к ней Шер и обняла женщину, успокаивающе поглаживая её по голове. — Всё позади, теперь всё будет хорошо… — ласково уговаривала её Шер. Женщине с такой мирной профессией досталось сегодня то, что не всем мужчинам по силам. Она понимала, что слезам надо пролиться, напряжению нужно дать выход, поэтому замолчала, укачивая Дэй в своих объятиях.
— Шер, хватит — это не истерика, это разрядка, — и Дэй погладила девушку по руке. — Хотя комедия несколько затянулась.
— Мне тоже кажется, что нам давно пора сидеть у себя на камбузе и пить каф, — задумчиво вздохнула Шер, поднимаясь с диванчика. — Но на "Случае" почему-то ищут партию спайса.
— Да они там что, совсем? — Дэй выразительно покрутила пальцем у виска. А потом озабоченно добавила: — Как бы не подкинули чего…
Глаза Шер стали ещё больше, она улыбнулась, глядя на кореллианку, тронула губы пальцем, и указала взглядом куда-то вверх.
— Не думаю. что здешние СБ-шники могут пользоваться такими запрещёнными методами, — сказала она громко и чётко.
— Очень на это надеюсь!
Шерги тоже надеялась. Хотя она и понимала, что спецслужбы — это спецслужбы, кому бы они не принадлежали — великой Империи или мирной Бакране. И лучше не встречаться ни с одной из них. Но почему-то так не хотелось разочароваться в синеглазом безопаснике, который их спасал сегодня всё время.
Между тем ожидание становилось уже гнетущим. Была выпита вода, они уже привели себя в порядок, смыв с волос запах гари, но так и не знали, что происходит вокруг "Случая". Казалось, где-то внутри звенит струна. И она натянута до предела.
Мерить служебку шагами Шер уже надоело. Холодный душ принёс только временное облегчение.
— А ты почему стала планетологом? — вдруг спросила она.
— Почему? — переспросила Дэй. — Не знаю. Судьба, наверное. Когда я была маленькой, хотела стать врачом, но мама была очень против. А потом… в интернате при КИК хорошие психологи, мы там все были будущие сотрудники и никак иначе, понимаешь? Вот и оказалось, что с моими склонностями только в планетологи. А потом мне понравилось. Я люблю путешествовать и работать в тишине. Вот так примерно, — и она пожала плечами.
— В тишине… — грустно усмехнулась Шер. — Как сегодня, например… А почему мама отсоветовала быть врачом? Ну да, эта работа требует очень много усилий души, зато и отдача… Чувство, когда кому-то помог, с которым мало что может сравниться. Ну, — улыбнулась она. — На меня ты не смотри, у меня специализация несколько… — Шер не стала развивать тему дальше, памятуя о том, что служебка на прослушке, и обернулась к дроиду, методично гудевшему при чистке её пиджака. — Может, закончишь уже?
— Она считала, что эта работа требует слишком много сил, и душевных в том числе. Пациенты ведь разные бывают. Ну и потом… всегда бывают те, кому уже не помочь. Так уж вышло, что для меня медицина так и осталась хобби. И хвала Великой Матери. Большинство камней боли не испытывают.
Шер покачала головой.
— Не испытывают, говоришь? Ну, не знаю… Шай вот с ними разговаривает даже. И они ей многое рассказывают. А медицина, возможно, потеряла в тебе хорошего врача, — продолжила она. — Ты так держалась сегодня, ты выдержанная и спокойная. Врачу без этих качеств нельзя.
— Спасибо за комплимент. Но нет. Медицина это не моё всё-таки, — не говорить же, что держишься только на силе воли, и что больше всего сейчас хочется закрыться где-нибудь и всласть повыть, — и да, я тоже разговариваю с камнями, но вот считать их живыми у меня оснований нет.
— Да какой там комплимент… — вздохнула Шер. — После такой-то прогулки… Да, в камнях я ничего не смыслю, вот Шай выдаёт очень интересное о неживом, — блеснула глазами она в сторону женщины. — Знаешь, мне одного жаль… Остановка на такой планете могла бы быть приятной, если бы не эти убийцы. И вместо цветов и неба запомнятся боевики, стрельба и… И местные безопасники. — закончила она.
— Шер, солнышко, — тихо сказала Дэй, — человек такое существо, что может выбрать, что ему помнить. Вот и помни траву и небо, а всё остальное — забудь. Или не вспоминай.
Женщина потерла лоб рукой.
— Что-то утомилась я сегодня. Спать хочется.
— Отдохни, Дэй, — мягко произнесла Шер. — Самое полезное из того, что мы можем сделать сейчас — заснуть.
Она перебралась на соседний диванчик.
"Дэй правильно сказала, мы сами выбираем, что помнить. Что вспомню я про Нар-Шадда через много лет, если они мне уготованы судьбой? Только встречу с Ником… А сегодняшний день, который не задался с самого пробуждения? В нём, оказывается, столько хорошего… Тёплая Дэй… синтезатор… добрые люди рядом…"
Ресницы сами собой смыкались, хотя образы ещё вспыхивали в сознании. Трава по пояс… стрёкот насекомых… пьянящий свежестью воздух этой планеты, где ей предложили жизнь, не меньше… Винсент Лоу, похожий на отца… Она ещё смогла улыбнуться, ощущая свою защищённость нежностью и заботой Ника, не давшего почувствовать ей своего напряжения… Его слова в рубке…
"Мой хороший…" — подумала она. И затихла.
Как с ней частенько случалось, хотеть спать и уснуть — очень разные вещи. Дэй смотрела на задремавшую Шер и перебирала в памяти события минувшего дня. Мужество хрупкой золотоволосой девушки потрясало и одновременно настораживало. Так стрелять могут только те, кого этому учили. Значит, девочка из бывших военных, и вряд ли зря их спаситель из местной СБ предлагал ей работу и чистый паспорт. Погибшего по ошибке парня было жаль, но как-то очень отстранённо. А ещё Дэй отчётливо поняла, что теперь у неё развязаны руки, и она со спокойной совестью может подарить кэпу карты, планы и всё прочее. Потому что по тому, что они нашли, нет ни единого отчёта, и не
