Ульве.
– Ты и сам видел, это был странный жест со стороны твоего учителя.
Задетый парень просто кивнул головой, но тут же преобразился в лице и с новым огнём в глазах выпалил:
– Значит, я должен показать, что могу постоять за себя сам.
Сэндэл понял, что на сей раз улыбается от удовлетворения.
– Да, ты должен, – жёстко подтвердил он, но потом немного мягче добавил: – Однако, поверь мне, за то время, что осталось… Как ты там сказал? До битвы? – Ульве притворно недовольно шмыгнул носом в ответ, а тем временем капитан закончил: – Нам лучше отдохнуть. А теперь пойдём.
Где-то через полтора часа на горизонте появились очертания леса. Деревья на этой планете были не в пример высокие. По докладу разведчиков стало известно, что Альшер вывел своё стадо в размере нескольких тысяч человек именно к нему. Они не стали заходить глубоко в его тернии, ибо знали, что с местной живностью без тяжёлого оружия им не справиться. Засечь, в каком примерном направлении двигались люди, не составляло проблем: отчёты, приходившие с продовольственных полей, говорили о том, что их ограбили. На них трудились только роботы, и, будучи запрограммированными во всём слушаться человека, те не могли воспрепятствовать изъятию еды.
– На складе Е-13ДА отсутствуют зенитки.
Сэндэл, находившийся в десантном ангаре, дабы следить за приготовлениями, повернул голову к говорившему.
К нему двигался Григорий Герцен в полном боевом облачении. Зрелище было впечатляющее. Алая броня представляла собой панцирный доспех с вырезанной на груди пылающей планетой. Все остальные части обмундирования были покрыты бесконечной вязью слов. Это были положения Книги Основ. В правой руке он держал свой шлем, сделанный в виде скорбящего лика человека: дань памяти сожжённых землян. А в левой руке просвещённый уверенно сжимал лабрис – двуручную секиру с лезвиями в виде полумесяца. Виониевую секиру.
– Неприятель забрал для своих нужд, – недоверчиво глядя на грозное оружие, пояснил Сэндэл.
Григорий проследил за взглядом капитана.
– На корабле, который забрал нас во время спасательной операции, оказались небольшие запасы виония. По прибытии на Миркелию мне разрешили выковать оружие.
– Только вам? – с неподдельным интересом вопрошал корсар.
Багровый воин расплылся в одной из своих широченных улыбок.
– Это тайна. А вот ваше оружие, Губитель… – Просвещённый будто пробовал это слово на вкус. – Расскажите, за какие заслуги вас им наградил Август?
– Я думаю, вы читали в докладах. – Капитан наконец отвёл взгляд от смертоносного лабриса.
– Читал, но хочется услышать из первоисточника. – Он выглядел в этот момент будто ребёнок, соскучившийся по армейским байкам отца.
– Как-нибудь обязательно.
Григорий закивал, слегка поджав губы, видимо, догадываясь, что это «как-нибудь» вряд ли наступит.
Сэндэл заметил, что с другого конца ангара к ним движется группа офицеров легиона. Подойдя, они отдали честь, и старший по званию, полковник, начал докладывать:
– Капитан, из рубки передают, что мы будем на месте через десять минут. Мои люди уже занимают места в капсулах.
– Хорошо. Доложите адмиралу, чтобы открывал огонь по зениткам, как только они будут в зоне досягаемости. Ещё не хватало, чтобы эти отбросы кого-то сбили. – Капитан на секунду задумался. – И ещё, дайте мне ваш линк, я хочу, чтобы все меня слышали.
Проведя все необходимые манипуляции, главарь корсаров прочистил горло и начал говорить:
– Я капитан Сэндэл Кёрт, сегодня все вы под моим началом. А теперь слушайте и вникайте: разрешается убивать только тех, кто нападает на вас. Если я увижу, что кто-то палит по бегущим или сдающимся, – сожгу заживо… – Динамики на «Архангеле-I» в точности передали металл, звучащий в голосе корсара, и все, кто его услышал, поняли, что это не пустая угроза. – Это касается и тех, кто сидит в корабле за оружейными расчётами. Не думайте, что я не замечу, если вдруг превратится в пар какая-то безоружная толпа людей. И ещё… – Он сделал паузу. – Если так случится, что оружие на вас наставит ребёнок, сами принимайте решение. – Ещё несколько секунд молчания и громогласное завершение: – Но такое вряд ли будет случаться повсеместно, так что все по местам!
Затаивший до этого момента дыхание ангар снова резко пришёл в движение.
Капитан развернулся к офицерам:
– Вы свободны, господа.
После этих слов легионеры пошли каждый к своей десантной капсуле.
– Ну а мы, дорогой друг, идём к своим.
Сэндэл повернулся и направился на верхнюю палубу к челнокам.
Где-то на лестнице его догнал просвещённый и изумлённым голосом спросил:
– «Мой друг» вы сказали? Отчего у вас такое приподнятое настроение?
– В крови поёт адреналин, – выдал со злорадной улыбкой корсар.
Через двенадцать минут ровно капитана сотряс удар от угодившего в корпус челнока снаряда.
– Не бойся, сынок! – кричал Эбер перепуганному Ульве. – Это нам ещё повезло! Зенитки установили от птиц, которые еду воруют, поэтому калибр маленький! А вот был бы он чуть больше…
– Я всё-таки пристрелю парочку наводчиков! – оповестил капитан присутствующих. – При такой мощи они не могут подавить дюжину огневых точек!
– Предлагаю подвесить их за ноги за корму, чтобы они тряслись на ветру на обратном пути! – внезапно заявил юноша.
Эбер взглянул на Ульве, будто тот только что материализовался прямо перед ним, затем повернулся к своему командиру со словами:
– Вот это я понимаю, настоящий корсар!
Сэндэл не удержал лёгкую улыбку.
Было решено, что легионеры будут десантироваться прямо на городок в капсулах, сея смятение и панику внезапным появлением, пока корсары спускаются на челноках. Махина «Архангела» заслонила собой звезду, дающую свет Терра-Нова, и наконец уничтожив зенитные расчёты, в молчании наблюдала за событиями внизу.
Высадка прошла неплохо, бойцы тут же рассредоточились по местности.
Поселение ренегатов, расстелившееся по холму перед лесом, представляло собой деревню почти в самом рассвете цивилизации – деревянные одноэтажные дома и земляные улицы.
На первый взгляд Сэндэлу показалось, что сражение действительно довольно жаркое, но, вглядываясь в окружающую действительность и слушая переговоры офицеров в динамиках шлема, убеждался, что всё-таки ни он, ни Шинджи не были достаточно близки в оценке предстоящей операции.
Женщины и дети, спасаясь, бежали на самый верх холма, где, разительно отличаясь от всех остальных строений, возвышалось здание куполообразной формы, сколоченное из листов металла и других материалов. Из открытых бойниц вёлся непрерывный огонь.
– Я думаю, нам туда, – заявил Эбер и навёл свой автомат на местную ратушу.
Сэндэл молча кивнул, и лейтенант скомандовал:
– Вперёд!
Группа из пятнадцати человек двинулась по узким улочкам наверх, проверяя промежутки между домов, водя стволами по крышам и заглядывая в окна.
Глаза ученика Григория были широко раскрыты от перевозбуждения, его движения были слегка нервными, но было видно, что пока он в состоянии себя контролировать.
Ульве
