Ознакомительная версия. Доступно 9 страниц из 56
– Нам всем придется принимать решения, Глеб. – Кирсанов посмотрел на Дымова и добавил: – Столкновения с искусственными интеллектами не избежать. Ника совершила ошибку, у нее нет достаточного опыта использования человеческих уловок, и она слишком ясно изложила намерения искусственных рассудков. Я не вербую тебя. Лишь хочу, чтобы мы все уяснили – технологии, использованные тут, – он жестом указал вокруг, – станут либо приговором, либо шансом на спасение миллионов людей.
– Сначала надо вырваться с Роуга, – мрачновато заметил Глеб. – Я не могу сейчас дать ответ на твой вопрос.
– Интеллекты попытаются достать тебя, Глеб, любым доступным способом. Они используют память Ники, напомнят, что сегодняшняя ситуация уходит корнями в твою ненависть к людям, взамен на лояльность предложат то, к чему ты стремился, – виртуальное бессмертие и прочие мысленные блага…
– Я помню все, что сказала Ника! – Глеб отвернулся. – Я чуть не убил ее здесь, на Роуге… Ты прав в одном – нам следует убираться отсюда. – Дымов вновь повернулся к Кирсанову. – Зови Айлу и Стивена, будем готовить «Аскета» к старту.
– Как ты сказал? – удивленно переспросил Андрей.
– «Аскет», – повторил Дымов. – Так я мысленно назвал корабль.
Зона гиперперехода системы Антропос
«Аскет» вышел из гиперпространства в четырех световых секундах от дрейфующей в глубинах космоса рукотворной конструкции.
Датчики боевой локационной системы мгновенно зафиксировали объект, автоматически заработало распознавание целей, – люди еще не успели прийти в себя после выхода корабля из гиперсферы, а на стереомониторы командного мостика уже поступили данные идентификации:
Обнаружена станция боевого терраформирования класса «Эдем». Идет анализ выявленных сигнатур.
– Боевая тревога! – Глеб, мельком взглянув на модель энергетической активности бортовых систем станции, включил герметизацию пилот-ложемента. Сложная противоперегрузочная конструкция тут же трансформировалась, замыкаясь в герметичную сферу из прозрачного бронепластика.
Стивен и Андрей молча подчинились, Айла же не торопилась последовать приказу, ее буквально зачаровал вид дрейфующего в космосе объекта.
Издалека станция была похожа на исполинское фантастическое растение: основой конструкции служил двухкилометровый стержень, внутри которого располагались системы управления, силовая установка, хранилища генетического материала. К внешней обшивке крепились вытянутые, похожие на лепестки или листья сегменты оранжерей, где агротехнические сервомеханизмы выращивали генетически модифицированные растения, выводили особые штаммы бактерий и микроорганизмов, создавая уникальные самодостаточные экосистемы в рамках программы боевого терраформирования планет.
Проект «Эдем» зародился еще на заре освоения космоса. В свое время он мог изменить ход истории, – если бы через гиперсферу, в поддержку колониальным транспортам, были бы направлены подобные роботизированные комплексы, то многие из колоний Великого Исхода, вместо веков деградации или предельно жестокой борьбы с чуждыми биосферами, получили бы шанс на спокойное планомерное развитие… Однако этого не случилось, колониальный проект «Эдем» был признан слишком дорогостоящим, нецелесообразным, и работы в данном направлении свернули.
Начавшийся четырьмя столетиями позже конфликт Земли и Колоний придал новый импульс исследованиям по преобразованию биосфер иных миров. На основе древних разработок были созданы и внедрены в серию станции боевого терраформирования планет, сначала уничтожавшие биосферы оккупированных силами Альянса миров, а затем воссоздающие на их поверхности генетически измененные экосистемы, призванные служить целям войны.
– Айла! Загерметизируй ложемент! – Гневный приказ Глеба заставил девушку вздрогнуть, оторвать взгляд от экранов обзора, вернуться в реальность.
Машинально коснувшись сенсора герметизации, она все же не удержалась от короткой реплики:
– Я не глухая!..
Две полусферические створки сомкнулись над ее креслом, внутри изолированного пространства включились автономные секции приборов, вспыхнуло с десяток голографических экранов.
– Глеб, это просто древняя станция. Расслабься, – добавила она, не ощущая угрозы.
– Станции «Эдем» входили в состав флота Альянса, – возразил Дымов, активируя подсистемы дальнего обнаружения и противоракетного щита. – Они оснащались средствами противокосмической обороны. На борту проводились секретные исследования, так что радушного приема ждать нечего.
– Но мы вышли из гиперсферы полторы минуты назад! И никто не думает на нас нападать!
– Расстояние еще слишком велико для ракет. – Дымов, в отличие от Айлы, не питал иллюзий. Он не сомневался – «Эдем» готов к бою, и как только «Аскет» пересечет незримую черту, оборонительные комплексы тут же начнут противодействие.
Фрегат отработал двигателями коррекции, в его обшивке открылись диафрагменные оружейные порты.
– Что ты делаешь? – возмущенно воскликнула Айла. – Глеб, мы не должны разрушать «Эдем»!
– Станция вооружена и окажет сопротивление, – сухо отрезал Дымов.
– Глеб, но есть же какой-то выход?! – взмолилась Айла. – Разве ты не понимаешь, что «Эдем» – это единственный шанс на возрождение биосфер многих планет?!
– Нет, не понимаю, – Дымов продолжал маневрировать, удерживая фрегат на безопасном удалении от станции боевого терраформирования.
– Там, на борту, уникальные генетические материалы, результаты многовековых исследований, сотни планетопреобразующих механизмов! – не успокаивалась девушка. – С помощью «Эдема» мы сможем наполнить жизнью выжженные войной миры! Ради этого стоит рискнуть!
– Хорошо, Айла, мы попробуем… – Глеб продолжал сканирование с безопасного расстояния. – Но я ничего тебе не обещаю.
Она повернулась, насколько позволили страховочные ремни, посмотрела на Глеба через преграду бронепластика и слабо улыбнулась краешком губ.
В ее глазах стыл лихорадочный блеск. Одержимая мечтой о живых, цветущих планетах, она внезапно получила негаданный подарок судьбы и не могла сейчас думать ни о чем ином. Даже состояние Глеба, его потаенная боль, ясно читаемая во взгляде, не останавливали, а, наоборот, лишь подстегивали ее уверенность в собственной правоте.
– Глеб… Я стану оживлять планеты, а ты – защищать их!.. – невольно вырвалось у Айлы.
Дымов лишь слабо усмехнулся в ответ.
Секундное наваждение рассеялось. Она отвернулась, снова глядя на «Эдем».
Пальцы Глеба легли на покрытую текстоглифами сенсорную клавиатуру.
– Стив, Андрей, готовим системы «Аскета» к бою. Старт АРК по готовности. Автоматические истребители в стартовых шахтах с первой по восьмую – в режим ожидания команды. Батареям – расчет точечного поражения целей! Начинаем боевое маневрирование!
* * *
Им не пришлось открывать огонь.
Станция оказалась наполовину разрушенной, в секциях оранжерей зияли пробоины, большинство боевых надстроек превращены в обломки.
Глебу с трудом давались некоторые решения. Он привык отвечать только за себя. Психология «Одиночки» крепко въелась в рассудок – просьбы других людей вызывали протест, казались необоснованными, ведущими к неоправданному риску.
Стивен и Андрей пока не доставляли ему моральных неудобств. Они выполняли приказы, не лезли в душу, не напирали с советами, как будто выжидали, исподволь наблюдая за Дымовым. Иное дело – Айла. Ее необузданная жизненная энергия, упрямый максимализм способны были вывести из равновесия кого угодно…
Вот и сейчас, украдкой посмотрев на девушку, Глеб заметил лихорадочный блеск в глазах Айлы, она буквально впилась взглядом в обзорные экраны, где система сканеров и оптических умножителей формировала истинный облик полуразрушенной станции.
– Ничего. На борту найдутся ремонтные сервы. Мы восстановим тебя, «Эдем»… – шептали ее губы.
Глеб вдруг вспомнил, как накануне она сказала ему:
В любой жизни есть смысл, как и в любом мире есть своя красота. Нужно только понять и увидеть ее…
Он вновь повернулся к экранам, взглянул на полуразрушенную станцию боевого терраформирования и вдруг подумал, что ему придется заново переосмысливать послевоенный мир.
«Жизнелюбия Айлы хватит на сотню таких, как я, – проклявших все и очерствевших душой. Она добьется своего, если надо – останется одна среди мертвых конструкций, будет мириться с тяготами, но восстановит «Эдем» и наполнит его новым смыслом…»
Я стану оживлять планеты, а ты – защищать их!..
Может быть, в ее невольно вырвавшейся фразе заключено истинное предвидение грядущего?
Глеб не знал. Пока не знал.
«Аскет» в последний раз озарился пламенем корректирующих двигателей и застыл напротив стыковочного узла полуразрушенной станции.
Ознакомительная версия. Доступно 9 страниц из 56
