Правда, их же ещё нужно было готовить. По всем академиям, летным школам и техническим университетам Эльгании был объявлен досрочный выпуск. Я лично обратился к курсантам и студентам, предложив хороший контракт: честную оплату, социальные гарантии, возможность роста и, что было главным, — защиту.
Я не скупился на базовые модели защитных браслетов, которые, впрочем, активно эксплуатировались на Земле. Пусть мои новые работники и не были инициированы системой и не могли прокачивать костюмы как навык, они, пусть и были не такие мощные как у меня или орков, всё равно обеспечивали беспрецедентную защиту, позволяя выдерживать запредельные условия окружающей среды. А для местных они и вовсе выглядели как чудо — адаптивная индивидуальная наноброня с функцией поддержки неограниченной автономности. Да за одну броню можно было требовать десятки лет службы, и желающие бы нашлись. Причём это касалось не только Эльгании, но и всей обитаемой галактики. Слишком уж уникальный товар, который мог производить только я.
Впрочем, я не скупился, добавляя к броне остальные плюсы службы на меня, и оценив это, на мой зов откликнулись. Через несколько дней под моим началом оказались тысячи молодых пилотов, техников, инженеров. Я брал всех, косых, хромых — заодно проводя лечение. Конечно же среди них хватало откровенных неучей, но в процентном соотношении, количество крепких специалистов внушало уважение. Всё же учили тут на совесть.
Показательным был сам факт. Я дал им то, чего у них никогда не было: свободу от страха быть проданным в долговое рабство, надежду на будущее и конкретную цель. И большую зарплату, конечно. Вот в чём, чём, а в деньгах у меня проблем не было. Попутно я продолжал печатать редкие ресурсы и вовсю пользовался новыми возможностями Системы, пересылая их на Землю и на Ксенотопию Елене, где уже они реализовывали их, пополняя мой счёт на миллионы кредитов, заодно продолжая скупать технологии, усиливая человечество в целом.
Вообще, перспективы, несмотря на угрозу карательного флота, вырисовывались более чем неплохие. Количество моих кораблей потихоньку росло. Под мои знамёна, распробовав бонусы, стремились встать сотни тысяч разумных. И я планировал брать всех. Даже тех, кто прямо сейчас был вроде как не нужен, потому что огромный штат наземных техников и обслуживающего персонала, чьи навыки в данный момент казались излишними, представлял собой потенциал. Разумных, умеющих управлять сложными системами, можно было относительно быстро переквалифицировать в операторов противовоздушной обороны, наводчиков корабельных орудий или специалистов по ремонту в полевых условиях.
Частные армии богачей тоже полностью перешли под мою власть и сейчас они под руководством орков готовились к войне, ощетиниваясь в небо всеми стволами.
Планета, еще несколько дней назад стонущая под пятой корпорации, ошеломительно быстро сменила руководство, заставляя меня гадать: мой ли управленческий гений послужил тому виной, боязнь орков или я просто оказался в нужном месте, в нужное время, дав разумным главное.
Надежду на лучшее будущее.
Глава 2
Большой грузовой транспорт с пафосным названием Верность Деметры, перевозивший ценную партию редкоземельных руд с Земли в распределительный хаб одной из звёздных систем, где он потом сортировался на более мелкие партии и расходился по всей галактике, совершал рядовой прыжок, уже многократно раз отработанный и ставший привычным для его экипажа. Следом за ним, держась на небольшом отдалении, прыгали два маневренных звездолета охранения. Но помимо них, охрана находилась и на борту грузовика.
На мостике, чуть в отдалении от кресла капитана, стояли две здоровенные фигуры — орки братья, Грот и Браг. С тех пор как начались нападения на грузовые маршруты, личная охрана из орков стала обязательным элементом для каждого экипажа корабля, помимо звездолётов сопровождения. Дважды это уже спасало Деметру и её капитана, Майлза Рено.
Один раз при стыковке на захудалой станции, где слишком любопытные техники, едва завидев в шлюзе грузовика массивные фигуры с секирами, резко передумали проверять что такого интересного лежит в ящиках с грузом. А второй раз — при нештатном досмотре независимыми инспекторами, уже на другой станции, чья агрессия растаяла, стоило Брагу бесшумно вырасти за спиной проверяющего и положившего ему на плечо свою здоровущую лапу.
Несмотря на то, что люди и сами были способны разобраться почти с любой проблемой, всё же прокачка и высокие уровни давали неоспоримое преимущество перед любым разумным, орки обладали уже устоявшейся репутацией и служили отличной страховкой, и сдерживающим фактором, позволяя землянам при этом выглядеть скорее дипломатами, каким-то образом, нашедшим подход к целой расе зеленокожих здоровяков. Ну и при необходимости здорово удивлять оппонентов, не ожидающих зашкаливающих личных боевых навыков от внешне выглядящих не особо опасными людей.
Майлз, пятый раз за вахту проверивший расчеты навигатора и нашедший всё безупречным, бросил взгляд на своих телохранителей. В обычной жизни они были балагурами и весельчаками, с которыми у них сложились приятельские отношения. Они уже не раз вместе выпивали в баре, несколько раз зачищали групповые порталы, делясь трофеями. Но здесь, в космосе, на боевом задании, они преображались. Во-первых, никогда не расставались с оружием и во-вторых, никогда не деактивировали свою броню, чей зелёный цвет разительно контрастировал с элегантными, стерильно-белыми защитными костюмами пилотов. Капитан считал придурью последние требования о том, что вне Земли они были обязательные для ношения в любой момент времени. Явно, какие-то перестраховщики перемудрили. Что им может угрожать в космосе, в кабине звездолёта? Даже если вдруг что-то и случится, они всегда успеют её активировать за долю мгновения, а если понадобится, то уйдут в портал, а туда никто из числа не входящих в состав участников, последовать не смог. По крайней мере, он ни разу о таком не слышал.
— Пять минут до входа в коридор. — Монотонно проговорил стандартную фразу штурман Ли Чен, не отрывая взгляда от мерцающих голопанелей. Его пальцы летали над сенсорами, проверяя данные. — Все показатели в зеленой зоне. Можно совершать прыжок.
— Принято. — Произнес Рено.
Последовала знакомая цепочка ощущений. Легкая вибрация, пронизавшая корпус корабля. Звёзды на обзорных экранах начали растягиваться в тонкие, дрожащие струны света и привычный гул прыжковых двигателей. Майлз, уже ощущая во рту привкус долгожданного кофе, потянулся к кружке в держателе у его кресла.
И в этот миг всё пошло под откос.
Вибрация изменила свою природу. Из ровного гула она превратилась в жуткую, хаотичную дрожь, будто корабль корпусом притёрся к астероиду, сдирая элементы обшивки. Гул двигателей взвинтился до пронзительного, разрывающего барабанные перепонки воя, а затем резко оборвался. Его сменила оглушительная, давящая тишина. Свет на мостике погас, на миг вспыхнули кроваво-красные аварийные лампы, отбрасывая на стены искаженные, прыгающие тени, а затем и они погасли, оставив лишь тусклое свечение нескольких аварийных светильников где-то у пола. Голографические экраны поплыли, превратившись в безумные, мерцающие калейдоскопы из пикселей и бессмысленных символов.
— Что за черт⁈ — Крикнул техник Шон О'Брайен, отчаянно колотя ладонью по сдохшей панели управления жизнеобеспечением. — Всё отказало! Первый и второй защитные контуры мертвы! Капитан⁈
За спиной Рено раздался неясный шум. Это Грот и Браг напряглись, готовые к неприятностям и поудобнее перехватили тяжелые секиры.
Корабль содрогнулся всем корпусом, будто его что-то пережевало и выплюнуло. Раздался оглушительный грохот — удар о что-то невероятно твердое. Деметра накренилась, заваливаясь на левый борт, и замерла. Майлза выбросило из кресла, он ударился плечом о стойку, но сумел уцепиться и удержаться на ногах. Орки, словно вросшие в палубу, даже не качнулись.
