Современные поделки — фигня картонная.
— Но общую мою мысль ты улавливаешь?
— Сюда прибудет кто-то, кто будет охотиться на нас?
— И на тех зомби, которые выживут.
— Я в молодости много фантастики читал, — сказал Федор. — Там часто утверждалось, что самый опасный хищник в обитаемой части вселенной — это человек.
— Надо же было фантастам как-то своей аудитории потрафить, — сказал Стас. — Вот лично ты себя в зеркале давно видел? Ну какой ты, на фиг, хищник?
Пока Федор не начал поджигать фаерболлы в попытках доказать, что он тоже вполне себе хищник, я поспешил сменить тему.
— Когда двинем?
— В ночь, — сказал он. — Чтоб к утру на месте быть, а к вечеру — уже назад.
— А Оксанке когда скажешь?
— Сейчас докурю, "калаши" в багажник кинем и скажу.
— Сколько там народу, по-твоему?
— Я знаю? Дневное заседание было, значит, депутаты, помощники, секретари-референты всякие, журналисты, обслуживающий персонал… Под тысячу может набраться.
— Тысячу можем и не затащить, — заметил я.
— А какие варианты? — спросил он. — Деда Егора с собой взять на усиление? Пушка у него знатная, конечно, но против тысячи и он не пляшет.
— Да не все же они зомби, — сказал Федор. — Кто-то и убежать мог.
— Мог, — согласился я. — Но исходить надо из худшего.
Мы принялись таскать оружие из подвала в машину Стаса и за этим занятием нас застукала Оксанкина мама.
— Что, Станислав, на деловую встречу собираешься? — поинтересовалась она, когда он укладывал в багажник последний гранатомет.
— Шли бы вы к себе, Зинаида Петровна.
— А мы, значит, с этим престарелым уголовником оставаться должны?
— Я вам уже много раз говорил, дед Егор никакой не уголовник. Он вообще в спецназе служил.
— Как будто одно другому мешает, — сказала она, поджав губы. — Знаешь, Станислав, я до сих пор считаю, что моя дочь совершила огромную ошибку, выйдя за тебя замуж, однако в данных обстоятельствах я бы предпочла, чтобы ты никуда не уезжал.
— Мне надо, — сказал Стас. — У меня квест.
— У тебя всегда то квест, то предвыборная кампания, то друзья пиво в баню пить позвали, — сказала она. — А на семью у тебя времени нет. Последние дни наступили, а ты все такой же.
— Так, прекращаем разговор, — сказал Кабан, сверяясь со своим внутренним интерфейсом. — А то у меня жизненные показатели вниз поползли.
Она поджала губы еще сильнее, так, что они стали практически не видны, и удалилась, гордо подняв голову.
— Она ж Ксюхе весь мозг выест, пока нас не будет, — вздохнул Стас.
Он пошел объясняться с женой, а мы с Федором разбрелись по гостевым спальням, чтобы хоть немного отдохнуть перед грядущей поездкой и массовым политическим рубиловом.
Ясное дело, отдохнуть нам система не дала.
Стоило мне только улечься на постель и сомкнуть глаза, как перед ними повисло очередное системное сообщение.
"Внимание, игроки.
Вы можете принять участие в локальном ивенте "Вечный покой".
Когда Солнце окончательно закатится за горизонт, на местном кладбище восстанут мертвые. Покойники ненавидят все живое, и в первую очередь, вас. Дайте отпор ордам нежити или бегите".
Не, я понимаю, зомби-апокалипсис, все дела… Но это уже ни в какие ворота не лезет.
Я оделся, прихватил Клаву и спустился на кухню. Федор был уже там, скоро к нам спустился Стас со своими женщинами, дед Егор пришел последним.
— Ага, — сказал Стас. — Значит, флаеры на ивент всем раздали.
— Угу, — сказал я. — Когда у нас тут Солнце окончательно закатится?
— Сейчас посмотрю, — Каан по привычке выудил из кармана мобильный телефон, разблокировал экран, чертыхнулся и бросил бесполезный без интернета девайс на стол. — Когда у нас тут закат, дед Егор?
— Через час где-то, ек-макарек.
— А народу на местном кладбище много лежит?
— Немного, тысячи две-три. Это ж старое кладбище, теперь на районное хоронить ездят.
— Две-три тысячи, — повторила за ним Зинаида Петровна. — О господи.
— Реальность воплощает сюжеты песен "Короля и Шута", — заметил я. — И какая она после этого реальность?
— Хреновая, — сказал Стас. — Зомби у нас были, теперь еще нежить полезла.
— Ну, строго говоря, зомби — это тоже нежить, — сказал Федор.
— Ты нам лучше про скелеты расскажи, теоретик.
— Скелеты — это нежить низкоранговая, в играх они обычно самые легкие противники из фракции неживых, — сказал Федор. — Колющему урону поддаются не очень, а вот дробящее оружие против них особенно эффективно. Молоты там, дубинки.
— Идеально, — сказал я.
— Но, конечно, от их уровня тоже многое зависит. На высоких уровнях там уже личи и костяные лорды могут быть.
— Да откуда у нас тут лорды, ек-макарек, — сказал дед Егор. — Голытьба одна.
— А тебе, Станислав, обязательно нужно было купить дачу рядом с кладбищем, — заявила Зинаида Петровна. — Я ведь говорила, что с выбором направления ты поторопился.
— Как будто на Рублевке кладбищ нет, — буркнул Стас. — Ладно, девочки остаются, мальчики уезжают бить нежить.
— Я с вами, — сказала Оксана. — Целитель в бою пригодится.
— Нет, — сказал Стас.
— Не вздумай даже, — одновременно с ним сказала Зинаида Петровна. — Я вообще против того, чтобы мы в это вмешивались. Это местное кладбище, пусть местные жители с ним и разбираются.
И она с выражением посмотрела на деда Егора. К его чести, старикан взгляда не отвел.
— Мы сейчас в вопросах юрисдикции разбираться не будем, — сказал Стас. — Если местные не выдержат, нам всем прилетит. Пошли, ребята.
До кладбища на машине было минут пять езды, и мы оказались там чуть ли не первыми. Местные потихоньку подтягивались, поодиночке и группами, но было их не слишком много. Та же компания, которой мы днем ходили бить зомби на лугу, плюс еще пара человек.
Ружья, топоры, лом.
Кладбище начиналось за невысокой оградой, и пока на нем все было спокойно. Как на кладбище.
Но и Солнце еще не зашло.
— А вот интересно, как это будет осуществлено чисто технически, — задумчиво сказал Федор. — Кладбище-то старое, сколько там осталось тех костей?
— А у меня тут бабка лежит, — вспомнил вдруг дед Егор. — Вот и свидимся, ек-макарек.
И погладил ружье.
— Вряд ли они все одновременно откопаются, — сказал Федор. — Скорее всего, волнами будут атаковать, по нарастающей.
— Это откуда такие сведения? — поинтересовался я.
— По логике. Игровой. Система должна предоставить игрокам шанс.
— А если они тоже игроки? — спросил Стас. — Может, у них тоже интерфейс есть, опыт капает и квесты выдаются. Откопайся из могилы — сто очков опыта, завали живого — еще двести.
— Это как-то бесчеловечно, — сказал Федор.
— Ну да, конечно, — сказал Стас. — А у нас тут гуманизм и милосердие во все поля. Вон, человеку, возможно, в родную бабку придется из ружья стрелять.
— Не, — сказал Федор. — Ну
