исследовательского отдела города-поселения Мортмен.
[Далее выписка из личного дневника главы исследовательского отдела. Датировано 382 года назад]
Это конец. Проект «Возрождение» должен был стать нашим новым началом! Второй шанс для всего человечества после [удалено]. Но мы оказались не правы. [удалено] уничтожили практически всё. Я сижу в своём кабинете и боюсь даже ступить за порог. [удалено] повсюду! Я слышу, как они [удалено] и [удалено] моих коллег. Слышу их крики и вопли!
Мортмен не устоял, как не устоит и [удалено]! Мы оказались слишком самонадеянными в поисках [удалено] и наткнулись на [удалено] даже не представляя, с чем будем иметь дело. [удалено] никогда не должен быть раскрыт, никогда! Это была наша самая величайшая ошибка со времён внедрения [удалено] в тело [удалено]. [удалено]! О чём мы только думали? Это [удалено] и откровенно глупо!
Не знаю, сколько людей успело спастись, и сумеем ли мы отроиться заново! Моя семья уже мертва, она вернулась в принтер и сейчас танцует среди матричных импринтов, дожидаясь меня. Всю мою карьеру меня постоянно обвиняли в [удалено] и [удалено], но они даже представить не могли, что падением станет обычный [удалено].
Всё, [удалено] прорываются внутрь, а значит, моё время настало. Меня зовут [удалено] из исследовательской лаборатории [удалено] в [удалено]. Те, кто прочитает мои последние слова, знайте: мы этого не хотели. Проект «Возрождение» должен был стать нашим домом, а не [удалено].
Я дочитал последние строки и задумался. Речь явна шла о последних минутах существования Старого города, но даже отрывистое повествование помогло составить кое-какую картину. Значит, проект — это не просто принтеры и заселение новых рубежей, а целая цепочка последовательных работ. Очень похоже на повторную попытку колонизации, но здесь? Где ничего не растёт?
Мне приходилось множество раз задаваться вопросом, что это за место, и почему оно выглядит так, словно всё накрыли ковровой бомбардировкой из ядерных боеголовок, при этом не оставив и следа. Где радиационный фон? Где кратеры? Где хоть что-нибудь, что поможет понять? Откуда взялись экскувиаторы и охотники?
По словам человека, они наткнулись на нечто такое, после чего пал целый город, и им пришлось выстраивать новый. Ответ был очевиден, но мне нужно знать наверняка, а единственный способ — это прочитал оригинал, которого здесь нет. Видимо, придётся искать ответы в Коконе, но хотя бы теперь понятно, что такое проект «Возрождение». В общих чертах.
Резкая боль в виске вывела меня из задумчивого транса, и я на инстинктах выдернул кабель подключения.
— Отлично! Значит, сработало! Ты меня слышишь? — раздался из наушника тот самый голос.
— Сука, это ты меня так? Какого хрена?! — прошипел я сквозь стиснутые зубы, хватаясь за голову.
— Нет, это был не я. Меня раскрыли, Смертник, ты должен мне помочь.
— Хреново тебе, — безразлично бросил я и медленно поднялся на ноги.
— Видимо, ты не понимаешь, с чем мы имеем дело. Меня раскрыли даркраннеры Директората, и в данный момент вся их интеллектуальная мощь направлена на поиски соединений, которые рано или поздно приведут к твоему Нейролинку. И если ты закончил острить, то я спешу тебе напомнить о том, что сознание твоего друга напрямую связанно с имплантом. Если поджарят меня, сигнал пойдет по цепочке — и погибнем мы все. Ты меня понял?
— Сука! — гневно выругался я, кинув взгляд на закрытую дверь. — Ты уверен в этом?
— Более чем, — торопливо ответил голос. — Я уже отбил две атаки, но они продолжают на меня наступать. Их слишком много.
— Ладно, ладно, что ты от меня хочешь? Как я могу тебе и … нам всем помочь?
— Нейролинка будет мало, даже он не сможет противостоять частной армии даркраннеров Директората. Тебе нужно взаимодействовать с ними физически и оборвать соединение вручную.
Я нахмурился, устало потёр переносицу и раздраженно спросил:
— Ближе к сути — каким образом взаимодействовать?
Повисла долгая пауза, изредка прерываемая тяжелым дыханием человека, а затем он медленно выдохнул и произнёс:
— Убить. Тебе придётся их всех убить.
Глава 19
«Каждая перезагрузка — это акт милосердия по отношению к структуре. Старая форма умирает, чтобы освободить место обновлённой функции.» (Кодекс Генетика — Выдержка из раздела по реструктуризации)
Голос в этот раз не стал пытаться манипулировать и говорил правду. Первая атака оказалось не такой сильной, но после того, как резкий импульс в затылочную долю мозга заставил моё тело скрючиться в позе зародыша, я понял, насколько всё серьёзно. Помимо моего собственного благосостояния, на кону стояла жизнь Трева, чей разум напрямую был связан с моим Нейролинком.
Мне всё ещё предстоит понять природу этого явления, но сейчас нет времени копаться и разбираться в теории. Если в ближайшее время я не вырежу атакующих нас даркраннеров, то можно ставить точку в моём походе на Город и возвращаться в принтер.
Я с трудом отыскал в себе силы подняться на колени и услышал стон ревущей нервной системы. Она яростно сопротивлялась потугам сигнала, поступавшего через мой имплант, и всячески старалась защитить носителя. Правда, парочка лампочек у меня всё же потухла, и на время показалось, что я ослеп.
Видимо так себя и чувствовали мои жертвы, прежде чем умирали в мучениях, падая замертво с напрочь выжженной электронной начинкой в головах. Повторять их судьбу мне хотелось в последнюю очередь, однако Нейролинк пока держался. Я ощутил себя окруженным со всех сторон голодными гиенами, которые подло кусались, каждый раз оставляя кровавую
