знаки Магистра никогда не останавливали.
Даже дорожные.
— Посмотреть, все ли у вас нормально, — сказал он. — Я вижу, деревья растут, листва шелестит, тетивы все еще упруги, а молодые воины слоняются без дела.
— И?
— И это ненормально, — сказал Магистр. — Я имею в виду, последнее. Молодежь нужно чем-то занять.
— Чем?
— Какой-то ты немногословный, — сказал Магистр. — Это странно для эльфа. И еще более странно, что вы до сих пор не выплатили долг крови. Что вы не закрыли модераторский квест.
— И ты пришел, чтобы напомнить нам об этом?
— Я пришел, чтобы напомнить вам о традициях, — сказал Магистр. — О ваших же традициях. О том, что ваши князья и ваши воины все еще не отомщены и дух их взывает к потомкам, и они неодобрительно смотрят на вас…
— Из ниоткуда, — сказал Риэль. — Потому что умерший последней смертью уже не может смотреть.
— Это было образное выражение, — сказал Магистр. — Твой предшественник понимал такие вещи.
— Мой предшественник мертв, — сказал Риэль. — Так же, как и его предшественник. Несколько поколений наших воинов убивались об этот… модераторский квест.
— И ты, типа, не хочешь повторить их ошибки?
— Ты понимаешь.
— Что ж, раз эльфы забыли про честь, я готов предложить вам сделку, — сказал Магистр. — Как насчет…
— Нет, — сказал Риэль. — Мы уже отказались от этого квеста и приняли наложенные Системой штрафы.
— Это унизительно, — сказал Магистр.
— Да, — согласился Риэль. — Но только здесь я вижу возможность сохранить Дом. Мы переживем этот позор и восстанем и засияем в прошлом величии.
— Когда-нибудь очень потом, да?
— Пусть так.
— А если я отменю эти штрафы?
— И что ты хочешь взамен?
Магистр сказал.
Риэль покачал головой и показал на брошюру, которая лежала на небольшом столике у его трона. Ее автором значился А.Ф. Сумкин, а на обложке была изображена разлетающаяся на куски планета. Брошюра носила название “Разрушитель миров существует и он родом с Земли”.
— Мы больше не берем заказы в этом секторе, — сказал Риэль.
***
Это было безопасное место, и посещали его только очень опасные люди, и Первый Игрок, пожалуй, был самым опасным из них.
Здесь его в лицо не знали, но были предупреждены о его визите, и он беспрепятственно добрался до начальственного кабинета.
— Я вижу, ты всерьез решил сменить интерьер, — сказал он, оглядывая резную мебель и пляшущих на стенах золотых драконов.
— Просто у нанятого мной дизайнера отсутствовало чувство меры, — сказал Такеши. — Я просто попросил его сделать обстановку чуть более этнической, а получил вот это вот все.
— Трудно было заполучить место Рейна? — поинтересовался Магистр.
— Вовсе нет, — сказал Такеши. — Пара слов там, пара слов тут, связи-то у меня были давно налажены.
— Я всегда знал, что ты поднимешься, — сказал Магистр. — Сразу увидел твой потенциал.
— Да мы толком и не знакомы, — сказал Такеши.
— Иногда личное знакомство совсем необязательно, — сказал Магистр. — По делам их судите, а не по словам.
— А, ну да, — согласился Такеши. — Возможно и так.
— Значит, ты сейчас контролируешь всю преступность Системы?
— Не всю, — сказал Такеши. — Только организованную ее часть.
— Значит, около девяноста процентов?
— Около того, — согласился Такеши.
— Мне столько не нужно, — сказал Магистр.
— Прости, что?
— Я говорю, столько мне не нужно, — сказал Магистр. — Но некоторую помощь я от тебя все таки приму. Как ты сам понимаешь, далеко не безвозмездно.
— И чего же ты хочешь?
Магистр сказал.
— Я тоже много о тебе слышал, — сказал Такеши. — Чего уж врать, я тебя даже какое-то время изучал, ну, скажем так, для общего развития, и некоторые твои ходы вызывают у меня искреннее восхищение…
— Но, — сказал Магистр. — После такого обычно говорят “но”.
— Но не надо быть семи пядей во лбу или каким-то там гениальным аналитиком, чтобы понять вот что, — сказал Такеши. — Из того, что я о тебе знаю и из наших предыдущих несуществующих взаимоотношений, следует, что обратившись ко мне, ты идешь по нисходящей, и все, к кому ты обращался до меня, тебе уже отказали. Боюсь, что мне придется последовать их примеру.
— Ты правильно делаешь, что боишься, — сказал Магистр.
— О, не принимай все на свой счет, это просто фигура речи, — сказал Такеши. — Я не сомневаюсь, что ты, как говорит один наш общий знакомый, на меня затаишь, и меня это несколько тревожит, но предприятие, в которое ты пытаешься меня втянуть, тревожит меня куда сильнее. Боюсь, что и для меня и для моей организации это может вылиться в полнейшее фиаско.
— Значит, это чисто деловой подход? — уточнил Магистр.
— Не факт, — сказал Такеши. — Хотя определенная доля справедливости в твоих словах есть. Но тут много всего, на самом-то деле. Я считаю, что ввязаться в эту авантюру будет большой ошибкой для нашей организации. И я не хочу делать этого из личных соображений. Кроме того, мне кажется, что ты забыл про первое правило, а оно непременно будет нарушено.
— Ах, это первое правило, — сказал Магистр. — Ты же понимаешь, что он сам его придумал?
— Что не мешает этому правилу работать, — сказал Такеши.
— А если я скажу тебе, что в эти дня будет решаться судьба Системы? — поинтересовался Магистр. — Что она зависит от исхода этой, как ты изволил выразиться, авантюры?
— Судьба Системы всегда от чего-то зависит, — сказал Такеши. — И в такие моменты ты всегда где-то рядом.
— Потому что я чувствую ответственность.
— Вполне возможно, и я уважаю твою позицию, — сказал Такеши. — Но в этом раз вмешиваться я не буду.
— Не боишься пожалеть об этом?
— Скажем так, я готов принять последствия своего сегодняшнего решения.
— Не думаю, что готов, — сказал Магистр.
— Может быть, и не готов, — сказал Такеши. — Может быть, в будущем я пожалею о том, что ничего не сделал. Но в этот поход ты в любом случае отправишься без меня.
— Но ты хотя бы пожелаешь мне удачи? — очень серьезно спросил Магистр.
— Нет.
Интермедия. Борден
Это было опасное место, куда без особой необходимости старались не соваться даже самые опасные люди, но Гарри Бордену было на это наплевать.
И на первый взгляд, это была такая же часть города, как и за КПП, вроде бы те же дома, та же брусчатка на мостовой, то же небо сверху и тот же запах моря, доносящийся с побережья, но на улице не было людей, а уже через сто метров Гарри наткнулся на труп. Труп был несвежий и облутанный подчистую, за исключением только набедренной повязки, которой, видимо, просто побрезговали.
Из спины у трупа росло щупальце.
Живых на улице не наблюдалось, но Гарри чувствовал, что за
