Полина у дочери.
— Нет. Я обижусь, если ты забудешь мое имя.
— Поэтому остановимся на трех.
Семья вошла в лес, тихо шумевший на ветру. Спустились в небольшую низинку, где было тихо, расстелили одеяло и спустили на него Анну и Никиту. Иван занялся разведением костра. В поселке нашли самый удачный способ, высекание искр из кремня зубастым напильником на смоченный и затем высушенный в нефти мох. Кремень находился в изобилии по берегам Пура.
Костер разгорелся. Приятный запах дыма разошелся по лесу. Иван начал готовить, а Полина просто любовалась окружающим пейзажем и изредка обращала внимание на детей. Лизе уже разрешалось отходить недалеко, чтобы сформировать нормальное отношение к природе без подсознательного страха. В уме всегда держали историю с волками, но за шесть лет они в окрестностях Тихого не появлялись ни разу. Возможно, схватка из которой они вышли проигравшими, являлась по волчьим законам доказанным людьми правом на свои охотничьи угодья.
Никита ползал ко краю одеяла, рвал траву и мох, и тащил в рот.
— Кака, Никит. — Мать устала очищать его кулачки. — Иван, ну скажи ему.
— Дай один раз съесть и у него пропадет все желание тащить в рот всякую гадость. — Ответил занятый делом Иван.
— А вдруг в мхе зараза какая-нибудь? — Изумилась супруга легкомысленности мужа.
— Мох дезинфицирующий по своей природе, так что не переживай. — Ответил Иван.
— Не буду отпускать сына с тобой на природу, он точно пока все поганки не перепробует, не успокоится. Кака, Никит, брось. — Полина потянулась снова очистить ему кулачок с зажатым в нем мхом и прочей лесной подстилкой, но сын опередил ее и успел часть затолкать в рот. — Ой, он грязи наелся. У него живот заболит. Вань, что делать?
— Ты что, землю никогда не ела? — Спокойно поинтересовался муж.
— Нет, конечно. Я всегда была нормальной. К тому же в Питере лучше её не есть с такой плотностью населения и туристов. Никита, сплюнь.
Но сын начал жевать мох. Выражение его лица постепенно менялось, озорство сменилось разочарованием, он стал плеваться и заревел.
— Никита, сейчас я тебе водички дам. — Полина полезла за фляжкой.
— Ну, всё, урок усвоен. Теперь ему будет неинтересно. — Произнес Иван спокойным тоном.
— Мы пришли сюда развлекаться, а не уроки твои усваивать. Животик заболит, что делать будешь? — Полина попыталась напоить сына.
Тот трясущимися губёшками, проливая воду по груди, все же попил и сразу же успокоился.
— Если у меня заболит животик, я схожу в туалет. — Ехидно ответил Иван.
— Шутник. Папа-клоун. — Полина несерьезно рассердилась.
Никита, после того, как эмпирическим путем установил, что не стоит есть горький мох, просто рвал растения, смотрел на них и выбрасывал. Запах готовящейся рыбы и грибов, растекался по лесу будоражащими воображение ароматами. Лиза крутилась вокруг отца, сгорая от нетерпения скорее попробовать готовящуюся на огне еду.
Иван снял рыбу и передал Полине.
— Сейчас мама очистит рыбку от костей и вас накормит. — Предупредил он старшую дочь, пытающуюся схватится за горячую еду.
— Садись дочь рядом. — Полина взяла пруток с рыбой и положила его на широкое прямоугольное блюдо из сохранившегося имущества семьи Щербаковых.
Она очищала белое мясо от костей, дула и скармливала по очереди Лизе и Никите. Детей забавлял такой способ еды.
— Как у птичек, да мам? В клювик. — Явила дочь осведомленность.
С птицами до сих пор была беда, никого кроме чаек в небе не видели, но образованием дочери занимались все подряд, а ребенок, как губка, впитывал все знания.
— Да, мама взрослая птичка, и пап тоже, а вы птенцы. — Согласилась Полина.
По лесу раздался топот приближающихся ног. Иван привстал, чтобы разглядеть, кто так торопится. Это был Алексей, муж Алены. Он подбежал к костру. Его взгляд выражал тревогу. Алексей переводил дыхание и никак не мог озвучить причину своего появления.
— Да говори ты быстрее? — Не выдержал Иван.
— Там… к нам… идут вооруженные люди. — Выдавил из себя Алексей.
— Не самбургские? — Иван встревожился не на шутку.
— Нет. В форме все.
Полина испуганно прижала Анну к себе. Народ в поселке знал, что когда-нибудь спокойное время закончится и появятся люди, у которых будет желание, силы и средства контролировать территории. Объявить все природные богатства своей собственностью, установить запрет на использование без их ведома, торговать ими и жить припеваючи, как в старые добрые времена. Но сегодняшний день, особенно настоящий момент казался совершенно несвоевременным для появления таких людей.
Иван снял грибы с огня и положил на блюдо с рыбой.
— Оставайся здесь, в поселок не ходи, особенно если там начнется буча. — Предупредил он жену.
— А что мне делать? — Полина испугалась.
Привычный мир, к которому она привыкла и полюбила, готов был рухнуть.
— Ничего пока, просто ешьте и отдыхайте. — Иван хлопнул шурина по плечу. — Идем.
К вагончикам они подошли одновременно с группой вооруженных автоматами мужчин, одетых в старый камуфляж. Держались уверенно и нагло, но не могли скрыть, что сильно удивлены увиденным.
— Доброго дня, господа поселенцы. — Произнес один из них, сразу обозначив себя главным. — Вот уж не ожидали, что мифы про ваш поселок окажутся правдой.
— Доброго. — Поздоровался Иван и вышел вперед. — Чем обязаны?
— Ты чтоль глава? — Небрежно поинтересовался гость.
— Пусть буду я. — Согласился Иван.
— Что это значит? Нам нужен старший, чтобы один раз пообщаться и закрыть вопрос.
— Мы не выбирали главу, не было никакой необходимости. Все занимаются своим делом, и никого понукать не надо. — Ответил Иван спокойно.
Он старался сдерживать себя, хотя внутри закипало, боялся допустить насиле. Судя по виду гостей, они вполне могли на него пойти. Сомнений в том, что они будут выставлять ультиматумы не было никаких.
— Странное местечко. Мы с такими еще не встречались, чтобы община была, а главы не было. Ты готов отвечать за всех? — Прямо поинтересовался главный у Ивана.
— Да. — Ответил он без промедления.
— Ну, вот, выборы состоялись. Давай отойдем в сторонку, поговорим. — Предложил главный.
Иван отошел с ним к козлам, с развешанным на них мокрым бельем. Народ сгрудившись, смотрел на нежданных гостей с тревогой.
— Скажи им, пусть идут работать. — Приказным тоном попросил главный.
— Они сами знают, что им делать. Говори, что хотел. — Иван с трудом сдерживал раздражение.
Главный цыкнул, но настаивать не стал.
— Тебя как зовут? — спросил он.
— Иван.
— Меня Саней. Короче, Иван, мы представляем организацию, которая устанавливает порядок на всех одичавших землях. Мы пришли установить сотрудничество, но чтобы вы не заблуждались, оно будет установлено независимо от вашего желания. Надеюсь, ты понимаешь, о чем я?
— Примерно.
— В общем, после нас сюда придет комиссия, которая посчитает все ваши
