Снежный кряж - Алексий Малеев

— Хорошо, если так, — пробормотал Горпео. — Что мне делать дальше?

— Ждать, — произнёс Хорп. — В текущий контракт ты уже войти не можешь и тем лучше для тебя. Сейчас ты не просто слабоват, а откровенно слаб. У тебя есть примерно две недели — качайся. Как только закончим дела — найдём тебя.

Лидер команды встал, обозначая тем самым конец разговора. Стагет не стал сопротивляться этому, понимая, что ничего большего до разговора в храме Триединого он не добьется. Вопрос лишь в том, когда он дойдёт до него. Путь через Узрауш и Соляной перевал займёт какое-то время.

На улице пути команды разделились. Горпео отправился в гостиницу, а остальные к выходу из деревни. Но не успел лекарь сделать и десятка шагов, как был окликнут Пьером:

— Тебя здесь что-то держит?

— В Кряже? — переспросил стагет. — Надо получить последний медальон и узнать, что в итоге с легендами выйдет.

— Нет, в этой деревне.

— Надо пройти через портал до Узрауша, а оттуда через Соляной перевал до Стены Альпинистов, а в итоге до Накратитти.

Старшенькие выразительно посмотрели друг на друга. В свете фонарей казалось, будто они замышляют что-то глобально нехорошее.

— Если тебе не принципиален этот путь, можем переместить тебя в одно интересное место, — предложил спустя минуты три пулемётчик. — Там и легенд достаточно, и место обитания зверей Нуравагаша имеется, и храм Триединого найдётся. Так что?

Не раздумывая, Горпео пошёл к команде. Он готов был променять сложный и опасный путь на интересное, пусть и не известное, место. Герцог неохотно семенил за хозяином. Ведь разговор в кафе он проспал под столом и был не прочь продолжить это дело.

Выйдя за пределы деревни через калитку, Хорп остановил всех, достал кроваво-красный кристал, сжал его, а через секунду команда оказалась около деревянного строения, освещаемого парой фонарей.

— Здесь можешь переночевать, — произнёс Хорп, обращаясь к лекарю. — Дальше иди вверх по тропе, она выведет к Мардгунбу. Там можешь провести эти две недели. Поверь, тебе будет чем заняться. Если что пиши либо лично, либо сразу в общий чат, так даже лучше будет.

Не дожидаясь ответных слов, Охотник снова сжал кристал и троица исчезла в красной вспышке. Сверившись с картой, Горпео понял, что стоит прямо у гостиницы.

— Пойдём, Герцог, — открывая дверь, такую же деревянную, как и вся видимая часть постройки, позвал фамильяра стагет.

— Мр-ряу?

— Немного осталось пройти и снова сможешь спать, — устало произнёс хозяин.

Услышав эти слова краткот даже ускорился и теперь лекарю приходилось его догонять сначала на пути к распорядителю, тучному лысому мужику, выдавшему ключ, а потом и до номера. День получился поистине выматывающим, пусть большую его часть Горпео и провёл в реале, в попытках приготовить картофельную запеканку, не получившуюся два раза. Сейчас, ночью, ему предстояло изучить информацию обо всём, что наговорили члены команды. Понимание того, что на их фоне он инфузория-туфелька рядом с богами, заставляло самолюбие пошевелиться, чтобы как можно скорее нивелировать эту разницу. Но и апатия тоже решила не дремать, нашёптывая умоляющие речи не заморачиваться со Стражами и прочими аренами для пистолетов, а играть так, как играется. Но лекарь уже всё для себя решил, он хотя бы сделает всё, что от него зависит, а уж если не получится, будет думать, что с этим всем делать. И помощником в этом ему решил стать кстати проснувшись и прогнали бывшую вечную спутницу Горпео. Что ж, решил тудущий Страж Врат, оно и к лучшему. Делать не самые простые, по словам троицы хелов, игровые вещи через постоянное немогу он бы не смог. С внутренним союзником это должно стать куда проще.

Глава 25

— Для бархатцев будет неплохо соорудить клубмы возле лавочек, они весёленькие будут хорошо смотреться, — вставила своё веское слово Ольга Дмитриевна.

— Там может лучше сразу клумбу-лавочку? — осторожно предложил Паша.

Серьёзно влезать в планировку территории двумя старушками он благоразумно не стал, но время от времени подкидывал им идеи озвученные ещё вчера Жанной. Увы, и Марина Сергеевна, и Ольга Дмитриевна не воспринимали её всерьёз, даже несмотря на профильное образование. Меж тем, ландшафтному дизайнеру не хотелось превращать двор в строгий порядок клумб и тропинок между ними, ей хотелось больше творчества, рельефа, возможности смены «экспозиции», но вместе с этим обвитую плющом беседку и небольшой фонтанчик. Устраивать на отдельно взятой половине двора выставку последних тенденций Жанна не собиралась, она понимала, что большинство из них для жизни людей просто не приспособлены. Но это не значило, что биться за право остаться в современности и не изобретать ландшафтную машину времени она не хотела.

— И для чего нам такое варварское великолепие? — не поняла подруга бывшей управляющей двора. — Всё должно быть сдержанно, чтобы люди могли отдохнуть, не чувствуя себя в цирке.

— Ну вы ещё предложите всё выкрасить в равномерный серый цвет, Ольга Дмитриевна, — укорил старушку «дядя Кирилл», как его стала называть Катя.

Тот, услышав такое обращение в первый раз, смутился и сделал вид, что ничего не услышал. А вот после второго раза даже поблагодарил дочку Жанны за такое, неожиданно для Паши заявив, что ему всего пятьдесят два, вообще-то, и рано он записал себя в старики. И теперь от тех, кто младше, слышал только обращение через «дядю». Пришлось смириться всем, даже Денису.

— В серый, пожалуй, будет слишком, — в тон ответила Ольга Дмитриевна. — Вот в зелёный…

— А потом самим нарядиться во всё зелёное, как черепаха Тортилла, и сидеть на лавочках, сливаясь с пейзажем? — с явным возмущением перебила Марина Сергеевна.

— Нет, зелёное мне не идёт, — подумав, ответила Ольга Дмитриевна. — Вот в коричневый я бы оделась с удовольствием. Эдакий расплывшийся пенёк получится.

Первой засмеялась, как ни странно, Катя. За ней подхватили все остальные, представив Ольгу Дмитриевна в виде пенька.

— И всё-таки лавочка-клумба не самая лучшая идея, — отсмеявшись, произнесла Марина Сергеевна. — Клумбы — отдельно, лавочки — отдельно.

— Но почему? — не сдержалась Жанна. — Почему то, что легко совмещается, не может быть совмещено?

— Лучше всего спросить не «почему», а «зачем», — смотря прямо на девушку, сказал Паша. — Зачем совмещать то,