хвастаться перед наложницами. Не каждому дано победить невидимые тени мира Тесэр.
— Благодарю, владыка Афет! — уже куда более уверенно произнёс Талер, взяв в руки трофейное оружие. — А мы ещё увидимся на Земле, в Новом Сибирске?
— Конечно, но надеюсь на твоё понимание, ведь наши взаимоотношения должны остаться для всех прежними, — доверительно ответил я, — но никто не мешает, обратиться ко мне под покровом ночи, если тебе потребуется моя помощь в каком-нибудь деле. Где мой дом, думаю, ты знаешь, не зря же я обосновался в тихом пригороде. Ведь если сегодня всё сложится удачно и мне удастся уничтожить Калахора, то это многое поменяет в нашем общем деле с полковником Овцевым и Захарием Соятовым, а там, кто знает, может, твой дядя и тебя в долю возьмёт, ну так, может, через сотню лет.
Молодой маг после моих слов о сотне лет как о чём-то незначительном потерял последние сомнения о предстоящем задании. И судя по его лицу, он уже витал в своих грёзах и личных сокровищах, а также вовсю тратил три тысячи Эргов. Ведь с ними он сможет достичь как минимум тридцатого уровня. Есть о чём размечтаться.
— И что, прямо сейчас можно отправляться? — уже уверенным голосом спросил Талер.
— Да, только воду и еду возьми, всё же двадцать-тридцать километров шагать. Главное, у врат будь аккуратен, иди к противнику спокойно, не суетись. И сферу активируй, когда будешь уже на расстоянии в тысячу метров, даже если они и атакуют, просто выпусти её из рук, и ты в мгновение ока перенесёшься в крепость Новый Сибирск. Ну давай, будь осторожен, ведь Захарий Соятов очень просил поберечь своего племянника.
— Ещё раз благодарю, владыка Афет, — сказал Талер и, радостно подхватив свой пространственный мешок, побежал в сторону межмировых врат.
Глава 10
Малое пламя Инферно, или мощь самих Богов в руках жалких смертных
Мне было не особенно жалко ни пространственный мешок [1] ранга, ни десяток килограмм еды, которые сейчас в нём лежали, ни артефактный кинжал, что я подарил этому недалёкому, наивному, пытавшемуся меня отравить глупцу. Но мне было почему-то немного жаль этого молодого мага. Не знаю даже почему. Особенно если учесть, как много крови на моих руках. И ведь не всегда эта кровь принадлежала воинам или даже взрослым существам. Война есть война, иногда приходилось вырезать целые деревни с мирным населением, собирая драгоценные Эрги или другие трофеи для нашего Герцога. Но вот так, хитростью или подобным коварством, я ещё никого и никогда на смерть не посылал. Было в этом что-то гадкое, неприятное, подлое, недостойное настоящего воина. Слишком уж всё это походило на интриги ненавистных мне аристократов, с их бесконечными многоходовыми подлостями и подковёрной игрой. Наверное, мне было не столько жаль конкретно Талера Соятова, сколь неприятен сам по себе способ его казни, и даже то, что этого требовали обстоятельства, совсем не улучшало моего настроения. Но при всём при этом, если бы я просто разорвал его прямо сейчас своими же руками, к примеру, за попытку отравления, хотя там и других поводов было предостаточно, это вообще не вызвало бы во мне никакого сожаления. Старость, наверное, просто пришла в моё усталое сердце, несмотря ни на какие характеристики.
Хотя совсем не факт, что у молодого Соятова получится выполнить мои инструкции полностью. Вполне возможно, его уничтожат ещё на подходе. Но тут мне остаётся уповать только на судьбу, как и всегда, когда сделал свою работу даже больше чем на сто процентов, и дальше на всё воля вездесущей Благодати. Ну и на то, что никакой противник такой тактический манёвр попросту не сможет предвидеть и предвосхитить. Да и мощь применяемого артефактом заклинания всё-таки непомерно избыточна, как ни посмотри, и такого ожидать в принципе невозможно. А вот почему я вообще решил, что у межмировых врат кто-то будет нас ждать? Тут, как мне кажется, всё довольно очевидно. Насколько я знал проклятого Фёдора Овцева и его навыки, шансы поймать этого скользкого продуманного старшего офицера у кого бы то ни было отсутствовали напрочь, будь ты хоть десять раз Рыцарем смерти или даже самим Калахором.
И судя по тому, что чувство тревоги меня одолевает все последние дни всё сильнее, то это может значить лишь одно, что армии нежити из города Халот Джерэм попросту нечем заняться, и они решили год, а может, и два, постоять на страже межмировых врат в мир Ссшорс. И действительно, питаться им не нужно, спать тоже, а само понятие потерянного времени для них недоступно. Потому как шанс хоть и был не велик, что на мой тактический манёвр отреагируют настолько кардинально, но и уничтожение части проданного нежити товара и его охраны повелитель города Халот Джерэм всё равно оставить без ответа не мог. Ведь пусть рядовых солдат, отравленных нежитью, я пощадил, хотя, возможно, и зря, вот только самым главным товаром были, по моему мнению, как раз чародеи, которые впоследствии, пройдя перерождение в немёртвое существо, как бы это странно ни звучало, могли управлять крупными отрядами дикой нежити. И тут важен был не просто изученный магический дар, а его наличие на протяжении десятка лет у человека, а иначе шанс сохранить магический дар после смерти и обретения нежизни был крайне мал. Так что, приказав рядовому солдату выучить свиток малого магического дара, эти проклятые личи ничего бы не добились, ну кроме лишних трат. Во всяком случае, принцип перерождения в лича в бестиарии в крепости Новый Сибирск был мной изучен очень подробно ещё в бытность рыцарем. Так что, думаю, ярости того же Нуйэрия ожидать вполне стоило, потому как в собственную высокую стоимость мне верилось с большим трудом, как минимум в магов было вложено много больше Эргов, чем в меня, официально, конечно. К тому же более логичного появления у меня чувства опасности мне попросту в голову не приходит, и это с очень высоким уровнем интеллекта. Другой причины блокировки врат быть не может и опасность исходит именно от них.
По правде говоря, это не совсем моя догадка, просто с десяток лет назад подобная ситуация уже происходила. Врата были «временно заблокированы на небольшой срок», именно так в тот раз выразился представитель нежити. А по факту эти бессмертные твари блокировали торговлю на протяжении целых пяти лет — «небольшой срок», правда же? Нет, конечно, старшим офицерам всё же удавалось производить обмен и при
