Сократив расстояние до пяти метров, гном перестал рысить и перешел на степенный шаг. А может быть, у него просто бодрость закончилась, потому что дышал он тяжело, торчащие из-под бороды щеки были красными, и в целом можно было сделать вывод, что бегает он не часто.
— Ты кто такой? — дипломатично начал беседу Виталик. — Чего тебе надобно, к хренам?
— Всего минутку вашего внимания, господа, — сказал гном. — Уделите мне эту минутку, и вы не будете разочарованы. Сегодня у меня поистине уникальное предложение…
— Ты торгуешь что-ли чем-то? — поинтересовался Виталик.
— Вообще, да, — сказал гном. — Я имею счастье быть торговым представителем дома «Коренной и Рукисила», но сегодня я здесь не для того, чтобы что-то вам продать. Хотя, если вы проявите интерес к каталогу нашей компании, который у меня всегда с собой…
— Короче, Склифосовский, — сказал Виталик. — И ближе к делу.
— Значит, каталог смотреть не будете?
— Нет.
— Зря. Но, как я уже говорил, сегодня торговля не стоит во главе моих приоритетов, — гном посмотрел на меня. — Вы физрук?
— Да, — сказал я. — Я физрук. Кто тебя послал?
— Меня послал торговый дом «Коренной и Рукисила», — сказал гном. — Они уполномочили меня передать вам вот этот дар.
Он повел руками перед собой и достал из инвентаря длинную продолговатую коробку.
— Вот сейчас стоп, — сказал я. — Прежде, чем мы продолжим вручение того, что внутри, что бы там ни было, я хотел бы узнать, как ты меня нашел.
— На самом деле, это было непросто, — сказал гном. — Вы слишком часто и слишком хаотично перемещаетесь, зачастую отказываясь в местах, куда нам, простым игрокам, нет доступа, поэтому мы установили наблюдение за некими точками пространства, в которых вы могли бы появиться. И когда в одной из таких точек произошло вот это, — он развернулся и указал коробкой в сторону руин. — Мы поняли, что пробил наш час.
— Не так надежно, как след из хлебных крошек, — сказал Виталик. — Но сработало же.
— Сработало, — согласился я.
И тот факт, что оно сработало, наводил на довольно неприятные размышления. Если ход просчитывался так легко, кто еще мог его просчитать?
— Так я вручаю? — поинтересовался гном.
— А что в коробке? — спросил я.
— Не хотите сами открыть и узнать?
— Не хочу, — сказал я. — Я не люблю сюрпризы.
— А уж я-то как, сука, не люблю, — сказал Виталик и словно невзначай материализовал в руке дробовик.
— Прекрасная работа, — заметил гном.
— Знаю, — сказал Виталик. — Так что в коробке, недоросль?
— Я сделаю вид, что не услышал, — сказал гном. — Потому что любой рост имеет значение, а верзилы… впрочем, давайте, вы тоже сделаете вид, что не услышали. Это все непродуктивно.
Он поставил коробку на землю, открыл ее и извлек оттуда…
Биту.
Бейсбольную биту, которая выглядела так, словно создавший ее мастер никогда не играл в бейсбол, зато был большим специалистом в проламывании голов. И, естественно, еще он был гномов.
Бита имела классические пропорции, была окрашенная в темно-красный цвет, это, видимо, чтобы засохшая кровища на ней не так в глаза бросалось, и в целом смотрелась довольно солидно. Конечно, не так солидно, как Клавдия, ну так то была и не она.
Я взял биту в руки. Тяжелая, но это приятный вес, дарующий уверенность. На рукояти обнаружился целый ряд кнопок и два вращающихся вокруг нее металлических колеса. Я уже собрался нажать на одну из кнопок, но гном меня остановил.
— Прежде, чем вы активируете особые умения своего оружия, вам следует прочесть вот эту инструкцию, — сказал он, вручая мне огромный талмуд, по объему напоминающий учебник истории от древнейших времен до наших дней.
— Ничего такая дубинка, к хренам, — заметил Виталик.
— Это уникальное легендарное оружие, изготовленное нашими лучшими мастерами в единственном экземпляре, — гордо сказал гном. — Можно сказать, эксклюзив.
— Лакшери-бита, — согласился Виталик.
— И мы будем горды, если достопочтенный физрук согласится принять от нас этот дар и использовать его, как сочтет нужным, — заявил гном. — Мы планировали преподнести его в качестве запасного или сменного оружия, но, поскольку нам стало известно, что вы утратили Клавдию, неподражаемый образец для наших мастеров, мы смеем надеяться, что теперь оно станет для вас основным.
— И что я вам за это буду должен? — поинтересовался я.
— Ничего, — быстро сказал гном. — Совсем ничего.
— Так не бывает, — сказал я, листая инструкцию. Возможностей у новой игрушки было много. Легким движением пальца она могла превращаться в боевой топор, палицу с шипами и даже в моргенштерн. Кроме того, в нее было встроено несколько заклинаний для дальнего боя и одно защитное. Встроенный манонакопитель содержал запас магической энергии, достаточный для того, чтобы применить каждое из этих заклинаний больше десяти раз.
Красное дерево, драконова кость, метеоритное железо, мифрил и немного адаманта. «Практически неразрушимое» — значилось в инструкции, и, в общем-то, в это можно было поверить.
Я плохо ориентировался в ценах на эксклюзивном рынке оружия, но полагал, что стоит такая вещица немало.
— Наш дом запускает новую серию оружия для ближнего боя, — сказал гном. — И мы хотели бы иметь возможность говорить, что сам физрук пользуется оружием, произведенным нашими мастерами.
— Иными словами, вы хотите примазаться к бренду, — сказал Виталик. — Топ номер два, легендарный герой, воспетый в песнях, балладах, сказаниях и анекдотах. Это стоит куда дороже, чем просто кусок красного дерева с магическими прибамбасами.
— Согласен, — нехотя признал гном. — Как насчет миллиона золотых?
— Нормуль, — сказал Виталик. — И процент с продаж.
— Это грабеж, — сказал гном. — Грабеж среди бела дня.
— Скорее, это утренний, сука, грабеж, — сказал Виталик. — Процент с продаж. Да или да?
— Да, — сказал гном. — Один процент.
— Десять.
— Лучше разбейте мне голову эту штукой прямо сейчас, — заявил гном. — Два.
— Заманчивая идея, — сказал Виталик. — Девять.
— Вы знаете обороты нашего торгового дома? — поинтересовался гном. — Даже один процент — это огромные деньги…
— Он — физрук и у него есть потребности, — сказал Виталик.
И они начали увлеченно торговаться и торговались, наверное, минут пятнадцать, прежде чем сошлись на трех процентах. Больше из гнома было не выжать, разве что действительно по голове его начать бить.
— Рад, что нам удалось договориться, — сказал гном. — Мы откроем счет в «Гном-банке» и сделаем вклад на ваше имя, и будем пополнять его по мере продаж. Вам достаточно будет прийти в любое отделение банка, идентифицировать себя и вы получите доступ к счету и полную финансовую отчетность с нашей стороны.
— Отличное решение, — сказал я.
— Удачи вам в ваших… разрушениях, — сказал гном, учтиво поклонился всем троим и отбыл срочным порталом.
— Ну и зачем нам столько денег? — спросил я. — Учитывая, что мы не собираемся тут надолго задерживаться?
— Много денег — это всегда хорошо, — сказал Виталик. — К тому же, в нашем деле никогда не знаешь, в какой момент все может пойти не так, и лучше иметь финансовую подушку, сука, безопасности, чем ее не иметь.
— Удивительно, но я нахожу, что наш мертвый друг прав, — сказал Федор.
Студенты начали разбредаться. Те, кто побогаче или поспособней, воспользовались порталами, остальные раздробленной колонной потекли в сторону ближайшего города.
Тут всего-то километров двадцать, к полудню дойдут.
Неподалеку от руин Хогвартса открылся еще один портал, и из него вылезла человеческая фигурка с гитарным чехлом на плече.
Пронырливый бард быстренько осмотрелся, помахал нам рукой, а потом отправился приставать к задержавшейся группе студентов, видимо, желая узнать леденящие душу подробности. Хотя бы пару штук, которые будут работать на достоверность.
Остальные он и сам придумает.
— А ты не думал, Чапай, что наш магический друг тоже в чем-то прав? — спросил Виталик. — Вдруг та и на самом деле уже бог, только сам этого не замечаешь? Вот тебе поклонники уже и инструмент подогнали.
