— Зачем? — спросил я, подозревая, что это часть какого-то далекоидущего плана и заранее готовя контраргументы. Какие бы планы Магистр не строил относительно моих потомков, помогать ему в этом я не собираюсь.
— Да просто ты лежишь здесь, пьешь коктейли и рожа у тебя слишком довольная, — сказал Магистр.
И отпил из своего бокала.
Глава 10
Диспозиция была следующая: Кевин сидел в глубоком кожаном кресле и болтал ногой, Магистр, все еще в своем туристическо-расслабленном прикиде, стоял у окна и делал вид, что любуется образцово-показательным дворцовым садом, я сидел на диване в дальнем углу кабинета и листал раритетное издание “Проблемы вызова или вызов без проблем” весьма известного в узких кругах демонолога Фила Тарди, которое отыскал вчера вечером в местной библиотеке. Чтиво, надо сказать, было захватывающее, но явно не для всех.
Судя по слою пыли, который покрывал кожаную (надеюсь, что шкура эта принадлежала какой-нибудь корове, но шансы на это были исчезающе малы) обложку, до меня эту книгу не читал примерно никто.
Демонология, как наука, очень тесно переплетается с психологией, ибо демоны хитры, коварны и изворотливы, и принудить их к сотрудничеству не так уж и просто. Каждый раз, когда ты призываешь демона, ты вступаешь с ним в интеллектуальную дуэль, в которой ты пытаешься принудить его сделать то, что тебе нужно, а он попросту пытается сожрать твою душу. Тарди предлагал вступать с демонами в дружеские отношения, а в качестве дополнительной мотивации подкармливать их душами специально отловленных для этого людей, и какое-то время этот подход вполне себя оправдывал. Правда, вскоре после написания этого труда что-то в карьере Фила пошло не так, и очередной призванный демон откусил ему голову.
Но тут уж мы никогда не узнаем, какую именно ошибку Фил допустил в тот раз.
Однако, некоторые изложенные в труде методы я нашел весьма полезными и взял себе на заметку.
Магистр демонстративно достал из воздуха здоровенный карманный хронометр на толстой золотой цепочке, уходящей в никуда, откинул крышку и бросил взгляд на циферблат.
— Десять минут до часа икс, — сказал он, убирая свои пижонские часы обратно в пустоту.
— Время еще есть, — сказал Кевин. — Физрук придет.
— Как раз этот момент я и хотел с тобой обсудить, — сказал Магистр. — Для моего плана не нужен физрук. Для моего плана нужен Борден, и мы вполне можем отправиться за ним вдвоем. Более того, так даже проще будет.
— Почему это, Оберон?
— Посуди сам, Кевин. Сколько раз тебя пытались убить за последние сорок восемь часов? Ни разу. Сколько раз пытались убить меня за последние сорок восемь часов? Тоже ни разу. А сколько раз пытались убить его за последние сорок восемь часов, он тебе потом сам расскажет. Охота наверняка идет именно за ним, и если мы потащим его с собой, то поставим себя под удар.
— То есть, ты предлагаешь выкинуть из команды того, кто в прошлой кризисной ситуации все и решил, причем даже без нашей помощи?
— У нас тут не вручение Оскара за заслуги перед кинематографом, — сказал Магистр. — Прежние заслуги тут вообще не катят.
— Да ну, это какой-то надуманный предлог, Оберон, — сказал Кевин. — Учитывая, что за Борденом нам придется отправиться на Землю, о какой лишней опасности ты говоришь? Ведь на Землю сейчас можно попасть только двумя способами: либо через блуждающий портал, положившись на волю рандома, на что могут уйти годы, либо на космическом корабле, а единственный корабль, который может летать по системным мирам без ограничений, принадлежит тебе.
— Теперь уже не единственный, — буркнул Магистр себе под нос.
— Прости, как?
— Теперь уже не единственный, — сказал Магистр в полный голос.
— Что ты сделал, Оберон?
— Я снял ограничения с имперского военного флота.
— Как я понимаю, речь идет о Человеческой Империи?
— Именно.
— Во имя всякого святого, Оберон, — сказал Кевин. — Зачем ты это сделал?
— Затем, что я не собираюсь складывать все яйца в одну корзину, — сказал Магистр. — Затем, что если с Борденом у нас ничего не получится, нам понадобится запасной вариант. Затем, что эти ребята дьявольски хитры и изворотливы, и способны разнести планету врага несколькими способами и силами всего пары кораблей. Я достаточно доходчиво ответил на твой вопрос, Кевин?
— А о последствиях ты подумал?
— Иногда мне вообще кажется, что я тут единственный, кто думает о последствиях, — сказал Магистр.
— И когда ты собирался мне об этом сказать?
— Я сказал тебе об этом минуту назад, — напомнил Магистр. — Возможно, я сказал бы тебе об этом и раньше, если бы ты не был так занят важными государственными делами.
Кевин перестал качать ногой.
— Ты хоть понимаешь, что только что заронил в почву зерна конфликта, который может разорвать Систему на части? — поинтересовался он.
— Надо сначала выползти из этого кризиса, — огрызнулся Магистр.
— Мы выползем из этого кризиса, так или иначе, — сказал Кевин. — А что дальше? Всем известно, что обитатели высокотехнологичных миров считают нас людьми второго сорта. И как скоро их боевой флот вывесится у меня на орбите?
— Никто не считает тебя человеком второго сорта, Кевин, — заверил его Магистр. — И никто не будет вывешиваться у тебя на орбите. Они там вполне нормальные люди. Вменяемые.
— Только очень недолговечные, — сказал Кевин. — Сегодня они нормальные, вменяемые и вообще хорошие ребята, а завтра их потомки организуют крестовый поход против всего, что им не нравится. А не нравится им, как мне известно, очень много чего.
— Не драматизируй, — сказал Магистр.
— Ты, должно быть, в полном отчаянии, Оберон, если решился на такое. Это бомба замедленного действия, и ты сам его подложил под свое творение.
— Ничего не будет, — сказал Магистр, но в его голосе было так много уверенности, что даже мне ока показалась наигранной.
— Я устал от войн, Оберон, — сказал Кевин. — И я не хочу вести войну на своей территории. Я слишком долго тут все выстраивал, чтобы в одночасье все сгинуло в огне орбитальных бомбардировок.
— Ничего не будет, — повторил Магистр.
— А ты никогда не думал, что некоторые решения не стоит принимать в одиночку?
— Пока ты строил свою империю, я приглядывал за всей Системой в целом, — сказал Магистр. — И, смотри-ка, она все еще существует, хотя я и раньше ни с кем не советовался.
— А ты никогда не думал, что эти два факта никак не связаны? — поинтересовался Кевин. — Что, возможно, она точно так же существовала бы, даже если бы ты за ней не… приглядывал?
— Что это ты имеешь в виду?
— Вспомним хотя бы ту ситуацию, когда ты привлекал нас с Джеком для огневой поддержки, — сказал Кевин. — Когда мы и познакомились с Гарри, физруком и остальными. Насколько мне помнится, тогда ты делал ставку на Брюса и Бордена. а в конечном итоге все уладил Василий.
— Борден бы справился, — сказал Магистр. — Ему просто не хватило времени, потому что кое-кому не терпелось запустить свою дурацкую программу отката.
— Я к тому, что ты не просчитал ситуацию до конца, Оберон, — мягко сказал Кевин. — Ты почитаешь себя безгрешным, но ты тоже можешь ошибаться.
— Не ошибается тот, кто ничего не делает, — отрезал Магистр.
— Иногда мне кажется, что было бы лучше, если бы ты ничего и не делал, — вздохнул Кевин.
— И что ты хочешь этим сказать?
— Что время от времени ты пытаешься тушить пожар напалмом, — сказал Кевин.
— Не все такие перестраховщики, как ты.
— На мне лежит ответственность за мою империю, Оберон, — сказал Кевин. — А ты, хоть и говоришь, что присматриваешь за всей Системой в целом, на деле не несешь ответственности ни за что конкретно. Ничего не помешает тебе воспользоваться своим хаотическим порталом и раствориться в тумане еще на пару веков.
— Тем не менее, без меня у вас ничего не получилось, — напомнил Магистр. — Без меня ты даже не смог вытащить Бордена с Земли.
