под остатки божественной силы Апофига, изображать из себя цивилизованных родственников и старых знакомых было невозможно. Реник не просто предал их. Он превратил жизни бывших товарищей в кормушку, десятилетиями стягивая себе уровни, пока они умирали, обнулялись и снова начинали с нуля. А для него врагом стал уже я, полностью излечив друзей и вернув им украденные уровни.
И теперь мы шли к нему, чтобы получить разрешение для имперской канцелярии. То ли уговорами, то ли угрозами и пытками, тут уж как получится.
Станция «мэтро» под Келеврой встретила нас привычной тишиной древних механизмов. Снаружи она всё ещё была спрятана настолько хорошо, что без нужного знака любой прошёл бы мимо, не заподозрив, что под землёй скрыта сеть мгновенных перемещений через весь материк. Я воздействовал на стилизованную стрелку, скрытую в камне, и плита пола медленно пошла вниз, спуская нас на станцию. Внизу, как и всегда, ждали капсулы и схема станций на стене.
— Всё-таки красивая штука, — неожиданно сказал Корн, когда мы спустились. — Не люблю признавать, но древние сильно обгоняли нас в технологическом уровне. А уж какие механизмы они создавали — мощные, умные, удобные!
— Умные — это когда механизм не требует от тебя особых способностей, доступных одному на миллион, — буркнул Фрам со странной ревностью. — Удобные технологии доступны всем.
Мы удобно разместились в капсуле и я задал маршрут до Катара. Крышка закрылась, пространство вокруг на мгновение сжалось, и спустя всего пару секунд капсула тихо пискнула, сообщая, что поездка окончена. Никакого ощущения движения, никаких туннелей за окнами, никаких вибраций — просто мгновенный перенос, будто кто-то вырвал нас из одной точки мира и вставил в другую.
— Ненавижу это, — признался Фрам, когда крышка раскрылась. — Каждый раз при использовании телепортов ощущение, будто тебя разобрали на запчасти и собрали обратно, что-то обязательно напутав.
— Ты всю жизнь так и выглядишь, — ехидно заметил Лерт и рассмеялся. — Будто кто-то что-то напутал при сборке.
По-моему, я впервые видел лучника смеющимся. После избавления от проклятия и постоянных болей, он действительно сильно изменился.
Из станции в Катаре мы выбирались через тот же скрытый подъёмный механизм. Наверху город жил своей обычной жизнью, словно не было всех этих событий в реальном мире. Хотя, как будто стало больше низкоуровневых игроков, которые вели себя иначе, чем раньше — не бежали выполнять квесты, а ходили, глядя вокруг ошалевшими глазами, словно в музее. Похоже, люди активно регистрировались по инвайтам и пытались понять, насколько реалистичен этот мир.
Сначала я отправился в имперскую канцелярию, чтобы запросить разрешение на повышение уровня города. Во-первых, вдруг прокатит без подтверждения от «дяди», ну, и в любом случае нужно сделать запрос, чтобы потом было что подтверждать. В очереди меня пытались задержать, сейчас здесь было особенно много игроков, видимо, многие пытались получить статусы граждан или купить дома. Это были явно новички, поскольку только новичок или самоубийца стал бы спорить с человеком, рядом с которым стоит четвёрка персонажей столь высоких уровней, какие были у жителей Келевры. Но статус аристократа позволил мне пройти в отдельный кабинет без всяких очередей. Там я оплатил взнос за увеличение уровня города, и женщина мне сообщила:
— Извините, господин Фудре, но нам необходимо подтверждение ваших полномочий от главы семьи. Он может сделать это сам, запрос ему уже отправлен.
И мы направились в гости к моему виртуальному дяде. Особняк Реника Фудре, как и раньше, выглядел так, будто его строили по чертежам человека, который мечтал совместить склеп, храм и родовое гнездо семейства особенно злых воронов. Чёрный камень, узкие окна, кованая решётка, фигуры на крыше, слишком похожие на застывших в прыжке хищников. Даже днём этот особняк выглядел местом, в котором не стоит задерживаться без веской причины и запасного плана отступления.
— Мило, — процедил Лерт. — Уютный домик для честного слуги Империи. И, что самое неприятное, он неплохо защищён от проникновения.
Высоченный зомби-мажордом открыл дверь даже медлительней чем обычно, будто с опаской.
— Я Фальк Фудре, мне нужно поговорить с господином Реником Фудре, — сообщил я.
— А… эти…?
— «Эти» — старые друзья владельца этого особняка, — улыбнулась Амина. — Мы хотим пообщаться с нашим боевым товарищем.
— Он… вас… не ждёт…
— О, ещё как ждёт, — заверил его Лерт. — Может, со страхом, но ждёт.
— Я… не могу… пустить…
Корн подошёл, взял зомби сотого уровня двумя руками и просто переставил за порог.
— Постой тут, подыши свежим воздухом.
Вся четвёрка спокойно вошла в дом.
— Не уверен, что зомби дышат, — заметил я, последовав за ними.
— Ну, пусть улицей полюбуется, — ухмыльнулся Фрам, захлопнув за нами дверь. — Пойдём.
Внутри особняк ничуть не изменился: тёмный камень, гулкие коридоры, высокие потолки, никаких слуг и максимум ощущения, что сам дом прислушивается к каждому твоему шагу.
Реника Фудре мы нашли в том самом тронном зале, на том самом пафосном троне, на котором он встречал меня и раньше. Сейчас он был 91-го уровня, как и в тот раз, когда я с ним впервые познакомился. Вот только исчезло какое-то давящее ощущение, которое исходило от него даже в те моменты, когда он скрывал свой настоящий уровень. А всё остальное было при нём: болезненная худоба, выверенная бледность, холодное лицо человека, который давно разучился испытывать неловкость, и тот самый взгляд — злой и холодный.
— Надо же, — сказал он с едва заметной усмешкой. — Целая делегация пришла. Причём, подозреваю, не ради светской беседы.
— А ты решил сделать вид, будто ничего не произошло? — холодно ответила Амина раньше, чем я успел открыть рот. — И встань, когда разговариваешь со жрицей Богини Судьбы!
Реник перевёл на неё взгляд.
— Аминара Убивающая Взглядом. А я уж думал, ты в Келевре окончательно привыкла к роли сельской святой.
Тем не менее, он нехотя поднялся с трона.
— А ты, видимо, окончательно привык жить с мыслью, что мы не узнаем правду, — спокойно сказала она.
В комнате будто стало холоднее, а послышались потрескивания электричества прямо в воздухе.
Реник скользнул взглядом по Корну, Фраму и Лерту. На каждом задержался ровно на секунду.
— Итак, — произнёс он, — вы пришли поговорить о прошлом? Тогда зря. Прошлое скучно. Особенно когда его начинают обсуждать жертвы, которым так долго нравилось быть слепыми.
Корн шагнул вперёд, и пол под его сапогом хрустнул. Каменный пол.
