Что за бред я несу в своей голове? Почему я сама не своя? Похожа на воодушевленную дурочку!
— Привет, куда торопишься?
Я огляделась вокруг и увидела на скамейке одногруппницу Машу, с которой мы очень сдружились на общих предметах по инженерии.
— На поле к ребятам, тренироваться, — ответила я, подходя к ней. — А ты чего тут сидишь?
— Тебя жду, — ответила Маша и немного засмущалась.
— Меня? Так у нас первая пара будет через три часа, там и встретились бы.
Последнюю фразу я сказала чуть медленнее и начала оглядываться.
— Мне нужно перед тобой извиниться. И пока действует мое зелье, нам надо отправиться в одно место, там нужна твоя помощь.
И тут я вспомнила, что вечером она угостила меня каким-то коктейлем. Утром я была чересчур воинственно настроена, и в целом мои мысли сегодня меня немного напрягали. Они не соответствовали мне. Но я воин, и все у меня получится! Ну вот, опять фразы ободрения не в моем стиле.
— Ты кто? — спросила я ее грозно и приготовилась выпустить своих шершней.
— Маша. О нет, нет, — она встала и выставила руку вперед, давая понять, что она мне не угрожает. — Ты не так все поняла, верней, так, но не так! Я хочу поговорить.
— Я слушаю, и, если мне твой ответ не понравится, готовься к адской смерти, даже после возрождения!
— О нет, так не пойдет!
«Предчувствие, предчувствие, предчувствие» мигало у меня перед глазами. Маша резко взмахнула второй рукой, в которой я увидела знакомый черный плащ, и накрыла меня им полностью. У меня перед глазами все потемнело. Спустя мгновение в глаза резко ударил свет, и я увидела, что нахожусь на корабле, который качается из стороны в сторону из-за шторма.
«Я в океане! В бушующем океане!» — дошло до меня наконец.
Маша в этот момент вцепилась в борт, чтобы не упасть, и ее тут же накрыла волна. Она с трудом удержалась и пристально посмотрела на меня. Я тоже ухватилась за борт и начала осматриваться, пытаясь оценить обстановку. Я находилась на низкобортном судне с палубой с длинным узким носом, приподнятой кормой. Чем-то напоминало галеру, которую я видела на картинках. Первый ярус — палуба, а второй ниже, я так полагаю, был для гребцов. Главная мачта с трапециевидным парусом проходила сквозь палубу и прочно крепилась к килю и корпусному набору.
Я ринулась к другому борту, подальше от Маши, и ухватилась за него, пытаясь сохранить равновесие. Через некоторое время я начала привыкать к этому разрушительному шуму волн. Волны бились об меня с такой силой, что казалось, будто они могут свалить меня с ног в любую секунду. Черные тучи, бушующий океан, гром, молния, корабль, на котором только мы с Машей. В этот момент я посмотрела на воду, бурлящую внизу, и представила себе грядущий ужас.
— Я все объясню! — вдруг крикнула Маша. — Но сейчас позволь мне выровнять корабль?
Я молча кивнула. Маша тут же побежала в конец корабля, на корму. Там было огромное весло или руль, которое она с трудом ухватила, и стала им управлять.
Держась за борт, я спустилась ниже, где должны были находиться гребцы. В углу нашла группу матросов в странной одежде, которые были сбиты с толку и не знали, что делать. Одежда их была вся мокрая и потрепанная. Они сидели, забившись поближе к друг другу. Когда меня отхлестала очередная волна, я сплюнула воду и закричала:
— Эй, ребята, встаем и действуем! Нам нужно проверить состояние корабля и понять, что нужно делать дальше.
Матросы быстро поднялись на ноги, часть села за весла, а другая часть побежала наверх.
— Что нужно делать? — спросил один из матросов, оставшийся почему-то со мной. Ты кто? Иди работай. Откуда я знаю, что еще делать? Опять я должна что-то решать⁈ Я не знаю, я не капитан, мало того, я вообще не понимаю, как я тут оказалась и зачем! Конечно, я умею брать себя быстро в руки. Особенно если ситуация вынуждает, а не бегаю с вопросом: что же делать? Как это делаешь ты! Но в данный момент я могла ему сказать только банальные слова. Кроме меня их, наверное, никто не мог ему сообщить⁈
— Нам нужно вернуться на берег, — ответила я. — Но для этого нужно спастись от бури, выстоять и не разбиться. Что-то где-то закрепить, что-то где-то завязать. Быстро за дело, вы должны знать, что делать!
— Необходимо уменьшить площадь паруса, зарифить! — крикнул он. — Кинуть якорь.
Я выглянула наверх, матросы, стоящие возле мачты, быстро начали опускать парус. Ребята, которые стояли возле Маши, скинули что-то тяжелое вниз.
— Все остальные, кто не гребет, натягивайте на себя специальную страховочную сбрую и пристегиваем себя к бортам корабля, — сказал другой матрос и побежал всем помогать пристегнуться.
— Сейчас будет крутой разворот. Держитесь! — крикнул матрос, пробежавшись мимо меня. Я пристегнулась и схватилась крепко за борт. Высокие волны с длинными нависающими гребнями выглядывали за бортом, образующаяся пена в большом количестве вздымалась плотными белыми полосами вдоль направления ветра. Поверхность океана приобретала порой белый цвет. Это было страшно красиво. Мы разворачивались по диагонали против ветра и волн, чтобы дрейфовать в подветренную сторону.
— Сейчас у руля Маша, вы знаете ее? — крикнула я рядом стоящему матросу.
— Да, это наш капитан, мы думали, она покинула нас, но она вернулась, — ответил тот.
— Упс… Ничего себе расклад, — ответила я удивленно.
— Сейчас шторм переживем в океане, так безопасней, а как только он стихнет, поплывем к бухте, — продолжил матрос, внимательно изучая текущую ситуацию.
Я ничего не понимала, кроме того, что я в океане, на лодке в виде утки, вокруг шторм в двенадцать баллов. Про двенадцать баллов я преувеличивала, конечно; без понятия, как эти баллы считаются. Также я не разбиралась совершенно в корабельной терминологии, но уже поклялась ее изучить. Тут вообще было сложно соображать. Огромная волна постоянно накрывает тебя с головой, ты весь мокрый, и от холода зуб на зуб не попадает. Если бы не веревка, которой я себя опоясала, чтобы не вылететь из корабля, как птичка, то давно бы кормила рыб на глубине океана.
Через час буря наконец утихла, вдали показался материк. Матросы быстро отвязались и распределились по кораблю по своим местам, подняли парус. Я с трудом освободила
