дело о наезде на пешехода.
Новиков дошёл до четвёртого этажа и нажал на кнопку звонка. Разумеется, жильцы элитной новостройки даже в середине рабочего дня могли оказаться дома. Собственно, для кого-то день рабочий, для кого-то…
– Вы кто? – сходу спросила молодая женщина, открывшая дверь. В домашнем халате, но при полном параде – укладка, маникюр и яркий макияж как для свидания. Даже не спросила, кто пришёл, прежде чем отпереть.
– Майор Новиков. – Отточенная демонстрация удостоверения. – Я…
– По поводу нашей соседки. – Хозяйка поджала губы. – Вряд ли смогу чем-то помочь. У нас звукоизоляция. Мы ничего не слышали. – Оттенок сожаления в голосе. Такое случается с теми, кто умудряется «проспать» преступление, совершённое на их лестничной клетке.
– А… – Новиков картинно обернулся и окинул взглядом лестничную клетку. Хозяйка оказалась сообразительной и пригласила его войти. – Может, хотя бы скажете пару слов о Джессике? – Этот вопрос Новиков задал, уже сидя на мягком диванчике в просторной прихожей.
– Матом можно? – кривовато усмехнувшись, спросила хозяйка.
– На ваше усмотрение, – улыбнулся Новиков. Разговор обещал быть интересным.
– Ну, что сказать. – Хозяйка квартиры поймала собственное отражение в большом зеркале и, видимо, по привычке стала дотошно рассматривать лицо и поправлять микроскопические огрехи идеального «домашнего» макияжа. Новиков быстренько глянул на зеркало, чтобы убедиться, что стекло было чистым, без каких-либо рисунков. – Матом, наверное, о покойных нельзя. Но, если честно, она была редкая дрянь. Знаете, почему нам пришлось сделать звукоизоляцию? – Женщина повернулась к Новикову, выразительно изогнув ярко прорисованные брови.
– Почему? – майор задал ожидаемый вопрос. Веди себя предсказуемо, и люди выложат всё, что нужно. И даже больше.
– Из-за неё. – Резкий кивок через плечо с гримасой. – Вечно приведёт целую ораву, ржут всю ночь, орут, грохочут. – Женщина закатила глаза, помотала головой и даже щёлкнула языком. Новиков сочувствующе покивал. – А у нас, между прочим, дети. Трое, мы многодетная семья.
– Как замечательно. – Одобрительная улыбка.
– А она со своими дружками нам спать мешала, – кивнула хозяйка, явно довольная реакцией Новикова. – Вот и пришлось делать звукоизоляцию. Знаете, сколько это стоит?
– Дорого, наверное.
– Ещё как! Так они ещё и потоп устроили, затопили полподъезда! У других соседей, которые под ней, весь ламинат вспучился, пришлось менять.
– Ремонт-то хоть оплатили? – сочувственно спросил Новиков.
– Ну да, её папаша шнырял по подъезду. – Хозяйка снова занялась своим отражением. – Они же в суд хотели подавать, даже к нам заходили. У меня муж оценщик, знает, как такие дела делаются. Но её папаша просто всё оплатил. Так что никто не стал разбираться. Зачем отношения-то портить.
– А он часто здесь бывает? В смысле – отец? – Новиков достал скетчбук и состроил умно-заинтересованное лицо.
– Ну, можно сказать, довольно часто. Это он ей квартиру-то подарил. – Пренебрежительный кивок. – И машину. Вот она и гоняла. Даже, говорят, сшибла кого-то. А знаете, сколько у неё штрафов?
– Много? – Пометка запросить данные в автоинспекции.
– Да куча! Хорошо некоторым живётся, да? Ничего не делаешь и имеешь всё, что захочешь. Нам вот бесплатный участок еле выдали. Хоть газ и воду провели, а то всё сами.
– А с самой Джессикой вы общались? – спешно спросил Новиков, чтобы не углубляться в подробности жизни многодетной семьи оценщика.
– Это ещё зачем? – Недоумённый взгляд.
– Ну, по-соседски…
– П-ф-ф. – Насмешливая улыбка. – Да о чём с ней разговаривать-то? Она же тупая была. Как бревно.
Новиков деликатно попрощался с многодетной домохозяйкой и отправился к другим соседям. Разговоры были короткими и ничего нового не открыли. Бытовые вопросы Вислогузовой решал папа. У всех соседей происшествие вызвало одну и ту же реакцию – лёгкое любопытство с примесью злорадства. Да уж, умела девушка наладить контакты и расположить к себе окружающих.
Все твердили одно и то же – Джессика имела чересчур много друзей, чем здорово докучала соседям, на которых смотрела сверху вниз. Девушка с разноцветными волосами и пирсингом по всему лицу даже выдала, что у Джессики «выросла корона, которую неплохо было бы поправить лопатой».
Расспросы о друзьях ничего не дали. Описания сводились к тому, что это были, в основном, молодые люди с острым недостатком хороших манер и чересчур громкими голосами. О том, имелся ли у Джессики постоянный молодой человек, никто не знал.
Зато, как рассказала та же яркая соседка с пирсингом, имелась собачка. Тоже с недостатком воспитания и громким голосом. То есть лаем. Который, разумеется, тоже ужасно всех раздражал. Как и следы отходов собачьего пищеварения во дворе и на лестничных площадках.
Новиков вернулся в отдел. Город снова накрыло снегопадом, из-за чего транспорт оказался полностью обездвиженным. К счастью, идти недалеко, хотя приходилось пробираться сквозь сугробы и постоянно задирать голову, чтобы не попасть под наледи, скатывающиеся с крыш. Коммунальщики, видимо, решили ждать весны.
Новиков только успел войти в кабинет и снять пальто, как появился Старов.
– Давай, иди сюда, – сказал Старов вместо приветствия, поманив Новикова рукой.
– Что там? – спросил Новиков, кивая на свой стол.
– Записи с камер достал. Всех же на уши подняли, так что ребята сделали для нас отличную нарезку. Вот, смотри. – Старов плюхнулся в кресло Новикова и включил компьютер. Новиков стоял за его спиной, чуть наклонившись.
На экране появилось довольно чёткое чёрно-белое изображение: крыльцо и внутренний двор дома, где жила Джессика Вислогузова. Из глубины снегопада появилась Джессика под руку с высоким мужчиной. Они пересекли внутренний двор и вошли в подъезд.
– Это было примерно в девять вечера, – сказал Старов. – А теперь вот.
Около одиннадцати на крыльцо дома поднялся господин Вислогузов и некоторое время стоял лицом к двери, очевидно, набирая номер квартиры на домофоне. Дверь не открылась, так что Вислогузов спустился с крыльца и поднял голову. Чтобы посмотреть, есть ли свет в окнах, – догадался Новиков. Некоторое время Вислогузов переминался с ноги на ногу, глядя вверх, потом развернулся и исчез в снегопаде.
Без пяти двенадцать мужчина, что был с Джессикой, вышел из подъезда. Его оказалось легко узнать даже со спины. И через три минуты снова появился Вислогузов. На этот
