Ты отдал мою собственность в руки гребаной птицы, и она отнесла ее прямо туда, куда хотела. Идем к ним, — заметил я, расстроенный и разгневанный.
Оникс положил руку мне на плечо.
— Технически, он унес ее на
крыльях
птицы. Или когтях?
Взгляд, который я бросил на него, был чистым предупреждением. Он отступил назад.
— Хочешь меня ударить? Давай, чувак. Я тоже хочу тебя ударить, если честно. Ты, блядь, претендовал на нее? Ты, чертов демон, кусок дерьма.
Я скрестил руки на груди.
— Да, я уверен, что сорвал оба ваших плана добраться до нее. Прости. Но я передумал. И заявил на нее права. Так как насчет того, чтобы вести себя как настоящие друзья, братья и радоваться за меня, что я нашел кого-то спустя двести лет, вместо того, чтобы вести себя как избалованные дети?
Оникс и Вольфганг обменялись горькими взглядами. Волк заговорил:
— Она смертная, Эймс. Ты понимаешь, на что ты ее обрек? Дело не только в том, что мы с Ониксом могли бы... испытывать к ней.
Я посмотрел на ее окно и увидел лишь едва различимые очертания ворона. По крайней мере, он стоял на страже. Ни на что не годный, этот подлизывающийся к ведьмам цыпленок. Когда я отвел взгляд, мои друзья тоже смотрели на ее окно. Я вздохнул.
Мы в молчании поднялись на чердак церкви и занялись привычными для нас делами после боя. Оникс первым делом принял душ, Вульф поджарил яичницу с беконом, а я выпил полбутылки бурбона. Как бы сильно мне ни хотелось ударить своими демоническими кулаками по оберегам старой ведьмы, заставить их дрожать, кричать... Я знал, что мой друг прав. Она находилась в безопасности. И если у нее действительно был фамильяр... Если это не было какой-то уловкой ведьм, чтобы подшутить надо мной... Я не знал, что и думать. По крайней мере, она была в безопасности. И она чертовски уверена, что не получила бы этого, если бы осталась здесь. Я бы трахал ее до тех пор, пока она не потеряла бы сознание от удовольствия. А потом я бы трахал ее, пока она спала.
Из душа послышался крик Оникса, и звук эхом отразился от каменных стен.
— Хватит думать своим членом, Призрак. Возбужден ты, а стояк у
меня
.
Волк, стоящий без рубашки над сковородкой с полудюжиной яиц, приподнял бровь, глядя на меня.
— Мы не занимались этим много лет, и у нас нет времени, — ответил я. Кроме того, в данный момент мой член был полностью в Блайт. Возможно, на всю жизнь. Хотя что-то во мне шевельнулось, когда я обдумал эту мысль.
После душа, причем
холодного
, и нескольких завтраков, и бутылок спиртного, мы сгрудились вокруг рваного кожаного дивана и ковра с высоким ворсом в моей гостиной. Нам не нужно было есть, пить или спать, чтобы выжить, но это придавало сил. Какой смысл иметь не уничтожимую бессмертную форму, если наши человеческие тела такие слабые? Волк уселся на пол, а мы с Ониксом устроились на диване.
— Очевидно, что легион гидры не просто завладел мертвецами и гонялся за маленькими девочками по всему штату, — начал Вольфганг. — Иуда прислал сообщение сегодня утром. Он уже в пути.
Оникс фыркнул.
— Чертов дьявол, как будто ему есть до этого дело.
— Мы не можем рассчитывать на то, что он выручит наши задницы. Я так понимаю, волки позаботились об оставшемся легионе? — спросил я Волка.
Он схватил полупустую бутылку и сделал большой глоток янтарного алкоголя.
— Да, они мертвы. За исключением того, кого они допрашивали и от кого узнали чепуху.
— Какую чепуху? — спросил я.
Волк покачал головой и посмотрел в витражное окно.
— Они зациклились на Блайт. Она нужна им, нужна их хозяину. Они повторяли это снова и снова.
Я так сильно вцепился в подлокотник дивана, что он заскрипел подо мной.
Оникс скрестил руки на груди.
— Но почему? Демоны умело выбирают цели, или они просто чуют запах и... зацикливаются на нем?
— Может быть и то, и другое. Некоторые из нас более хаотичны, чем другие. — Затем в памяти всплыл мой разговор с вампиром. — Вампир говорил похожие вещи. Тогда я не обратил на это внимания, думая, что он просто издевается над нами, но он сказал что-то о том, что его хозяин хочет ее.
— Кем бы ни был этот ублюдок, он прилагает массу усилий, чтобы заполучить обычную смертную девушку.
— Если только она не обычная человеческая девушка, — размышлял Оникс.
Раздражение подступило к горлу.
— Не имеет значения, кто она такая. Важно выяснить, кто это, потому что в следующий раз он пришлет других, и они будут умнее и быстрее. Я бросил ее в лесу. Одну. Я был идиотом. Могло случиться все, что угодно. Мы продолжаем недооценивать это дерьмо. Мы можем противостоять чему угодно. Она, к сожалению, нет.
— Поэтому мы присматриваем за ней. Один из нас постоянно остается с ней, — сказал Волк. — Я удвою патрули моих волков. Может, ты сможешь поговорить с вампирами?
Оникс фыркнул.
— Да, я просто подойду к Винсу и попрошу его помочь полукровке, который не хочет вступать в их клан. Все пройдет хорошо. К тому же, они никогда не ввязываются в чужие разборки. Ты это знаешь. Но... есть другой клан, который мог бы помочь. Который проявил интерес к оказанию помощи.
— Нет, — ответил я.
Волк пристально посмотрел на меня и включил игровую приставку.
— Либо они занимаются своими делами, и мы понятия не имеем, что они задумали, либо ты хоть раз в жизни смирись и попроси Марселину о помощи.
Из моего горла вырвался стон.
— Она ненавидит меня.
— Тогда ты знаешь, что у нее хорошие намерения. — Оникс пихнул меня локтем в бок и взял пульт с кофейного столика.
Я понял, что они были правы, когда наш серьезный разговор перешел на гоночные машины и пиксели на экране.
Я бы сделал все для Блайт.
Даже попросил бы у
нее
помощи.
У ведьмы, которую убил.
ГЛАВА 31
Блайт
РАЗВЕ СМЕРТНЫЕ ДЕВУШКИ НЕ ДОЛЖНЫ ВЫБИРАТЬ ВАМПИРА?
«Я чувствую, что приближается что-то ужасное».
Уильям Шекспир
Мой телефон зазвонил на прикроватном столике, вырвав меня из сна. Солнечный свет проник в комнату, отбрасывая длинную темную тень Ворона, который спал на подоконнике. Вороны спали в вертикальном положении, смешно.
Я села, подавив стон. Все мое тело болело. Я схватила телефон, и сердце бешено заколотилось в груди.
«Выходи, выходи, Маленький Призрак. Я скучаю по тебе».
Эймс.
Призрак
.
Натянув простыни до
