Брайан Олдисс - Теплица (сборник)

II

Лили-йо и Флор легко взбирались вверх, словно на прогулке, по дороге, выложенной камнями. Иногда по пути им попадались растения-враги: тинпин или плаграг. Но их не стоило бояться, такую мелкоту не трудно загнать обратно в зелень. Их враги были врагами и термитов, движущаяся колонна которых с легкостью разделывалась с мелюзгой. Лили-йо и Флор подобрались поближе к термитам, радуясь таким попутчикам.

Путь предстоял долгий. На одной из ветвей они устроили привал. Раздобыв пару семян репейника, они разрезали их на части и утолили голод белой маслянистой сердцевиной. На своем пути один или два раза они встречали группы людей. Последние иногда робко махали им руками.

Они шли по ветви, которая одновременно была и стволом. Дерево — огромное и старое, живущее дольше всех в этом маленьком мире, имело множество стволов. Очень-очень давно — два миллиарда лет назад — росло множество разновидностей деревьев, зависящих от почвы, питающей их корни, климата и иных условий.

С повышением температуры деревья начали стремительно разрастаться и вступили в единоборство с другими видами растений.

На этом континенте буйно разрослось дерево баниан, которое благодаря сложной системе веток-корней постепенно установило свое доминирующее положение над другими растениями. В процессе эволюции банианы приспособились к новым условиям окружающей среды. Они умножали свои ветви, тянулись ввысь, становились шире, защищая основной ствол от врагов, число которых увеличивалось. Баниан обсаживал себя своими же ветвями-корнями до тех пор, пока единственную и полную защиту от врагов могло обеспечить лишь срастание с соседним банианом, образуя густые заросли. Ни одно дерево не могло пробиться к далекому небу. Баниан стал властелином леса. А после этого пришло бессмертие.

На континенте, где жили люди, теперь рос только баниан. Вначале он стал владыкой леса, а потом и весь лес превратился в один большой баниан, которым заросли пустыни, горы и болота. Весь континент опутали переплетенные ветви. И только по берегам больших рек да на взморье — там, где на них могли напасть смертоносные морские растения, банианы не росли.

Не росли они и в той части континента, где жизнь прекратилась и царила ночь.

Подъем замедлился. Женщинам требовалась дополнительная собранность и осторожность: а вдруг навстречу вылетит тайгерфлай?! Вокруг все переливалось разными красками: цвели лианы и грибки. Одиноко летали дамблеры. Воздух стал чище и свежее, а от многоцветий у людей начинало рябить в глазах: голубой и бордовый, желтый и розово-лиловый. Однако они знали: рядом — опасность, вокруг лишь красивые ловушки, которыми изобилует природа.

Дрипперлип выпустил несколько розовых капелек клея, и они покатились вниз по стволу. За ними устремились несколько тинпинов, которых тут же атаковали и уничтожили. Лили-йо и Флор только перебрались на противоположную сторону ствола, не задерживая подъем.

Их окружали растения самых фантастических форм: одни из них походили на птиц, другие — на бабочек.

— Смотри, — прошептала Флор, показывая рукой вперед.

Поперек древесной коры шла почти невидимая на глаз трещина. И вдруг часть коры зашевелилась. Вытянув руку с палкой, Флор подалась вперед и с силой воткнула свое оружие в трещину. Кусок коры отвалился, открыв зловещую пасть. В засаде, превосходно замаскировавшись, сидел остер. Не теряя ни секунды, Флор вонзила палку прямо в пасть, а когда та захлопнулась, потянула изо всех сил, в то время, как Лили-йо страховала ее. Остер явно не ожидал подобного поворота событий. Мощным рывком Флор выдернула его из засады, и он, зависнув на какое-то мгновенье в воздухе, полетел вниз, где и стал легкой добычей райплана.

А Лили-йо и Флор продолжали свой путь.

Верхний Ярус — загадочный мир, королевство растений в его самом экзотическом и имперском блеске.

И если лесом правили банианы, которые этим же лесом и являлись, то в Верхнем Ярусе властвовали траверсеры. Именно они придавали Верхнему Ярусу его особую неповторимость: повсюду свисали гигантские паутины, а на верхушках деревьев раскачивались большие гнезда.

Когда траверсеры покидали свои гнезда, их тут же занимали какие-нибудь живые существа, в них росли другие растения, украшая своими цветами Верхний Ярус. За много лет сухие ветки и другой мусор скопились в гнездах и превратились в прочные площадки. На них рос бернун, растение, необходимое Лили-йо для похорон тотема Клэт.

Карабкаясь изо всех сил, две женщины наконец забрались на одну из площадок. Укрывшись под огромным листом от возможной опасности с воздуха, они решили намного передохнуть. Даже в тени жара была почти невыносимой. Прямо над ними, закрыв собой полнеба, пылало гигантское солнце. Оно посылало изнуряющий зной, находясь постоянно в одной точке бескрайнего неба, и обречено было оставаться там до того дня, — а день этот уже не казался таким уж невозможно далеким, — пока не сгорит.

Здесь, на Верхнем Ярусе, защищаясь с помощью солнца от своих врагов, берлун правил неподвижными растениями. Его чувствительные корни уже «сообщили» ему о появлении чужаков.

На листе, под которым укрылись женщины, появился светящийся круг. И круг этот двигался. Он скользил по поверхности, затем остановился и уменьшился до размеров точки. Лист начал тлеть и вдруг вспыхнул. Концентрируя солнечную энергию одним из своих цветков, растение боролось с пришельцами ужасным оружием — огнем.

— Бежим! — закричала Лили-йо, и они бросились в сторону, к дереву уисл. Укрывшись за стволом и осторожно выглядывая, они наблюдали за бернуном.

Глазам женщин предстало незабываемое зрелище. Растение цвело. Каждый из шести цветов достигал размеров человека. Сомкнутые лепестки оплодотворенных цветов напоминали многогранные коробочки. Попадались и такие, в которых уже ясно виднелись созревающие семена. И, наконец, там, где семена созрели, коробочка — теперь уже пустая и чрезвычайно прочная — становилась прозрачной, как стекло, и превращалась в страшное оружие. Им и пользовалось сейчас растение.

Перед огнем отступали все растения и живые существа, за исключением одного — человека. Только человек мог победить бернун или использовать его в своих целях.

Двигаясь с большой осторожностью, Лили-йо отрезала большой лист, росший недалеко от площадки, на которой находились женщины. Прижимая лист к себе, она побежала прямо на бернун и достигла его прежде, чем растение успело сфокусировать на ней своими коробочками-линзами солнечные лучи.