уборщик из столовой. Сильно опухшими,
с глупыми улыбками. Мне в Комбинате одна стан… — Рита с трудом ворочала языком, произносила по слогам… — один мальчик, фух! Сказала, что их отправляют на карьерные работы или на мусорные полигоны, как отработанный материал. Сказала, что они ничего не помнят и могут выполнять только одну физическую работу.
— Понятно. А ты знаешь, к чему тебя готовили?
— Не-а, — покачала головой Рита. — Но меня почему-то, учили отдельно от других. Может потому, что я часто сбегала.
— А чему тебя учили?
— Математике высших порядков. Мне кажется, что я даже рассчитывала траекторию движения космического корабля.
— Понятно, — Каролина задумалась, а потом экспрессивно, поднявшись на локте, сказала — Но ты должна знать главное, никогда этого не забывай — это ты, это только ты, не они тебя сделали, — без тебя бы ничего не было!
— Я никогда не задумывалась об этом, — призналась Рита. — Но мне нравится такая позиция. Странно, но я вполне могу ее обдумывать, блокировки нет.
— Ничего, мы еще собьем все твои блокировки! — разошлась Каролина, было видно, что любое, даже такое, пока еще гипотетическое, противостояние заряжало ее энергией.
— Все, пора собираться, а то запалимся.
Девочки собрали вещи и, приоткрыв калитку, долго выжидали, вслушиваясь в ворвавшийся в их тайник шум деревьев, неспеша колыхавшихся на неспокойном ветре.
Каролина повела ее другой дорогой, все также заметая следы, и они вышли на небольшую аллею, уходящую прямо на выход к проспекту.
— Ну что, тебе направо, а мне налево, — распорядилась Каролина, указывая на высившуюся вдали стеклянную башню.
— Ну мы еще созвонимся, да?
— Конечно, мы же должны с тобой накодить программку, ага.
— На счет три: раз, два, три!
Девчонки разбежались в разные стороны, оглядываясь назад, желая понять, кто быстрее бежит.
— Папочка! — бросилась на шею вошедшему в квартиру Евгению Рита. — Ну что ты так долго, я есть хочу!
— Он передал ей пакеты и начал раздеваться. Рита радостно зашуршала на кухне, выкладывая на стол содержимое.
— Через полчаса придет Альбина, потерпишь? — спросил он ее.
— Я постараюсь, но если я умру с голода, то это будет ваша вина!
— Согласен, это честно.
— Пап, а что такое честность? Каролина мне сказала, что это слово больше не имеет смысла, — Рита встала в дверях ванны, не давая ему прохода. Евгений выбросил использованную салфетку и взглядом попросил посторониться, но она упрямо стояла, для надежности схватившись руками за косяк двери.
— Каролина сказала верно, но тебе же никто не мешает быть честной?
— Нет, но если честной буду только я, то какой в этом смысл?
— Если во всем искать смысл, то можно прийти к выводу, что никакого. Именно поэтому это слово и устарело. Но главное не в том, как думают другие, а как чувствуешь ты. Если не можешь иначе, то поступай, как считаешь нужным.
Рита рассказала ему про их затею с Каролиной, программный код они уже испытали на открытых заданиях — все работало, но Риту мучили сомнения, может ли она использовать эту уловку для своей пользы.
— Хм, ну и задачки ты мне подкидываешь. Давай тогда разберемся, найди-ка мне Устав школы.
Рита покопалась в планшете и передала ему документ на пару сотен страниц. Евгений поморщился, быстро пролистал введение и, выбрав по оглавлению нужный раздел, принялся внимательно читать.
— Ага, вот, слушай: «Учащийся должен руководствоваться своими знаниями и умениями, и использовать их в полном объеме для реализации учебного процесса с достижением наилучшего результата». С этим согласна? — Рита согласилась, не найдя подвоха.
— Вот, а теперь следующий момент: «Каждое достижение учащегося, полученное путем развитии и использования его способностей, и помогающее в учебном процессе, должно использоваться и поощряться». Ну вот, я думаю, достаточно.
— И да и нет, — покачала головой Рита… — Мне кажется, не знаю как точно сказать…
— Ты думаешь, что это подмена понятий? — подсказал он.
— Да, наверно так.
— Твой подход излишне идеалистичен. В будущем ты не раз встретишься с подобной дилеммой, и каждый будет решать все только в свою пользу, не беря во внимание других. Такова жизнь, таковы люди. Но я могу предложить тебе компромисс.
— Какой? А что это?
— Тоже старое слово, сейчас редко используется. Вкратце это решение, удовлетворяющее всех, хотя и не полностью. В твоем случае тебе никто не мешает использовать вашу программку для проверки своих ответов, в итоге все равно научишься.
— Точно! Какой ты умный! Пойду Каролине скажу, а то она меня заругала за честность.
— Давай, а я пока займу твою кухню, разрешаешь?
— Да, но только сегодня, а завтра я хозяйка!
— Ну, это вы с Альбиной будете решать, не думаю, что она тебе уступит.
— Вы решились? Да? Да?
— Я решился. Надеюсь все так и будет.
— Будет — будет, я прослежу.
— Следи-следи, двигай отсюда.
Она вприпрыжку выбежала, и через пару минут из соседней комнаты раздалось шушуканье и тихое хихиканье.
— Мы договорились! — звонко объявила вбежавшая на кухню Рита.
— Будем считать это факультативным проектом.
— А это называется победой дипломатии, — ответил он ей, ставя ужин, как примерная хозяйка, в печь.
— А Каролина сказала, что это типичное лицемерие.
— Да уж, Каролина за словом в карман не лезет.
— Разве это плохо? Она неверно сказала?
— Верно, но отчасти. Все зависит от точки зрения.
— Точки зрения? Это как брать производную с функции, но в разных координатах?
— Не знаю, тебе виднее. Кто из нас математик?
— Я!
— Иди открой дверь, математик.
Она взглянула на панель на стене, в тусклом свете лицо Альбины было неестественно бледным.
— Привет! — завопила Рита, буквально втаскивая ее в квартиру.
— Осторожней, ну Рита! — не сильно сопротивлялась Альбина.
— Привет, — подошел Евгений, вытирая руки полотенцем. — Ты как раз вовремя.
— Я голодная, как волк, — сказала Альбина, вешая куртку.
— Я тоже! — подпрыгнула Рита.
Альбина бросила быстрый взгляд на Евгения, заметив, что он собрался взять ее заметно разбухшую сумку.
— Ну, — требовательно посмотрела на них Рита.
— Что ну? — удивился Евгений.
— Давайте целуйтесь уже!
— Ты, по-моему, старого кина насмотрелась, — незлобно проворчал Евгений.
— В жизни все не так.
— Ну и зря! Ладно, я скрылась, а то вы же стесняетесь.
Она убежала на кухню, став нарочно громыхать тарелками. Евгений взял сумку и отнес в комнату. Альбина неуверенно топталась в прихожей, бесцельно расправляя свои волосы.
— Я рад, что ты пришла, — он подошел к ней, не дожидаясь ее сопротивления, притянул к себе и поцеловал.
— Хватит обниматься, идите ужинать! — раздалось с кухни.
Рита поела быстрее всех и, в очередной раз оставив свое хозяйство на отца, ушла спать.
— Ну что? — спросил Евгений тихо вернувшуюся Альбину.
— Уснула.
— Интересно, как
