Сергей Минаев, командир «малютки», разбудил задремавшего Мишеля, когда около буя остался только один корабль. Дебуа отправил на базу мыслеобраз с изображением цифры один – готовность номер один объявлялась уже второй раз. Экипаж «малютки» пристально следил, что предпримет этот последний корабль. Все говорило за то, что и он сейчас отправится в путь. Свершилось. Мыслеобраз с изображением лисенка – сигнал к атаке – отправился в путь. «Чижик-пыжик», «Огнедышащий Дракон» и «Танцующий Ковбой-2» рванулись вперед. Достигнув заветной скорости, они начали подпространственный прыжок, координаты которого были введены заранее. Теперь оставалось только молиться, чтобы за эти мгновения не появились корабли рэмов. И они не появились! Такой удачи не ожидал никто. Зато три пары «мелюзги» почти одновременно с «барракудами» вынырнули у буя. Шесть коротких вспышек осветили пространство, и за ними последовало столько же взрывов. С «мелюзгой» покончено! Торпеды одна за другой полетели навстречу космическому бую и точно легли в цель. Очередной взрыв наполнил радостью сердца. Атака длилась ровно сорок секунд, и, не испытывая судьбу, «барракуды» устремились прочь.
Сержант Петров лично встречал возвращающиеся на базу корабли. Обнимая каждого, он не скрывал радости, что все вернулись целыми и невредимыми. В течение следующей недели, прилежно исследуя все квадраты, «барракуды» так и не встретили кораблей рэмов. Все указывало на то, что «мелюзга» прекратила свои полеты. Чтобы окончательно убедиться в своих догадках, «малютка» отправилась в сектора, помеченные Стратегом в качестве запретных для полета «барракуд». Мыслеобраз с изображением фельдмаршала Кутузова подтвердил их гипотезу – рэмы отказались от прокладки нового курса к Солнечной системе и пошли «по старой Смоленской дороге», то есть тем путем, который им указал Стратег. Отряд «Хитрый Лис» выполнил возложенную на него миссию и был готов к новым испытаниям, которые не заставили себя ждать.
Стратег. Размышления:
попытка разобраться в самом себе
Последнее время Стратега не покидало чувство, что он упустил что-то важное, что-то настолько значимое, что это могло изменить все его планы, включая сдачу Земли. Неужели он ошибся, принял неверное решение, и теперь судьба всего человечества повисла на волоске?
Но сколько он ни мучил себя, раз за разом анализируя только ему известные факты, – ответа не находил. Людям свойственно ошибаться, и Стратег не считал себя исключением. Просто ошибка ошибке рознь, и, чем более ответственное решение предстоит принять, тем более высока цена этой ошибки.
Тут нужен взгляд со стороны, но сделать это мог только он сам. Как заставить взглянуть на себя самого со стороны? Стратег не знал ответа, но что-то ему подсказывало, что со временем ему это удастся. Только бы не было слишком поздно.
Три часа семнадцать минут до начала экстренного заседания
Совета Земли и космических Колоний. Стратег
Стратег сидел у себя в кабинете, на последнем, сто первом, этаже дворца Совета Земли и космических Колоний. Он редко бывал здесь. Кабинет был слишком большой и неуютный, занимал весь этаж и выглядел излишне помпезным. Помещение проектировалось во времена очередного триумфа Стратега, сразу после того, как он раскрыл тайну Лабиринта Любви и сумел его пройти. Тогда это открыло человечеству дорогу к звездам. Теперь те же звезды принесли людям беду.
Раскрыв шторы, Стратег залюбовался столицей Земли и космических Колоний. Красавица Конкордия, зажатая между Средиземным морем, воды которого переливались всевозможными оттенками, от лазурного до иссиня-черного, и остроконечными вершинами Альп, блиставшими своими белоснежными шапками, поражала своей величественной красотой. Итак, решение принято. Решение сдать Землю. Сдать эту цветущую планету. Сдать блистательную Конкордию. А что будет с его родным городом? Нога захватчика до сих пор не ступала по его мостовым. Стратег представил себе, как боевые рэмы развязно прогуливаются по Невскому, и ужаснулся. Нет, надо еще раз пройтись по всей цепочке. Может, есть другой выход? Он резко повернулся в сторону моря. Его мысли вернулись в далекое прошлое, когда он так же метался в поисках смысла жизни…
Юность Стратега.
В поисках смысла жизни. Ленинград
С каждым днем в молодом человеке нарастало раздражение, недовольство самим собой. Пришла пора разобраться, понять, правильно ли он живет. Жить надо в душевном равновесии, в гармонии со своей душой, чтобы суета жизни не отвлекала от мыслей о главном. Но именно так и не получалась…
Казалось бы, что еще надо – любящие родители, отсутствие материальных проблем, преданные друзья, девчонки просто прохода не давали. Живи себе и наслаждайся.
Но ощущение одиночества не покидало его. Ему казалось, что он по иронии судьбы родился не в ту эпоху. Ему бы в девятнадцатый век, или он просто в детстве начитался романов? А может, все наоборот, и он родился раньше времени? Может, его место там, в будущем? Бесконечные вопросы начинали сводить его с ума…
Три часа до начала экстренного заседания Совета Земли
и космических Колоний. Стратег
Воспоминания были прерваны легким покалыванием в затылке – кто-то пытался передать ему мыслеобраз. Стратег провел рукой перед глазами, закрыл их и мысленно представил белоснежную простыню. Пульсация перешла в легкое покалывание.
Латинская буква «Z» мигала разноцветными огоньками. Нижняя и верхняя перекладинки вращались с определенной скоростью. Сообщение от агента, совсем недавно перебравшегося в логово врага. Весточка из Империи рэмов.
Разъяренный четырехглавый дракон терзает голубку. Война!
Ах, как сейчас Стратегу не хватало друзей его юности! Они были так далеко.
Солнце стояло в зените. Прекрасный осенний день был в самом разгаре. Стратег сидел лицом к морю и курил сигару. Через двадцать минут состоится первая из череды назначенных на сегодняшний день встреч. Итак, всего двадцать минут, и пути назад не будет. Хотя Стратег принял решение, он хотел еще раз убедить самого себя, что другого выхода нет, и вся эта красота за окном уже совсем скоро будет принадлежать врагу.
Что могла противопоставить Земля мощи Империи рэмов?
Три Звездных флота. Около трехсот боевых кораблей. Большинство из них уже морально устарели. Империя двинула к Земле почти две тысячи звездолетов. Сколько у них еще в резерве? Дать открытый бой, генеральное сражение – просто безумие. Значит, придется отступать, нападая на отдельные вражеские корабли. А значит, враг неизбежно придет на рубежи Солнечной системы.
