Ознакомительная версия. Доступно 26 страниц из 169
Она вытерла пот и оглядела плоды своего труда. Они выглядели многообещающими, но это ничего не означало. Теоретически это все должно заработать, но теоретически она не должна была находиться в таком положении, в какое она попала.
Ничего не узнаешь, пока не попробуешь. Рипли проверила наиболее важные соединения и нажала на выключатель. Что-то вдруг резко зашипело так, что она подпрыгнула от неожиданности. Она снова поправила соединения и включила еще раз. Теперь помех не было.
Она осторожно просунула связку оптических волокон в то, что, как она надеялась, было функционирующим контактным гнездом. Красная стрелка на контрольной шкале, располагавшейся рядом, мгновенно сошла с нуля и установилась между семью и восемью. Когда она повернула еще один выключатель, стрелка немного поколебалась, но осталась в том же положении.
Оставшийся невредимым глаз андроида моргнул. Рипли наклонилась вперед.
— Устная команда. Произвести последовательную самопроверку.
Она не могла понять, почему сказала это шепотом.
Внутри подключившегося искусственного черепа что-то загудело. Замигали сигнальные огни на контрольном устройстве. Из искусственной гортани вырвались какие-то булькающие звуки, и коллагеновые[26] губы слегка раздвинулись.
Она встревоженно заглянула в открытую глотку, потом ощупала все внутри. Бульканье исчезло, а единственный глаз посмотрел на нее.
— Рипли.
Она облегченно вздохнула. У него теперь есть и зрение, и способность узнавать, и координация, и память. Наружные уши выглядели прилично, но это еще ничего не означало. Все дело во внутренней автоматике.
— Привет, Бишоп.
Она сама поразилась, с какой нежностью это произнесла. В конце концов, это же был не человек.
— Пожалуйста, сообщи о своем состоянии.
Наступила пауза, во время которой единственный глаз выразительно вращался в глазнице.
— Отвратительное. Моторные функции вышли из строя, внешнечерепная периферия не реагирует, перспектива выполнения запрограммированных функций нулевая. Активность сенсорных приспособлений минимальная. Боюсь, что самодиагноз нерадостный.
— Мне очень горько слышать все это, — честно призналась Рипли. — Я хотела бы, чтобы все было иначе.
— Не так сильно, как я.
— Ты что-нибудь чувствуешь?
— Да. Мои ноги повреждены.
Она поджала губы.
— Извини, что…
— Все в порядке. Моделирование боли — это всего лишь данные, которые, насколько я могу заключить по моему теперешнему состоянию, скорее всего, неточны. Подтверждаете?
— Боюсь, что так, — Рипли попыталась улыбнуться. — Боюсь, что твои ноги, как и многие твои части, навсегда расстались с плотью.
— Это очень плохо. Ненавижу, когда квалифицированная работа идет насмарку. Но это неважно. Я всего лишь тостер, окруженный ореолом славы. Как ваши дела? Мне нравится ваша новая прическа. Чем-то напоминает меня до установки вспомогательных принадлежностей. Скромно, но со вкусом.
— Я вижу, с чувством юмора у тебя все в порядке.
Он моргнул.
— Как я уже сказал, основные умственные функции все еще работают. Юмор занимает небольшую часть от объема моего интерпретатора.
— Не согласна, — улыбнулась Рипли. — Мне нужна твоя помощь.
Из искусственных губ вырвался какой-то неопределенный звук.
— Не ждите чего-нибудь особенного.
— Я не имею в виду кучу анализов. Мне нужен один и простой. Если я не ошибаюсь, то это не потребует огромных усилий. Мне нужно, чтобы ты воспроизвел данные записи полета АСК.
— Нет проблем. Но зачем?
— Это мы скорее поймем из записи, чем из моих объяснений. Ты мне потом все и объяснишь.
Его глаз описал круг.
— Я могу даже все увидеть. Вам придется подключиться прямо к черепу, поскольку мои вспомогательные приспособления вышли из строя.
— Я знаю. Я все подключу… я надеюсь.
— Ну, вот и подключайте!
Рипли взяла проволочку, торчавшую из черного ящика, и протянула ее к оторванной голове.
— Я никогда этого не делала. Это не причинит боли или еще чего-нибудь?
— Наоборот. Я надеюсь, что буду чувствовать себя лучше.
Она кивнула и подключила провод к одному из контактов на его затылке и немного подергала, чтобы убедиться, что она держится крепко.
— Щекотно, — она отдернула пальцы.
— Это же просто обман, — широко улыбнулся андроид. — Начнем. Его глаза закрылись. Остатки лба наморщились, концентрируясь. Она отлично знала, что это были излишки косметической программы, но было приятно, что еще какие-то функции, кроме основных, сохранились у андроида.
— Ну, вот и я, — через несколько минут пробормотал Бишоп. — На это ушло несколько больше времени, чем я думал. Мне пришлось прощупать некоторые поврежденные участки.
— Я проверяла записывающее устройство, когда нашла его. Все было в порядке.
— Это так. Поврежденные участки во мне. Что вы хотите узнать?
— Все.
— Фиксирующее устройство фирмы Макнери, модель OV-122, серия номер PR-3664874, установлен…
— У тебя что, вышли из строя цепи интуиции? Ты же знаешь, что я имею в виду. Начиная с момента возникновения аварийного состояния. Что произошло на «Сулако»? Почему были сброшены охлаждающие цилиндры?
Андроид заговорил женским механическим голосом:
— В криогенном отделении зарегистрировано присутствие взрывоопасных газов. Пожар в криогенном отделении. Всему личному составу приготовиться к эвакуации.
Снова вернулся голос Бишопа:
— Здесь множество повторений без существенного изменения содержания. Вы хотите их все, прослушать?
Рипли задумалась, поглаживая подбородок.
— Нет. Это сейчас не самое важное. Взрывоопасные газы? Откуда они взялись? И из-за чего начался пожар?
Не услышав ответа, Рипли забеспокоилась.
— Бишоп, ты меня слышишь?
— Извините. Все оказалось труднее, чем я думал. Подача питания и функционирование ослабляют уже поврежденные секторы. Я начинаю терять память и способность отвечать. Я не знаю, сколько смогу выдержать. Лучше задавайте короткие вопросы.
— Ты еще не ответил, Бишоп, — взволнованно сказала Рипли. — Я спрашивала о пожаре.
— Пожар… щелк… да. Возник из-за нарушений в электрической цепи под криогенным отделением. Присутствие какого-то катализатора при взаимодействии с поврежденными материалами дало взрывоопасные газы. Вентиляционные установки полностью вышли из строя: В результате возникла угроза для жизни. Корабль принял решение эвакуировать экипаж. АСК зарегистрировала взрыв на борту корабля сразу после эвакуации и последующее повреждение систем управления АСК. Вот почему наше приземление здесь было не идеальным. Дальше идут детали полета от «Сулако» до настоящего положения.
Ознакомительная версия. Доступно 26 страниц из 169
