и с ними нам пришлось разойтись. Я очень хочу согласиться… но не хочу оставлять отца. Скажи… ты как-то влиял на меня? Влиял на принятие мной решения?
— Специально — нет. — Тут же отрицательно покачал я головой, видя, как и Дени заинтересовался этим. — Но ты должна понимать, что мы с тобой, в некоторой мере, связаны. Это не какая-то незримая связь, а вполне объективная, психо-эмоциональная связь, сформирована между нами на ментальном уровне. Это будет грубое и совсем не правильное, но достаточно близкое сравнение — наша связь работает по принципу сообщающихся сосудов — я влияю на тебя, а ты на меня. Однако, мой сосуд не сравнимо больше твоего и потому, твоё влияние на меня практически не заметно. А вот моё на тебя — огромное. Ранее это выражалось только в том, что я не воспринимал тебя, как пищу — не мог. Просто не мог и не хотел. И последствие этого стала моя эмоциональная привязанность к тебе. В твоём случае это выражалось во все большей хладнокровности, некоторой рационализации твоих мыслительных процессов, осознание и принятие тобой моей морали, моих взглядов, моего отношения… практически ко всему. И по тому, как быстро все изменения с тобой происходили, и плавно, практически незаметно для тебя самой, можно судить о том, сколько велико моё невольно влияние на тебя. Но сейчас… всё усугубилось ещё больше. Твоё тело изменилось и часть Чёрного Света, вируса, живым и разумным воплощением которого я являюсь, является частью тебя на генетическом, молекулярном и даже на духовном уровне. А ментально, после поглощения Левиафана, я эволюционировал, изменился, приспособившись к новой природе. Адаптировался к новому существованию. Можно сказать, что при незначительном росте твоего сосуда, мой возрос с размеров планеты до размеров звезды. Всего за считанные дни твоя психика претерпевала колоссальные изменения в следствии связи со мной. Ни физически, ни ментально, ты уже не человек. Ты — часть меня, а потому принимаешь решения ты так же с точки зрения не старой Тейлор, с которой я познакомился, но уже совсем другой, что находится в процессе активных эволюционных изменений. И чем дольше ты принимаешь решение, тем больше изменяется твоя точка зрения. И эта скорость изменений растёт по экспоненте. Я не делаю этого намеренно и не собираюсь скрывать этого от тебя, но ты уже часть меня и не сможешь вернуться к человеческой природе без кардинального вмешательства в структуру твоей личности. Так что нет, сам я на тебя не влиял намеренно, но на тебя влияет твоя нынешняя природа и связь со мной.
— А отец? — спросила она у меня, — Его ты воспринимаешь, как еду?
— По началу — воспринимал. — Я повернулся к Денни, который все так же не сдвинул я с места за время всех наших разговоров. — Уж извини, Денни, но иначе воспринимать я тебя и не мог, как и всех остальных людей, за одним исключением. Впрочем, постепенно, со взаимным влиянием друг на друга меня и Тейлор, ты, как её отец, так же перестал восприниматься едой, так же став для меня человеком, чья судьба и жизнь мне не безразлична. Это если коротко и без подробностей.
— И кем мы станем после того, как примем твоё предложение? — даже не шелохнувшись, спросил Денни, — Если мы изменимся, то что с нами будет? Кем или чем мы станем? И как ты будешь тогда воспринимать нас? Как мы, люди, воспринимаем кошек и собак? Как еду не воспринимаем, но и за человека никогда не примем. Что-то где-то посередине. Или у тебя есть другое сравнение?
— Папа! — обернулась к нему возмущенно очень резко и быстро Тейлор, в одном только этом движении выдавая свою сверхчеловеческую природу, на порядок быстрее сделав это движение и даже не заметив этого.
— Я могу понять твоё не самое лучшее отношение ко мне, — не дал я больше ничего сказать Тейлор, взяв своё слово. — И могу понять, о чем ты думаешь. Однако же нет. Как бы обидно это не звучало, скорее, именно сейчас вы находитесь в описанной тобой состоянии. Я же предлагаю вам встать в один ряд со мной. Стать подобными мне существами, которые увидят мир так, как вижу его я, и смогу осознать если не все, то большую часть того, что осознаю я каждую секунду. И поверь мне, ты даже представить не можешь, что я имею в виду. Это концептуально необъяснимо для человека, на нынешнем уровне его развития. Я предлагаю вам подняться до туда, где сейчас нахожусь я, чтобы мы могли хотя бы говорить и мыслить в одинаковых категориях.
— Это не отменяет вопроса о нашей судьбе после этого. — Заметил Денни.
— Должен ли родитель строить судьбу своего дитя, когда он вырастает и становится самостоятельным достаточно, чтобы жить самому и самому же решать свою судьбу? Ваша судьба будет в ваших руках и вы вольны будите делать всё, что захотите. С учётом некоторых запретов, само собой, но эти запреты такие же, как запреты на убийство в цивилизованного обществе людей. Однако, вы должны понимать, что чтобы вы не делали, все мы будем связаны. Вы со мной, а я с вами.
Денни молчал, как молчала и Тейлор, пока последняя не подняла на меня взгляд.
— Я согласна, — решительно сказала она, а после повернулась к Денни, — Пап…
— Не нужно ничего говорить, — отрицательно покачал он головой, — Если ты согласна, то я не могу отказаться, как бы мне это было не по нраву. Не могу же я оставить свою девочку без присмотра.
Отлипнув, наконец, от проёма, на который опирался, Денни прошёл к Тейлор и положил руку ей на волосы, слегка взлохмачивая оные.
— Да будет так, — кивнул я. — В таком случае, вам следует ненадолго расстаться.
На мои слова Тейлор и Денни посмотрели на меня с недоумением, на что я тут же поспешил их успокоить.
— Процесс вашего перерождения очень требователен к ресурсам и опустошает огромные территории. И у каждого перерождение происходит по своему, уникально. Я не могу предсказать, какие в вас произойдут изменения и каким образом, сколько на это потребуется энергии и ресурсов, по этому, каждого из вас я буду проводить через перерождение в отдельном отражении планеты Земля, особо богатые на питательных ресурсы и биоэнергию, которые находятся уже в моей власти. После того, как процесс завершится,
