идти?"
"Я не знаю, куда идти", сказал Эрих со скулящими нотками в голосе.
"Я нашел укрытие", сказал Тимми.
"Ты нашел нору? Иисус, вот где ты был все это время, не так ли? Искал безопасное место, где можно спрятаться? "
"Типа того. Ну, ты решил, ты готов? "
"Мне нужно остановиться где-нибудь. И достать панель".
Тимми нахмурился и кивнул на стол перед ними. Панель была прямо перед их глазами. Эрих указал на болты, вкрученные в деревянную столешницу. Взгляд Тимми стал пустым и он встал.
"Эй," сказал Эрих. "То, что ты ... Тимми? Что ты такое-"
Толстая женщина, которая варила кофе, посмотрела на широкоплечего молодого человека. Кофе-бар был у нее в течение трех лет, и она видела достаточно завсегдатаев , чтобы распознавать проблемы.
"Эй," сказал здоровый парень,а на самом деле - еще мальчишка, голосом почти извиняющимся. "Это, того... смотрите. Я не хочу показаться засранцем или кем-то еще, но мне,как бы сказать, нужна эта панель ".
"Ты можешь пользоваться ею здесь, если ты покупаешь кофе. Или вали отсюда,"сказала женщина, скрестив руки.
Большой ребенок кивнул, хмуря лоб . Он взял потертый, напечатанный на черном рынке кредитный чип и сунул в ее ладонь.
"Дерьмо, Джонс," сказала она, проверяя кредитный баланс на крошечном дисплее. "И сколько кофе вы хотите?"
Парень тут же повернулся к столу , где калека с детской рукой просидел целый день. Он ударил кулаком по столу достаточно сильно, чтобы сидящие на крыше люди обернулись на него. После третьего удара столешница начала разламываться. На костяшках его пальцев появилась кровь , а калека отскочил в сторону, когда стол начал рушиться. Парень с треском потянул панель на себя . Болты остались торчать в ней , вывернутые вместе с деревом. Кровь текла по его рукам, когда он засунул прибор подмышку и кивнул калеке.
"Тебе еще что-то нужно?" спросил Тимми.
Эрих силился не рассмеяться."Нет,я думаю, теперь я в порядке."
"Тогда, порядок. Пошли." Тимми повернулся к женщине и помахал ей рукой."Спасибо."
Она ничего не ответила, но засунула кредитный чип в карман фартука и повернулась, чтобы взять метлу. Они ушли прежде , чем она вернулась, сбежав на улицу вниз по лестнице.
"Это было невероятно," говорил Эрих. "То, как ты это сделал. Я имею ввиду, черт...Там все застыли, как камни, а ты, такой, просто безумный, чувак. Ты это видел? Ты видел, они решили,что ты под кайфом?"
"Ты сказал, что тебе нужна панель," сказал Тимми.
"Да, ладно! Это было круто. Есть, чем похвастаться."
"Столы не могут ответить," сказал Тимми."Давай, У меня лодка."
Эрик , наконец, смог успокоиться, но он не рассказал о том страхе, который он испытал, пока Тимми не было с ним.
Вместо этого он всю поездку без умолку тараторил об увиденных им за день новостях, и было это все, как он назвал, призрак истории. Силы безопасности досматривали порты, поезда, транспорт , идущий к орбитальным станциям и Луне. Восемнадцать мертвых сегодня и может быть в три раза больше тех, что под стражей. Он рассказывал новости со всего мира, и дальше. Там даже была леди с Марса , которая, пока летела , рассуждала об истории Земли, как истории полицейского государства. Это ли было не круто? Всю дорогу на Марс, они обсуждали то, что происходит с нарушением прав в Балтиморе. Они повсюду.
У маленького островка, Тимми причалил к берегу и двинулся туда, где среди руин горел свет. Пожилая женщина сидела возле химической плиты и чистила маленькую кастрюлю. Аромат свежего чая смешивался с запахом морской воды и гниющих медуз. Она смотрела вверх. Её лицо походило на маску. Нанесенный ею макияж словно превратил ее в сказочного персонажа из зловещей долины.
"Я нашла твой чай," сказала она. "Надеюсь ты не против."
"Неа,"ответил Тимми не останавливаясь."Давай, Эрих. Я найду , где тебе устроиться."
Они прошли сквозь дверной проем в маленькую комнатку, которая была даже меньше той, в которой сидела женщина. На голом полу виднелись следы клея от бывшего там когда-то коврового покрытия. Плесень расползалась по стене, ветвясь, как дерево, своими черными конечностями. Тимми положил панель прямо на пол. Его кисти рук были черны от застывшей крови и уже начали опухать.
"Ты сможешь здесь поймать сигнал?" спросил Тимми.
"Должен. Может утром придется поискать электричество."
"Ну, ладно. Что-нибудь придумаем. Так , это твоя комната. Наша. А та, её," сказал Тимми , указывая на светящийся дверной проем.
" Её. Если она разрешит войти , ты входишь, если просит оставаться, то ты остаешься, понятно
" Да, конечно. Будь уверен. Боже, Тимми. Твое место, твои правила, верно?" Эрих улыбался в надежде придать своим словам больше надежности.
" Мы ведь всегда с уважением относились друг к другу? Только, серьезно, кто она? Это твоя мама?"
Но Тимми как-будто не слышал его. "Я должен поспать, но потом, утром, я вернусь и принесу немного еды. И еще, мне нужно проведать сам знаешь кого."
"У Эриха свело живот. "Ты собираешься пойти к Бертону?"
"Конечно, если я смогу найти его," сказал Тимми."У него ведь есть план, верно?"
"Верно," сказал Эрих."Конечно."
Он включил панель, подождал пока она загрузится и подключился к сети. Мощность сигнала была так себе, но вполне терпима. Он раз пять бывал в местах со связью и похуже .Он открыл ленту новостей, не авторизуясь. Один лишь свет от экрана освещал комнату, Эрих замерз, но он не жаловался. Тимми встал, потянулся, потрогал свои сбитые костяшки с легким сожалением и вернулся в комнату к женщине и свету.
"Эй," вдруг сказал Эрих. "Мы ведь друзья, правда?"
Тимми повернулся к нему." Конечно."
"Мы всегда присматривала друг за другом, ты и я?"
Тимми пожал плечами. "Не всегда, но когда мы могли, то конечно."
"Не говори ему, где я, ОК?"
* * *
Жесткие меры, применяемые службой безопасности , как и чума , подчинялись законам развития. Достигали пика, за которым следовало снижение. Как ни ужасны они казались в своем эпогее, они были не навсегда. Бертон знал это, как и все лейтенанты, и в соответствии с этим он корректировал свои планы. Он перемещался между тайными своими жилищами, играя в прятки со службой безопасности. В ту ночь, когда Эрих и Лидия спали в своих убогих комнатках на маленьком разрушенном острове, а Тимми пытался разыскать его, чтобы сделать доклад, Бертон спал в лофте, расположенном над складом, с женщиной по имени Эди. Утром он переместился в кладовую
