Евгений Лотош - Ужин при свечах

- Я продолжу, - девушка гордо вскинула голову. - Я хочу спасать людей.

- Хорошо, - доктор достал из кармана пластинку и прижал к зеленому треугольнику палец. - Я ставлю тебе зачет. Передай куратору, чтобы связался со мной по поводу остальных студентов. - Он передал пластиковую карточку Елене. - Не хочешь пообедать как следует? Все это, - доктор обвел рукой стол, - уже оплачено, а ты почти ничего не ела.

- Спасибо, доктор, - мотнула она головой. - Я лучше пойду. - Елена взяла в руки сумочку и нетвердым шагом направилась к выходу из кабинета. До свидания.

- До свидания, Леночка, - кивнул ей доктор. - Привет отцу.

Дверь глухо хлопнула, и он остался один. Наполовину оплывшие свечи тускло мерцали на его серебряном браслете. Подумав, доктор открыл дело и ткнул пальцем в несколько точек на экране. Вспыхнул и медленно угас кровавый штамп.

"Доктор Макутагава Синх, дипломированный палач. Исход отрицательный. Отчет прилагается."

Он погасил экран и задумался. Нет, он сделал все что мог. Просто тяжелый случай.

Доктор хмыкнул, насадил на вилку кальмара по-зунгабски и стал неторопливо жевать, прихлебывая из бокала. Вино и в самом деле было замечательным.

Испокон веков все тираны больше всего ненавидели людей, самовольно уходивших из-под их власти над жизнью и смертью. Право распоряжаться жизнью и смертью стало неотъемлемым правом господина. И люди уверовали в этот фетишизм, поддержанный христианской церковью.

Иван Ефремов. "Час быка"