Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 83
Вывезти дочь в безопасное место тоже не получалось, и майор даже подумать не мог, чтобы оставить жену умирать в одиночестве. Он будет с ней рядом в последнее мгновение. Любой ценой.
Майор угнал машину. Из-за него произошло несколько аварий на дороге, кажется, какая-то машина слетела в кювет, а какая-то повисла на столбе – Петров не запомнил этого, как не запомнил свой хриплый крик, пистолет, дергающийся в руке и бледные лица пэпээсников, попытавшихся проверить у него документы на МКАД.
Майор мог думать только об одном – успеть. Не сдохнуть по дороге от вируса, а войти в палату, вбежать или вползти, но оказаться рядом с женой и дочкой в самый страшный момент. Петров перезвонил из машины, приказал дочке никуда не выходить. Сидеть и ждать.
– Я скоро, – сказал майор. – Ты там меня дождись…
– Ты не беспокойся, папа, у мамы… у мамы все хорошо, – сказала дочь. – Я с ней, ты не волнуйся. Маме сделали укол, она спит.
– Я скоро, – повторил Петров. – Скоро все закончится.
На шоссе за Москвой его почему-то обстреляли полицейские. Может, им сообщили об угоне машины и нападении на патруль? Майор не знал. Он остановил машину, не очень даже и торопясь вышел наружу, вскинул два АКС-74 – все-таки забрал у патрульных, подумал майор и немного удивился.
Петров никогда не был особо хорошим стрелком, но тут, с двух рук, как в заграничном кино, расстрелял четырех полицейских, потом подошел к ним, собрал боеприпасы и оружие, сел в уцелевшую патрульную машину и уехал.
Он вынужденно свернул на проселок, что удлинило путь почти на два часа. Пришлось ехать в кромешной темноте, пока солнце не встало. С рассветом пошел дождь, проселок сразу развезло, но майору до шоссе оставалось всего с полкилометра, успел выскочить на асфальт, прежде чем земля превратилась в вязкую грязь. На шоссе патрульная машина встала – закончился бензин, Петров вышел на дорогу, тормознул первую же легковушку, сказал одуревшему от страха водителю, что по государственной надобности, перегрузил свои трофеи на заднее сиденье, прикрыл каким-то подвернувшимся пледом и уехал, пообещав прислать какой-нибудь транспорт.
Наверное, лучше было бы водителя просто убить, но майор Петров решил, что и так сойдет. Не станет он звонить в полицию, а если даже и позвонит, то этим утром официальные структуры работают не так эффективно.
На перекрестке перед городком стоял блокпост военных – две БМП-2, грузовик и с полусотни солдат, укладывавших возле развязки мешки с песком. Работа шла не слишком быстро, в ОЗК вообще ничего не получалось ни слишком быстро, ни слишком ловко.
Пока Петров показывал свой универсальный пропуск, видел, как солдаты время от времени пытались протереть стекла противогазов. Запотевали, наверное, страшно. И жарко было ребятам.
Машину солдаты проверять не стали, иначе их наверняка смутили бы четыре автомата и два десятков магазинов к ним, пришлось бы снова прорываться, а это трата времени. Лишняя трата времени. Майора не смущало, что придется убивать, что противников много: он был уверен – ничто не сможет его остановить. Он прорвется. Он обязательно прорвется.
– Вы бы не ехали, – посоветовал начальник блокпоста, рослый старший лейтенант. Голос в противогазе звучал глухо и неразборчиво, капли воды сползали по резиновой маске, будто даже противогаз вспотел от влажной духоты. – Скоро мы все перекроем и даже ваша корочка не поможет.
– Ничего, я быстро, – засмеялся в ответ майор Петров. – Мне тут всего километров двадцать осталось. Ты бы связался с блокпостом на въезде, чтобы не компостировали мозги, а? У меня жена в больнице, нужно успеть. Ты понимаешь?
– Хорошо, – сказал старлей, – сделаю.
И сделал.
Заметив приближающуюся к блокпосту машину Петрова, солдат шагнул в сторону и сделал энергичный жест рукой – «проезжай!». Майор коротко нажал на клаксон и проехал мимо двух бэтээров в город.
Движение на улицах было оживленным, некоторые машины были нагружены сверх меры, на багажниках были уложены тюки и баулы, привязаны мешки и детские кроватки. Но движения на выезд почти не было, блокпосты уже заблокировали дороги и развязки. Всем следовало оставаться в своих квартирах и ждать дальнейших указаний.
Несколько машин на центральной площади столкнулись, водители кричали друг на друга, кто-то уже сцепился в драке – Петрову на это было наплевать. Его волновал только один вопрос: когда все начнется? Наверное, зараза уже здесь. Или с минуты на минуту будет. Въезд на улицу, на которой располагалась клиника, оказался блокирован двумя грузовиками, стоявшими поперек проезжей части лоб в лоб.
Майор выпрыгнул из машины и побежал к клинике, держа в одной руке автомат, а в другой – два запасных магазина. На входе в клинику его даже не попытались остановить, собственно, и некому было останавливать. Новая смена на работу не вышла, а старая, с суток, торопилась домой. Им, почти всем, было наплевать на пациентов. Они хотели видеть своих родных.
Палата его жены находилось на третьем этаже. Майор взбежал по лестнице, остановился перед дверью в коридоре, переводя дыхание. Он же не бежал? Он просто приехал проведать жену. Так ведь?
– Привет, – шепотом сказал он, тихонько приоткрыв стеклянную дверь.
– Привет, – ответила Лизка.
– Мама спит?
– Мама проснулась. Ей пора делать укол, но медсестры нет. Я выходила – ни на посту, ни в манипуляционной.
– Я выйду гляну. – Майор вышел в коридор, быстрым шагом прошел к столу дежурной сестры. На полу валялись куски марли, рассыпанные таблетки, на пластиковом подносе – таблетки в стеклянных баночках. И шприц на листочке с фамилией его жены.
Петров схватил шприц и вернулся в палату.
– Куда колют, в вену? – спросил майор у дочери, опускаясь на колени перед кроватью.
– В вену, вот тут… – Лизка показала, куда именно.
Жена похудела. Очень сильно, вены проступили явственно, даже такой неопытный человек, как майор Петров, не ошибся.
Выпустить воздух, напомнил себе майор. Есть. Теперь… Чем-то протереть кожу, но… ладно, без этого.
Сколько осталось времени? Сколько осталось времени…
За окном пронзительно взвизгнули тормоза, раздались грохот и звон бьющегося стекла. Майор аккуратно вводил наркотик в вену жене, дочь подбежала к окну, отодвинула вертикальные жалюзи.
– Тут авария, – сказала Лизка. – Машины столкнулись. И какие-то люди дерутся. Папа, они убивают друг друга! Кровь! Они с ума сошли, что ли? Они едят друг друга…
– Сюда! – прошептал майор. – Мы же вместе. Все будет хорошо. Все будет очень хорошо…
Дочь подошла, села на край кровати. Мать открыла глаза, улыбнулась и накрыла ее руку своей ладонью. Второй рукой нашарила пальцы мужа, крепко сжала.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 83
