Колвел вскочил на ноги, рванулся к столу и выхватил брусочек с дротиками Джин. Его волосы взъерошились, губы отвисли, из горла рвалось хриплое дыхание. Он решительно поднял оружие. Джин скользнула вниз в своем кресле и пнула его руку. Дротик с сухим щелчком взорвался в дверном косяке.
Свенска бросилась на Колвела, Молли продолжала орудовать метлой. Брусок с дротиками упал на пол, Джин подобрала его.
— Тебе должно быть стыдно за свой делишки! — кричала Молли.
Свенска трясла его за плечо. Доктор оцепенел и не сопротивлялся.
— Что вы с ним сделали? — закричала Свенска.
— С кем?
— С моим мужем?
— Я никогда его даже не видел.
— Да, вы его не видели, — передразнила она с нескрываемым презрением. — Не видели, зато я… Он пришел, поглядел на меня. Большое брюхо, на седь-мом-восьмом месяце — и это я. Он назвал меня грязным словом и ушел. Совсем ушел, к этой Пусколиц, и у меня больше не было мужа. Восемнадцать лет.
— Вы можете заставить Колвела жениться на вас, — проказливо предложила Джин.
Свенска оглядела Колвела и пришла к решению:
— Фу, от такого недомерка никакой пользы.
— И он снова собирался приняться за свои отвратительные трюки, так что ничего в нем хорошего нет. — Молли повернулась и посмотрела на Джин. — Моя ты девочка или нет, я не хочу, чтобы этот негодяй дурил тебя. Я всегда знала, что тут дело не чисто и упросила Свенску впустить меня, и это вышло хорошо, я сама вижу, я пришла как раз вовремя.
— Да, я рада, что вы пришли. — Джин глубоко вздохнула. — Я рада, что вы все пришли.
Колвел собрался с силами и попытался вновь одеться в величие как нищий в лохмотья. Он сел на стул и принялся дрожащими пальцами двигать на столе бумаги.
— Вы… вы не имели права вторгаться сюда, — произнес он наконец с напускным негодованием.
Молли презрительно засопела:
— Я хожу туда, куда мне вздумается, и не криви морду, а то я тебя снова метлой. Я давно мечтала об этом, еще с тех пор, как проторчала здесь сверх срока, и все из-за твоих гнусных экспериментов.
Колвел злобно повернулся к Свенске:
— Вы позволили ей войти, а я все эти годы доверял вам, у вас был хороший дом, работа…
— Ну, конечно! Да я мозоли натерла, ухаживая за вами и вашими девицами, это не постель из роз… Теперь мы сделаем по-другому. Теперь вы будете на меня работать.
— Вы сумасшедшая, — отрезал Колвел. — Теперь убирайтесь, обе убирайтесь, а то я вызову полицию. — Он потянулся к интеркому.
— Руки прочь! — рявкнула Молли. — Поаккуратней. — Она взмахнула метлой. — И теперь я вот что вам скажу. Вы сделали меня нищей, и я требую возмещения ущерба. Да, сэр, — она важно кивнула, — возмещения ущерба. И если вы заартачитесь, я выколочу из вас деньги метлой.
— Смехотворно, — тихо сказал Колвел.
— Я тебе покажу смехотворно, я хочу признания своих прав!
— Мне казалось, это древнее место хорошо подходит для цыплячьей фермы,-лукаво заметила Джин. — Колвел тоже так считает. Вы можете развести здесь цыплят, а Колвел будет на вас работать. Колвел утверждал, что это прибыльное дело.
Свенска скептически поглядела на Молли.
— Это верно — то, что она говорит? — спросила Молли Колвела.
Колвел беспокойно заворочался в кресле:
— Здесь слишком холодно и ветрено для цыплят.
— Напротив, здесь хорошо и тепло,-возразила Свенска. — Мы прямо как в солярии.
— Так мне Колвел и говорил, — подтвердила Джин. Колвел повернул к ней искаженное ненавистью лицо:
— Заткнитесь! От вас, дьявола, все беды. Джин встала.
— Я улетаю, если, конечно, смогу пилотировать этот старый гроб. — Она кивнула Молли. — Благодарю за то, что пришли. Желаю успеха с вашей цыплячьей затеей.
Девушка вышла, оставив за собой тяжелое молчание. Чуть поколебавшись, она пошла по коридору к библиотеке. Она чувствовала радость и подъем и почти всю дорогу бежала. В дверях Джин снова заколебалась.
— Ладно, все-таки они — это я. — Она распахнула дверь. Шесть девушек с любопытством повернулись к ней.
— Ну? Что хочет Колвел?
Джин переводила взгляд от лица к лицу с улыбкой, обнажившей ее острые маленькие зубки.
— Старик Колвел вместе со Свенской собирается заняться цыплячим бизнесом. — Она засмеялась. — Старый глупый петух.
В комнате настала тишина. Все затаили дыхание.
— Теперь мы все уходим, — сказала Джин. — Первое дело — это Черри. Она в беде. Колвел сделал из нее орудие, и теперь она в беде. Это хороший урок. Никогда не будь орудием против своей сестры. Но мы не мстительные. Мы все промаршируем в суд. — Она вновь рассмеялась. — Это будет забавно… Потом мы вернемся на Землю. У меня есть куча денег. Я поработала как черт, но, думаю, нет причины быть свиньей. — Она оглядела круг лиц, словно смотрелась в призматическое зеркало. — Ведь, как бы то ни было, мы одна и та же личность. Какое удивительное чувство…
Секретарша и делопроизводитель Майкрофта взглянула на посетительницу и поджала губы.
— Здравствуйте, Руфь, — сказала Джин. — Мистер Майкрофт у себя?
— Мы бы предпочли, чтобы вы звонили и договаривались заранее, — ледяным тоном произнесла Руфь.-Это позволило бы лучшим образом организовать работу. — Она стрельнула в Джин суровым взглядом… Нельзя отрицать, девушка живая, красивая. Но почему Майкрофт каждый раз сам не свой, когда смотрит на нее?
— Мы только что прибыли в город, утром. На «Зимней Звезде», — пояснила Джин. — Мы не могли позвонить заранее.
— Мы? — спросила Руфь. Джин кивнула.
— Нас восемь. — Она хихикнула. — Скоро мы сведем старика Майкрофта в могилу. — Она взглянула назад, в коридор.-Входите, девушки.
Руфь грузно рухнула в кресло. Джин сочувственно улыбнулась, пересекла приемную и открыла дверь в кабинет Майкрофта.
— Здравствуйте, мистер Майкрофт.
— Джин! — воскликнул Майкрофт. — Вы вернулись… Вы… — его голос задрожал. — Которая из вас Джин? Мне кажется, я сошел с ума…
— Я — Джин, — весело представилась одна из девушек. — Ничего, вы привыкнете. Если почувствуете затруднение, поглядите на наши запястья. Мы надписаны.
— Но…
— Они все мои сестры. Вы попечитель всех восьми.
— Я… изумлен,-выдохнул Майкрофт.-Мягко выражаясь… Это чудо… И, я так понимаю, вы нашли своих родителей?
— Ну, и да, и нет. Честно говоря, это я от волнения просто упустила.
Майкрофт переводил взгляд от лица к лицу:
