Ознакомительная версия. Доступно 1 страниц из 4
Кирилл еще раз припал к дверному глазку - и сделал это зря. Должно быть, тот, снаружи, нечеловечески чутким своим слухом уловил его движение и, снова подцепив лист, рванул. Кирилла бросило плечом на косяк, Маринка со вскриком выпустила скобу и отлетела к боковой стене.
- Дер-жать!.. - натужно прохрипел Кирилл, понимая уже, что не удержит.
В темной, неуклонно увеличивающейся щели между косяком и дверью воссияли два совершенно волчьих глаза и послышался злобный ликующий рык, похожий на отдаленный рев немыслимо громадной толпы. "Русский бунт... вспомнилось напоследок ни с того ни с сего. - Бессмысленный и беспощадный..."
Далее возник легкий, быстро усиливающийся звон, пылающие изжелто-зеленые глаза в черной щели дрогнули, расплываясь, - и Кирилл Скрыпицын, здоровый мужик, потерял сознание. Ненадолго, на долю секунды. Дверную скобу он, во всяком случае, из рук так и не выпустил. Чуть позже, впрочем, выяснилось, что Кирилл и не смог бы этого сделать пальцы свело...
В чувство его привел железный гул захлопнувшейся двери. Кирилл попробовал вновь напрячь мышцы, но они были теперь как из ваты. Маринка (темный прямой силуэт) стояла рядом.
- По-мо-ги... - изнемогая, просипел Кирилл.
Мольба его осталась без ответа. Некоторое время Маринка напряженно прислушивалась к тишине в коридоре, потом молча протянула руку и включила свет.
- Все, - безразлично сказала она. - Быстро сегодня...
Лицо у нее было изможденное и словно бы покоробившееся - особенно вокруг глаз. Губы сложены горько и брезгливо - как у старой алкоголички.
Отодвинула Кирилла от двери, что удалось далеко не сразу, и, нажав на скобу, протиснулась в коридор.
Олежка Волколупов лежал в полуметре от железного порожка. Вдвоем они подняли его и перенесли на диван.
- Слушай... - обессиленно сказал Кирилл. - А чего ты с ним не разведешься?
Маринка сделала вид, что не расслышала, и отвернулась.
- Что?.. Проспится - человек? - спросил он с усталой издевкой.
Зря он это сделал. Очевидно, слова его явились той самой последней соломинкой, что переламывает хребет верблюда.
Маринка запрокинула искаженное лицо - и тихонько завыла, раскачиваясь. Потом медленно стала оседать на пол. Опомнясь, Кирилл кинулся подхватить - и вдруг понял, отпрянул...
Продолжая завывать, Маринка шла к нему на четвереньках, и радужки обезумевших глаз ее увеличивались, вытесняя белки...
Ознакомительная версия. Доступно 1 страниц из 4
