В Райков - Большие дети жизни

- Итак, что вы решаете?

Слова Президента заставили Мая вздрогнуть, но он не сказал ничего. Не получив ответа, Президент продолжал совершенно другим голосом, в котором улавливалось почти дружеское сочувствие к нему:

- Вы понимаете, я не могу отпустить вас. Я стал бы тогда врагом самому себе. Вы страшнее всех моих политических противников. Вы опасны, потому что вы ученый. А все ученые - это большие дети. Пусть даже великие, но дети! Ради блага человечества вы готовы умереть уже сейчас - вот чем вы страшны. Откуда я знаю, что вы сделаете завтра? Всего можно от вас ожидать, всего! Поэтому подумайте хорошенько. Я дам вам времени, сколько захотите. Согласитесь, это ради вашего же блага.

- Об этом нечего и думать, - устало произнес Май. - Я никогда не взял бы на себя такую ответственность перед целым миром.

И он вспомнил с мрачным удовлетворением, что не оставил дома никаких следов своего изобретения. Но от этого ему не стало легче.

Серые глаза Президента пытливо глядели на него, и в этом взгляде Май прочел свой приговор. Потом он увидел, как пухлый палец государственного деятеля нажал красную кнопку на столе. И в следующий бесконечный миг ожидания он подумал с болью: "Прощай, Кристи! Пойми меня в мой последний час и, если можешь, прости. Прощай, моя Кристи!"