— Повтори.
— Мне надо тебя раскодировать — разбудить твоего скарра.
— Кого ты будить собрался?
— Скарра. Когда — нибудь ты спасёшь свою планету, и благодарное человечество поставит тебе большой памятник. Как тебе это?
— Нет уж, спасибо! Благодарное человечество поставит мне большой памятник, а неблагодарные голуби будут на него гадить! Что за скарр?
Не очень-то ясно. Совсем неясно! Что за скарр? Зачем его будить? Спит и пусть себе спит!
— Ты не понимаешь… — начал, было, он мне объяснять.
— И, что интересно, я даже не хочу ничего понимать. — Прервала я его — Мне так легче.
— Но так нельзя! — возмутился он.
— Кто сказал? Можно, — успокоила я его — а, если я этого не хочу, что тогда?
— Но ты же не знаешь, о чём идёт речь.
— И не хочу знать. Слушай, у меня и без тебя сейчас полно проблем. Может быть, когда у меня всё устаканится, я поговорю с тобой по-другому. Но сейчас ты выбрал неподходящее время.
И этот гад опять исчез, даже не попрощался. Я уже начала привыкать к его фокусам.
Ночью мне снилось чёрте что. Спала я плохо, тревожно. Утром проснулась злая и разбитая от Люськиного звонка. Люська-моя подруга с ясельного возраста. Маленькая, кругленькая, как колобок, Люська была просто ненормальной оптимисткой. Мне кажется, что она будет веселиться даже на собственных похоронах.
— Ты где была?
— Сначала я хотела ей всё рассказать, но вовремя остановилась. Ясно же, что она мне всё равно не поверит. И я бы не поверила. И никто бы не поверил. Может быть, мне всё это приснилось, кто его знает. Иногда бывают очень даже реальные сны.
— Да так, просто немного по городу пошлялась. Достали уже все, даже дома сидеть не хочется.
— Ничего, привыкнут, куда они денутся. Слушай, мы тут решили устроить прощальные гастроли.
— Кто это мы?
— Ты просто дикая какая-то стала. Кто ещё может быть? Все наши. Когда ещё увидимся?
— Когда-нибудь увидимся. А где?
— У Сеньки на даче, в воскресенье.
— Ладно, я буду.
— А что ты решила?
— Ничего я не решила. Слушай, Люсь, я сейчас занята. Давай я тебе попозже перезвоню.
— Хорошо. Предки твои успокоились?
— Не совсем. Сейчас иду к ним.
— Ну, ни пуха, ни пера!
— К чёрту!
Родители уезжают на целый месяц в отпуск на море, и это значит, что я буду абсолютно свободной, и всё это время меня никто не будет донимать. Я смогу всё обдумать в тишине и покое.
А, всё это хорошо, но что же, всё-таки происходило со мной вчера? Я никак не могу избавиться от мыслей об этом загадочном Софе. Всё это очень, очень странно. Находясь в здравом уме и твёрдой памяти, я должна признаться себе, что чертовски жалею о том, что прогнала этого типа и ничего не узнала. Со мной всегда так! сначала сделаю что-нибудь, а потом жалею, но изменить уже ничего нельзя. Нормальный человек от него не отстал бы, пока не выяснил бы всё, а я, как дура… вопросов море!
Что такое этот скарр и почему его обязательно надо разбудить? От кого моя мама меня родила, если я лишь наполовину человек? И что это за фигня такая-Наблюдатель-Координатор? И что всё это мне даёт? И наконец-то, могу ли я так же, как он перекраивать себе лицо и смогу ли ещё когда-нибудь его увидеть? А ведь я хочу его увидеть! Мне неприятно себе в этом признаваться, но он меня заинтересовал, серьёзно заинтересовал. А, если быть совсем уж честной, то скажу так, уф, до чего же трудно это сказать даже себе самой, он мне понравился!
А дальше моя жизнь потекла довольно буднично. С утра шла на рынок. Раскладывала барахло на прилавке и ждала покупателей. Мне не нравилась эта работа, но меня в ней устраивало то, что я ни от кого не зависела. У нас подобралась неплохая компания, но об этом позже. Я нисколько не жалела, что не стала поступать в институт, потому, что, всё, что ни делается — делается к лучшему.
Соф больше не появлялся, и я почти выкинула его из головы. Вспоминала, конечно. Но всё реже и реже — с глаз долой, из сердца — вон! Родители мои потихоньку успокоились. Если «в семье не без урода», то я ещё не самый уродливый урод из всех возможных. Бывают и хуже. Было не так уж и плохо, но какая-то смутная тоска не давала мне покоя. Мне постоянно казалось, что я потеряла что-то очень важное и не могла понять что именно. Упустила какой — то невероятный шанс! Что — то странное происходило со мной. Мне снились очень яркие фантастические сны. Что — то в душе дёргалось и возмущалось, пытаясь освободиться от невидимых пут. Иногда мне казалось, что я слышу чей — то голос, странный голос — нечеловеческий, который говорил к тому же на незнакомом языке. Да и не речь это была вовсе. Мысли, какие — то непонятные в голову лезли — могу сказать наверняка — не мои это были мысли. А чьи тогда?
А вот в сентябре случилось то, что случилось.
Я заявилась домой. Заявилась поздно и пьяная. Не в драбадан, почти в сознании, но довольно замутнённом. У Розки было день рождения и это, я думаю, всё объясняет.
Розка — моя соседка по рынку. Обесцвеченная блондинка с зелёными глазами и чудовищным чувством юмора.
Пить мы начали ещё на рынке. И сразу пошла торговля! Видимо, как ни крути, а пьяных на Руси любят. Мы упорно пытались споить Саню-китайца. Вообще-то он не Саня, но мы называем его так для простоты общения. Парень он хороший, но абсолютно непьющий. Настолько непьющий, что споить его нам так и не удалось. Работать пьяным он наотрез отказался.
А вот уже после базара начался настоящий загул! И даже мой китайский тёзка сдался. С трудом, но нам удалось объяснить, что в России насчёт пьянки нет слова «не могу», зато есть слово «надо».
— У себя в Китае ты, Саня, можешь и не пить, а здесь, будь любезен, от коллектива не отрывайся. Будем сейчас водку пить, земля валяться, понял? У нас, если надо, то пьют все, даже грудные младенцы.
— ?!
— Ну, это я немного переборщила. Младенцы не пьют, иногда, но ты ведь не младенец!
Он смотрел на нас с ужасом, всё ещё не понимая, шучу я или серьёзно.
— Ты видел, как у нас сразу торговля пошла! Нет, ты обрати внимание на этот факт!
Розка лихо хлопнула рюмку водки и продолжила свою мысль:
— Вот вы, было дело, своей атипичной пневмонией весь мир запугали. А в России? По идее мы должны паниковать сильнее всех, как-никак, ближайшие соседи. Китайцев в России скоро будет больше чем в Китае. И никто не заболел!
Саня слушал и покорно пил водку, изо всех сил пытаясь понять, при чём тут атипичная пневмония.
— Да пойми ты, чудак-человек, наши по врачам ходить не любят, у нас всё больше народными средствами лечатся. Вот началась какая-нибудь простуда, если человеку больничный не нужен, то он сроду к врачу не пойдёт и не станет разбираться, что там у него, грипп Куринный или атипичная пневмония. Человек просто настоит красный перец на водке и выпьет на сон грядущий. А, если такой, как мой бывший, так тот вообще спирт с перцем пил и никогда не болел! Никакой уважающий себя вирус не выдержит такой гремучей смеси! Вирус даже до места толком добраться не успеет, устроиться, как следует, а тут ему такой вот коктейльчик и все, хана, угорел вирус.
