Скользкий Плавник повернула на широкую тропу, больше похожую на пробитый среди скал тракт, обогнула какой-то скальный выступ, и холод исчез. В непривычки даже показалось, что стало жарко. Похоже, настала пора покидать старую дорогу и переходить на новую. Да и племя Сидельцев находилось совсем недалеко — правитель видел огни их разумов. Похоже, все они пребывали в покое. Не спали, а просто мирно занимались своими делами. Еще сотня, другая шагов — и их пещера останется позади.
Дикарка начала ступать еле-еле, чуть не на цыпочках. Не столько из боязни того, что в пещере могут услышать шаги босых ног по камню, а просто для самоуспокоения. Впереди появился широкий светящийся прямоугольник молекулярной мембраны, ограничивающей вход.
«Как хорошо, что со света нас невозможно увидеть», — успел подумать Найл, как вдруг из-под пленки появился высокий человек и сделал несколько шагов навстречу. Свет падал ему на спину, поэтому путникам предстал только темный силуэт с широкими плечами, растопырившимися в воде волосами и длинными ногами с широкими ступнями.
Дальше все произошло слишком стремительно — Посланник Богини прикоснулся к его разуму, понял, что дикарь их не видит. Но именно в этот миг тот заметил чужаков.
«Охотники за масками!» — обжег страх его разум.
Пока Найл собирался послать ему успокаивающий импульс, туземец рванул из-за пояса нож. Правитель попытался сделать тоже самое, и сходу, движением снизу вверх, подсечь руку врага. Он совсем забыл про воду — рука с клинком двигалась слишком медленно, а выброшенный вперед нож уже почти касался горла. Найл успел только' толкнуться кончиками ступней от дна, приподнявшись от силы на ладонь… Но этого хватило. Костяное лезвие врезалось в верхний край кирасы, дробясь с громким хрустом, а Посланник Богини, следуя только что преподнесенному уроку, с силой толкнул поднятый меч вперед.
Толстое широкое лезвие легко погрузилось в плоть, войдя в грудь туземца почти по самую рукоять — так, что кончик выглянул у врага из спины. Найл рванул оружие к себе. В воде стало расплываться большое кровавое облако. Скользкий Плавник быстрым движением сорвала с лица бедолаги маску — Нефтис вообще не успела отреагировать. И прежде чем плавно оседающее тело коснулось дна, путники уже успели проскользнуть мимо пещеры, растворившись в непроглядной темноте.
— Преследовать будут? — мысленно спросил Найл дикарку.
Та испуганно дернулась, попыталась что-то сказать — изо рта ее вырвалось облако пузырей. Посланник Богини схватил ее, прижимая маску к лицу, и еще мысленно предупредил:
— Не дергайся, утонешь! Вслух ничего не говори. Просто покачай головой: Сидельцы станут за нами гнаться, или нет?
Скользкий Плавник отрицательно покачала головой. Не станут. Какой смысл? Услышать беглеца по колебаниям воды можно только на расстоянии нескольких шагов. Следов на дне не остается, запах в воде человеку не почуять. Как угадаешь, куда ушел враг? В какую сторону, как далеко? А если он сидит в засаде и ждет, пока воины уйдут и оставят женщин и детей беззащитными?
Однако путники на всякий случай не останавливались еще несколько сот шагов, стремясь удалиться от Сидельцев как можно дальше, и только там забрались в узкую щель между скалами, плотно прижавшись друг к другу.
Толком выспаться не удалось — так, немного восстановили силы, и все. Скользкий Плавник повела их дальше по явно искусственной тропе. В одном месте остановилась, к чему-то прислушиваясь, а потом сделала шаг вперед, и побежала.
Поначалу Найл не понял, с чего это она заторопилась — но стоило ему ступить на тот же камень, как он ощутил жгучий холод, и толкающее в спину течение. Он просто начал быстро перебирать ногами — а остальное делала вода.
Теперь они мчались так быстро, что сверху обеспокоенные смертоносцы стали присылать тревожные импульсы — а вдруг правитель попал в беду? Найл успокоил их, и восьмилапые сообщили, что вынуждены поднять паруса.
Несмотря на помощь течения, путники выдохлись через несколько часов и отвернули к обрыву.
Скользкий Плавник не знала здешних мест, а потому Посланнику Богини опять пришлось довериться ментальному восприятию. Он высмотрел у верхнего края склона небольшую пещеру — именно туда люди и забрались, благо скалы были испещрены трещинами, и лазать по ним особого труда не составляло.
Убежище оказалось неудачным — короткая горизонтальная выемка не позволяла «надышать» себе воздушного пузыря. Зато вода здесь была стоячая. В такой ночевать теплее.
Скользкий Плавник, ощупав ближние скалы, ушла ставить ловушки. Недалеко, всего в нескольких шагах по сторонам. Потом вернулась и нахально втиснулась между правителем и Нефтис — в самое теплое место.
Утро принесло «водяную рыбу», которую дикарка потрошить не стала — просто вырезала из спины большие сочные ломти. Здесь Найл впервые узнал и то, как можно всухую есть под водой. Опытная к жизни на дне женщина задерживала дыхание, приподнимала маску, запихивала мясо в рот, потом делала выдох: бульк, — и воздух выскакивает из-под маски с лишней водой.
Посланник Богини попробовал поступать точно так же. Получилось.
Перекусив, путники снова отправились в путь. Найл прыгнул вниз следом за изумрудно-зеленой и почти совсем белой аурами женщин, и опять побежал, подгоняемый стремительным потоком.
Впереди показалась россыпь алых огоньков, которая быстро приближалась, р-раз — и проскочила по правую руку, оставшись позади. Вскоре показалась очередная россыпь. Однако Посланник Богини не видел никакой необходимости встречаться с туземцами, проживающими с этой стороны горной страны, а потому опять со всех ног пробежал мимо.
Мысленное зрение позволяло ему определить, что край подземной реки уже совсем недалеко, а потому он мчался из последних сил, надеясь, что женщины тоже не выдохнутся раньше времени и не остановятся. Еще немного, еще, еще, еще…
Напор течения заметно ослаб, и люди сбавили шаг. Вода вокруг стала теплее, потом показалась почти горячей. И вот уже при каждом шаге море больше не помогает двигаться, а упруго убирается в грудь. Значит, река потерялась где-то позади, там же, где остались и высокие горные склоны. Они на равнине. Впереди — мертвая земля.
Найл устало опустился на каменистое дно, откинулся на спину, закрыв глаза. Что, впрочем, в здешних местах не имело особого значения. Ноги ныли от долгого бега, словно их окатили кипятком. Мышцы груди тоже болели от натуги. Последняя пара дней далась им нелегко. Зато теперь можно будет сделать небольшую передышку. Не в том смысле, чтобы совсем остановиться, а просто двигаться уже не торопясь. Впереди равнина, трудно быть не должно.
