морю. Океан несся навстречу. Корабль с титанической силой врезался в белые барашки волн, металл прогнулся от чудовищного удара. А затем сознание всех, кто был на борту, поглотила чернота.
Патти Грей проснулась, нажала кнопку вызова медсестры, находившуюся под подушкой, и улыбнулась, оглядывая чистую больничную палату.
Глэдни уже ждал возможности увидеться с ней. Он въехал в палату на инвалидной коляске и остановился у её кровати.
– Привет. Снова чувствуешь себя человеком?
– Еще бы! – она рассмеялась. – Глэдни, я собираюсь остаться здесь на всю оставшуюся жизнь!
– Ага… я вчера говорил то же самое. Но сегодня мне уже не терпится вернуться вон туда. – Он ткнул большим пальцем в сторону неба.
– С Джудит всё в порядке
– Конечно. Она хочет тебя видеть. Честно говоря, мисс Грей, – он понизил голос, – я ожидал, что тот первый «шлеп» Крыса её убьет.
Грей вздрогнула.
– У меня смутные воспоминания о той посадке. Как мы вообще выжили?
– Легко и просто. Нас заметил катер береговой охраны и подобрал милях в десяти от берега.
– Глэдни, – быстро сказала она, – ты должен помочь мне оправдать Крыса. Мы должны… Постой, Глэдни, ты же не хочешь сказать, что они его…?
– Они его не схватили. Его схватила Земля. Разве ты не помнишь, что он говорил о том, что Земля – хорошее место для нас? Центавриане не выносят земную гравитацию и атмосферу; посольство Центавра – это специально построенное здание, и все центавриане прибывают на Землю в чем-то вроде аквариумов. Крыс начал умирать еще в тот момент, когда мы начали снижаться к воде.
Пэтти Грей застыла, глядя на него с ужасом, а потом уткнулась лицом в подушку.
– Когда-нибудь о нем вспомнят, мисс Грей, – прошептал Глэдни. – Когда-нибудь, когда вся горечь из-за Ганимеда забудется, люди вспомнят, почему Крыс оставил свой пост. И они вспомнят, как он вел этот корабль.
