Яков Пан - Мортонит

Всюду перед ним вставала застывшая картина многообразной человеческой деятельности, как бы снятая моментальной фотографией. Чудовищное обилие невероятных впечатлений давило его мозг. Смеющиеся мертвецы и раздавленные девушки, разрушенные небоскребы и сожженные аллеи мелькали перед его глазами, как в кошмаре.

Наступил вечер и плотная темнота охватила распятый город. Явственней выползло на небо зарево пожаров, в алом полумраке раздавались лишь взрывы и грохот обрушивающихся зданий, а Грэн все еще метался по заколдованным улицам, полубезумный, со сверкающими глазами и перекошенным ртом.

У чикагской Биржи, где сгрудилась тесная, многоголовая толпа маклеров и дельцов, он, наконец, остановился, чувствуя, что его покидают силы. Вид недвижных людей, стиснутых четыре часа тому назад в лихорадочной давке, уже не производил на него никакого действия.

Неожиданно вся толпа задвигалось. Дикие вопли огласили площадь. Срок действия мортонита кончился…

Невыносимое впечатление ослепило и оглушило Грэна, и он упал без чувств.

Телеграфист Кэйн задвигался в темноте. Внизу мерно дышал генератор. Из окна были видны смутные громады домов, озаренные пунцовым заревом;

Кэйн осторожно заводил в темноте руками и ногами, неуверенно, как младенец. Он чувствовал себя всего во власти болезненного кошмара и никак не мог понять, происходило ли все это во сне или наяву.

На лестнице раздался топот нескольких ног и крикливые, безумные голоса.

— Кэйн! — кричал начальник станции, врываясь в аппаратную: — вы живы, Кэйн! Боже, что случилось?

Начальник станции — суровый, стальной мужчина, бывший моряк, заплакал навзрыд, как женщина, как истеричная женщина.

В комнату вбежало еще несколько человек.

— Ради бога, в чем дело? — спросил Кэйн, с трудом ворочая языком, — что случилось? Объясните мне, я сойду с ума!

— Кэйн, какой ужас! — сказал начальник, подавляя слезы, — все Чикаго погибло. Тысяча убитых… Никто ничего не знает. Внизу сидит начальник полиции. Он приехал только что на автомобиле. Надо сообщить, надо вызвать Нью-Йорк, Вашингтон… Все радиостанции Чикаго испорчены… Наше динамо уцелело каким-то чудом. Дайте радио, Кэйн!

Телеграфист дрожал от безотчетного страха. Он боялся шевельнуться, он боялся убедиться в том, что все это — явь, страшная действительность, а не чудовищный сон.

Кто-то зажег карманный фонарь. Начальник набрасывал текст радиограммы.

— Что передать, мистер Мэрчисон? — пролепетал Кэйн, — что передать?

Он пробежал прыгающие строки и нажал на ключ.

«…Говорит Чикаго… Помогите… Вашингтон, Нью-Йорк, Бостон, Филадельфия, Европа, Азия, все, кто в состоянии — помогите… Чикаго разрушено… Неслыханная катастрофа застигла город сегодня, в четыре часа дня… Непонятное бедствие… Все население пострадало от небывалой эпидемии… Чикаго горит, трупы переполнили дома и улицы… необходима помощь… Помогите!..»

Журнал "Мир приключений", № 3 за 1928 г. (стр. 2-13).

Иллюстрации Николая Михайловича Кочергнина

Яков Соломонович Пан (1906–1941) печатался под псевдонимом — "И. Нечаев". Данный рассказ подписан настоящей фамилией автора. (прим. OCR)

Эджвудский арсенал — громадные лаборатории и заводы под Нью-Йорком, центр исследовательской деятельности и производства газов или так называемых отравляющих веществ в Соед. Штатах С. Америки