Ознакомительная версия. Доступно 18 страниц из 115
Наконец он остановился в видеокомплексе. Таф занял отдельную комнату с кушеткой, заказал бутылку жиденького сатлэмского пива и фильм «Таф и Мьюн».
Затем он направился в портовое управление.
– Сэр, – обратился он к человеку за конторкой, – у меня к вам вопрос. Начальником сатлэмского порта все еще работает Толли Мьюн?
Секретарь осмотрел его с ног до головы и вздохнул.
– Ах, эти «мухи», – сказал он. – Конечно. Кто же еще?
– Действительно, кто же еще, – заметил Хэвиланд Таф. – Мне необходимо немедленно ее увидеть.
– Да? Вас тут тысячи ходят. Имя?
– Уимовет, я прилетел с Каралео на собственном корабле «Свирепый Степной Ревун».
Секретарь поморщился, ввел информацию в компьютер и, откинувшись на спинку кресла, стал ждать ответа. Наконец он покачал головой.
– Извините, Уимовет, – сказал он, – Мьюн занята, а ее компьютеру ничего не известно ни о вас, ни о вашем корабле, ни о вашей планете. Я могу записать вас на прием на следующую неделю, если вы изложите ваше дело.
– Это меня не устраивает. У меня к ней дело личного характера, и я хотел бы видеть Начальника порта немедленно.
Секретарь пожал плечами.
– Ничем не могу помочь. Освободите помещение.
Хэвиланд Таф минуту подумал, потом встал, взял за краешек свою искусственную гриву и стянул ее с головы. Раздался треск, словно раздирали ткань.
– Смотрите! – воскликнул он. – Я не Уимовет, я Хэвиланд Таф. Это у меня маскировка. – Он бросил свой парик и бороду на конторку.
– Хэвиланд Таф? – переспросил секретарь.
– Именно так.
Секретарь рассмеялся.
– Видел я этот фильм, «муха». Если вы Таф, то я в таком случае Стивен Кобальт Нортстар.
– Стивен Кобальт Нортстар умер тысячу лет назад. А я все же Хэвиланд Таф.
– Вы ни капли на него не похожи, – сказал секретарь.
– Я путешествую инкогнито, под видом знатного львинца.
– Ах да, я и забыл.
– У вас плохая память. Так вы скажете Начальнику порта Мьюн, что Хэвиланд Таф вернулся на Сатлэм и хочет немедленно с ней поговорить?
– Нет, – стоял на своем секретарь. – Но вечером я уж точно расскажу об этом ребятам.
– Я хочу заплатить ей шестнадцать миллионов пятьсот тысяч стандартов, – сказал Таф.
На секретаря эта сумма произвела впечатление.
– Шестнадцать миллионов пятьсот тысяч стандартов? – переспросил он. – Это большие деньги.
– Вы чрезвычайно сообразительны, – бесстрастно заметил Таф. – Я обнаружил, что профессия инженера-эколога достаточно прибыльна.
– Я рад за вас, – сказал секретарь и подвинулся к пульту. – Ну ладно, Таф, или Уимовет, или как вас там, все это очень смешно, но мне надо работать. Если вы через несколько секунд не возьмете свою шевелюру и не уберетесь отсюда, я вызову охрану.
Он был готов развить эту тему, как вдруг раздался звонок.
– Да, – сказал он, нахмурясь, в свой микрофон. – А, да. Конечно, Мьюн. Ну, высокий, очень высокий, два с половиной метра. Живот есть, и приличный. Хм-м… Нет, много волос, по крайней мере было, пока он не сдернул их и не бросил на мой пульт. Нет. Говорит, что у него для вас миллионы стандартов.
– Шестнадцать миллионов пятьсот тысяч, – уточнил Таф.
Секретарь проглотил слюну.
– Конечно, прямо сейчас, Мьюн.
Закончив разговор, он в изумлении уставился на Тафа.
– Она хочет поговорить с вами. В эту дверь, – показал он. – Осторожно, у нее в кабинете невесомость.
– Мне известно отвращение Начальника порта к гравитации, – сказал Хэвиланд Таф. Он взял свой парик, сунул его под мышку и, исполненный достоинства и решимости, направился к двери, открывшейся при его приближении.
Она ждала его во внутреннем кабинете, паря, скрестив ноги, посреди полного хаоса. Длинные волосы цвета серебра и стали лениво покачивались вокруг ее худого, открытого, простого лица, словно кольцо дыма.
– Значит, вы вернулись, – сказала она, увидев вплывающего в кабинет Тафа.
Хэвиланд Таф не любил невесомость. Он добрался до кресла для посетителей, надежно привинтил его к тому, что, как ему показалось, должно было быть полом, пристегнулся ремнями и уютно сложил руки на животе. Забытый парик дрейфовал, повинуясь воздушным потокам.
– Ваш секретарь отказался передать мои слова. Как вы догадались, что это я?
Толли Мьюн улыбнулась.
– Ну кто же еще может назвать свой корабль «Свирепый Степной Ревун»? – сказала она. – И потом, прошло почти точно пять лет. Я почему-то была убеждена, что вы будете пунктуальны, Таф.
– Понятно, – ответил Хэвиланд Таф. С гордым видом он сунул руку под свои искусственные меха, сломал пломбу на внутреннем кармане и извлек из него бумажник с рядами информационных кристалликов в крошечных кармашках. – Итак, мадам, имею честь предложить вам шестнадцать миллионов пятьсот тысяч стандартов в оплату первой половины моего долга сатлэмскому порту за ремонт «Ковчега». Деньги находятся в надежных хранилищах на Осирисе, Шан-Диллоре, Старом Посейдоне, Птоле, Лиссе и Новом Будапеште. Эти кристаллы откроют к ним доступ.
– Спасибо, – сказала Мьюн. Она взяла бумажник, открыла, быстро взглянула внутрь и выпустила его из рук. Бумажник поплыл по направлению к парику. – Я так и знала, что вы найдете деньги, Таф.
– Ваша вера в мои деловые качества обнадеживает, – заметил Хэвиланд Таф. – А теперь расскажите-ка мне об этом фильме.
– «Таф и Мьюн»? Значит, вы его видели?
– Несомненно, так.
– Черт возьми! – воскликнула она, криво ухмыляясь. – И что вы о нем думаете?
– Я вынужден признать, что он возбудил во мне некие неадекватные эмоции, впрочем, по вполне понятным причинам. Не могу отрицать, идея этой картины льстит моему тщеславию, но игра актеров оставляет желать лучшего.
Толли Мьюн рассмеялась.
– Что вам не понравилось больше всего?
Таф поднял вверх длинный палец.
– Если говорить одним словом – неточность.
Она кивнула.
– Да, в фильме Таф весит в два раза меньше вас, лицо у него гораздо подвижнее, говорит он совсем не так высокопарно, как вы, у него мускулатура «паучка» и координация движений акробата, но все-таки ему побрили голову ради сходства.
– У него усы, – сказал Таф. – Я их не ношу.
– Они решили, что так будет больше похоже на искателя приключений. И потом, посмотрите, что они сделали со мной. Я не против того, что я там лет на пятьдесят моложе, я не против того, что они сделали из меня чуть ли не вандинскую красавицу принцессу, но эта жуткая грудь!
– Несомненно, они хотели подчеркнуть определенность вашего развития в этой области, – сказал Таф. – Это можно считать незначительным изменением, сделанным в интересах эстетики. Что же касается безответственной вольности, с которой они подошли к моим философским взглядам, то это гораздо серьезнее. Особенно мне не понравилась моя речь в финале, где я заявляю, что гениальность эволюционирующего человечества может и должна решить все проблемы и что экоинженерия позволит сатлэмцам размножаться без страха и ограничений и, таким образом, достичь величия и стать подобными богам. Это определенно противоречит тем взглядам, которые я в то время вам высказывал. Если вы помните наши беседы, я недвусмысленно говорил вам, что любое решение вашей продовольственной проблемы, будь то технологическое или экологическое, окажется только временной мерой, если ваше население не покончит с практикой неограниченного воспроизводства себе подобных.
Ознакомительная версия. Доступно 18 страниц из 115
