– Отпустите меня!..
– Да заткнись ты!
Чтобы не слышать его стенаний, Петр включил телевизор.
– Сколько они по магазинам ходить будут? Вот ведь, женщина! Как бы Ренат с ней не взорвался.
– Взорвется – Настя притушит. Она в своей бригаде быстренько порядок наводила. А ты что, есть захотел?
– Они пластырь принести должны. – Петр вытянул руку с пультом и принялся переключать каналы. – Все забываю, где этот…
– Здравствуйте, – улыбнулся из телевизора обаятельный Сидорчук. – Сегодня в Англии выбирали королеву. Вы не ослышались, я сказал «сегодня» и «выбирали». Владислав Нуркин как последовательный приверженец демократии обратил внимание на то, что глава крупной европейской державы не выбирается и даже не назначается, а, цитирую: «появляется сама, природным путем, то есть спонтанной встречей сперматозоида и яйцеклетки». Конец цитаты. Владислав Нуркин вместе с соратниками по партии решил помочь англичанам исправить это досадное упущение и организовать на территории Англии альтернативные, подлинно демократические выборы царственной особы, но во въездной визе ему было отказано. По этой причине выборы королевы пришлось провести в Москве, у стен посольства Великобритании.
Сидорчук исчез; экран показал отснятую утром картинку: посольство на набережной, толпа народу человек в пятьсот, чуть не столько же репортеров в проводах и микрофонах. Люди занимали весь тротуар и всю мостовую, но пробки не наблюдалось – движение перекрыли загодя. Видимо, митинг был согласован с городскими властями. Сбоку, никоим образом не мешая собравшимся, стояли милицейский автобус и «скорая» – все, как положено. Во время пикета посольства США на Садовом кольце организация была слабее.
В центре, у главных ворот, происходило следующее. Группа бомжей организованно опускала в картонные коробки какие-то листки. Сами коробки были крест-накрест перечеркнуты синей и красной краской, что, надо думать, символизировало английский флаг. После подсчета голосов из толпы вывели слегка пьяную бомжиху с неизменным бланшем и вручили ей довольно приличную корону, усыпанную фальшивыми камнями, а также ящик «Бифитера». Джин мгновенно разлетелся по рукам. Сама обладательница титула едва уцепила пару бутылок, и положив их вместе с короной в рваный полиэтиленовый пакет, помчалась прочь. Вслед неслись аплодисменты и нестройный свист.
У Петра появилось подозрение, что участники церемонии – не натуральные отщепенцы, а студенты театрального вуза, но сути это не меняло.
– Итак, сегодня туманный Альбион приобрел вторую королеву в лице Валентины Петровны Никудыкиной, которую каждый уважающий себя джентельмен должен отныне величать Валентиной Первой, – скалясь, объявил Сидорчук. – Кстати, о джентельменах. Посол Великобритании в России комментировать альтернативные выборы отказался, намекнув, что в Лондоне об этой акции уже осведомлены. Посол, правда, не уточнил, что подразумевается под осведомленностью: то ли англичане оскорбились, то ли приняли к сведению и готовят для новоиспеченной королевы подобающие апартаменты…
– Раньше он был позубастей, – сказал Петр. – А теперь даже с одобрением… Неужели договорились?
Людмила побледнела и, как-то странно кивнув, опустилась на колени.
– Эй, ты чего?
Отрицательно мотнув головой, она посмотрела куда-то сквозь него и легла на пол. Руки Людмила вытянула вперед.
– И ты. Рядом. Медленно, – сказали из-за спины.
Петр обернулся, с учетом ситуации – очень аккуратно, держа ладони на виду. Сзади стояли двое с пистолетами: первый ствол был направлен на Людмилу, второй смотрел ему в лоб. Но озадачило Петра не это. Мужик, державший его на мушке, чертовски напоминал одного знакомого, по идее – давно мертвого.
– Рядом, медленно, – повторил Сапер и, также узнав Петра, растерянно моргнул. – Еремин? Ты откуда?
– Откуда все, – огрызнулся он.
– Вот так встреча… Ты ложись, после разберемся. Кто тут у вас еще?
– Баран на привязи.
– Киднеппингом занялся? Докатился, Петенька.
Сапер надел на них наручники и, оставив в комнате напарника, осмотрел квартиру.
– Начинай с кабинета, – приказал он.
Напарник сунул ствол в наплечную кобуру и вышел в коридор. Спустя секунду до Петра донесся грохот высыпаемых книг.
– Как ты сюда попал? – Спросил он.
– У тебя телевизор на полную орет, ты бы и танк прохлопал.
– Я не про дверь. Как ты в этом слое очутился? Убили же тебя.
– Слой?..
– Не трепи, – шепнула Людмила.
– Киска, джигиты разговаривают, – строго сказал Сапер. – Ой, кисонька! А где это мы с тобой пересекались? – Он схватил ее за волосы и приподнял ей голову. – Где-то я тебя уже…
– Не трожь ее! – Рявкнул Петр.
– Здесь пусто! – Раздалось из кабинета.
– Продолжай, – велел Сапер. – Ну и какой слой? Ты о чем?
– Тогда, в казино…
– Ах, это! Пошутили мы.
– Я должен был догадаться, – горько произнес Петр. – Ты человек Немаляева. Маэстро – так, пугало огородное. Дешевка.
– Я его тоже не любил, но все-таки не надо. О покойнике, тем более.
– Есть, есть Бог на небе.
– А это мы сейчас проверим.
Сапер извлек маленькую, с пачку сигарет, трубку и набрал номер.
– Мы на месте. Здесь трое… Да, под контролем… Почему звоню? Потому что третий – Еремин… Тот самый, конечно… Что?.. Даю.
Он перевернул Петра на спину и поднес ему к уху телефон.
– Сотник, ты? – Послышалось в динамике.
– А, господин Штаб!
– Брось ты этот официоз, – протянул Немаляев. – Для земляков я Сан Саныч. Ну что, Петя, как там наш уговорчик? Ты Роговцева разыскал?
Петр мельком взглянул на индифферентного Сапера, потом – на притихшего Костю.
– Нет еще, – сказал он с легким оттенком вины. – Но я в этом направлении работаю.
– Хотелось бы, чтоб поактивней, – ласково молвил Немаляев.
– Хотелось бы соблюдения условий.
– Не обижайся, сотник. Слабость у меня – друзей разыгрывать. Давай-ка лучше о Борисе потолкуем. Ты давно у него гостишь? Где он сам?
– В земле.
– Гм… скорый ты, Петя. – Немаляев, кажется, хотел спросить что-то еще, но сдержался. – Ты сейчас что делаешь? Лежишь? Это правильно. Полежи, Петя, позже созвонимся.
Сапер послушал трубку и отключив, убрал ее в карман.
– Ну как там? – Крикнул он.
– Пока ничего, – отозвался напарник.
– Вглубь не зарывайся, он ее не прятал.
– На какую тему шарим? – Поинтересовался Петр. – А то пособим.
– Помалкивай.
Сапер обвел взглядом комнату и подошел к гардеробу. На пол полетело постельное белье, полотенца, еще какие-то тряпки, к которым Петр с Костей за полтора месяца даже не прикасались. Освободив полки, Сапер раскрыл следующую секцию и начал кидать на диван вешалки с одеждой.
