Ознакомительная версия. Доступно 43 страниц из 286
Здесь, в святая святых, работают три человека, которые считают деньги, здесь же присутствует охрана, которая за ними наблюдает, приносит и уносит деньги; но здесь находится и еще один человек. На нем безукоризненный пепельно-серый костюм, у него темные волосы, он чисто выбрит, ни его лицо, ни повадки совершенно не откладываются в памяти. Никто даже не замечает его присутствия, а если на него все-таки обратили внимание, то через секунду о нем забывают.
Когда смена заканчивается, открываются двери, человек в пепельном костюме выходит из комнаты и идет вместе с охраной по коридорам, где на полу — ковры с вышитыми на них монограммами. Они катят сейфы с деньгами ко внутренней погрузочной площадке и там перетаскивают их в бронированные автомобили. Когда открывается дверь пандуса, через которую бронированная машина выезжает на утренние улицы Лас-Вегаса, человек в сером костюме проходит незамеченным в дверной проем и спускается по пандусу на тротуар. Он даже не поднимает головы, чтобы взглянуть на городской пейзаж, который слева от него силится воспроизвести очертания Нью-Йорка.
Лас-Вегас превратился в город-мечту из детской книжки с картинками — вот сказочный замок, а вон черная пирамида со сфинксами по бокам, испускающая в темноту белый свет, точно посадочные огни для НЛО, и повсюду неоновые оракулы и вращающиеся экраны предсказывают счастье и удачу, рекламируют местных и заезжих певцов, комиков и магов, повсюду сверкают манящие, зазывающие огни. Каждый час вулкан взрывается лавиной огня и света. Каждый час пиратское судно топит королевский линейный корабль.
Человек в пепельном костюме легко и свободно шагает по тротуару и чувствует, как через город течет поток денег. Летом солнце прокаливает город, и из каждого магазинчика, мимо которого он проходит по жарким и потным улицам, веет зимним кондиционированным воздухом, охлаждающим покрытое испариной лицо. В этом оазисе зимы посреди пустыни сухо и холодно — и это ему нравится. В его воображении деньги перемещаются по гигантской сети, трехмерной «колыбели для кошки», сплетенной из света и движения. Самое притягательное в этом пустынном городе — скорость перемещения денег, путь, который они проходят, передвигаясь с места на место, переходя из рук в руки: это настоящий драйв, это кайф, и кайф гонит его на улицу, как наркомана.
За ним, держась на некотором расстоянии, медленно едет такси. Он не замечает его; ему даже в голову не приходит обратить на него внимание: его самого так редко замечают, что мысль о том, что за ним могут следить, кажется почти невероятной.
Сейчас четыре утра. Он подошел к отелю и казино, которое уже лет тридцать как вышло из моды, но пока еще держится на плаву, — а завтра или через шесть месяцев его взорвут и снесут, построят на его месте новый дворец развлечений и забудут о нем навсегда. Никто не знает его, никто его не помнит. Бар в фойе обшарпанный и тихий, в воздухе висит голубой застоявшийся сигарный дым, в приватной комнате наверху кто-то вот-вот проиграет в покер несколько миллионов долларов. Человек в пепельном костюме усаживается в баре, на несколько этажей ниже той комнаты, где играют в покер. Официантка его не замечает. Фоном, почти на каком-то подсознательном уровне играет «Почему он не станет тобой?» в мьюзаковской трансляции.[75] Пять двойников Элвиса Пресли, каждый в комбинезоне своего цвета, смотрят по телевизору ночной повтор футбольного матча.
Крупный мужчина в светло-сером костюме подсаживается за столик, где сидит человек в пепельном костюме. Официантка, слишком худая, чтобы быть симпатичной, слишком анорексичная, чтобы работать в «Луксоре» или «Тропикане»,[76] считающая минуты до конца рабочей смены, в упор не желающая видеть человека в пепельном костюме, тут же замечает подсевшего к нему мужчину и подходит к нему с улыбкой на лице. Тот широко улыбается в ответ.
— Вы сегодня восхитительно выглядите, дорогая, просто отрада для бедных старческих глаз, — говорит он, и официантка, почуяв щедрые чаевые, расплывается в улыбке.
Человек в светло-сером костюме заказывает себе «Джек Дэниэлс» и «Лафройг»[77] с водой для сидящего рядом человека в пепельном костюме.
— Знаете, — говорит человек в светло-сером костюме, когда приносят выпивку, — самые замечательные стихи, когда-либо сочиненные в этой треклятой стране за всю историю ее существования, прочитал Канада Билл Джонс[78] в 1853 году в Батон-Руж, когда его, как котенка, обобрали в нечестной игре в фараон. Джордж Девол, который, как и Канада Билл, был не из тех, кто побрезгует обирать случайно ввязавшихся в игру новичков, отвел Билла в сторонку и спросил, неужели он не видит, что игра ведется нечестно. На что Канада Билл вздохнул, пожал плечами и сказал: «Я знаю, что здесь играют нечисто. Но другой игры в этом городе нет». И вернулся обратно к столу.
Человек в светло-сером костюме ловит на себе пристальный и недоверчивый взгляд темных глаз. Человек в пепельном костюме что-то ему говорит. Человек в светло-сером костюме с рыжей седоватой бородой качает головой.
— Послушайте, — говорит он. — Мне жаль, что все так вышло в Висконсине. Но я вас всех вывел оттуда целыми и невредимыми, правда? И никто не пострадал.
Человек в пепельном костюме потягивает «Лафройг» с водой, смакуя густой, болотистый, вязкий вкус первосортного виски. Он задает вопрос.
— Не знаю. Все происходит скорее, чем я ожидал. Все так и норовят поиметь моего мальчика на побегушках — он на улице, ждет меня в такси. Ты по-прежнему с нами?
Человек в пепельном костюме отвечает.
Бородач качает головой.
— О ней уже двести лет ни слуху ни духу. Даже если она не померла, то уж точно не хочет никому показываться на глаза.
В ответ звучат еще какие-то слова.
— Слушай, — говорит бородач и залпом допивает свой «Джек Дэниэлс». — Если ты с нами, будь на месте в случае чего, а уж я о тебе позабочусь. Чего ты хочешь? Сомы? Могу достать бутылочку. Улетная фигня.
Человек в пепельном костюме не сводит с него глаз. Потом неохотно кивает и что-то говорит.
— Ну, конечно, — говорит бородач, улыбаясь острой, как лезвие, улыбкой. — А ты как думал? Посмотри на это с другой стороны: другой игры в этом городе нет.
Он протягивает свою лапищу и пожимает ухоженную руку человека в пепельном костюме. А потом уходит.
К столику подходит худая официантка. Она обескуражена: теперь за столиком в углу сидит только один человек, темноволосый мужчина в стильном костюме пепельно-серого цвета.
— Вам что-нибудь принести? — спрашивает она. — Ваш друг еще вернется?
Ознакомительная версия. Доступно 43 страниц из 286
