что он довольно многое знает о царицах стекловаров, вплоть до характеров каждой. Откуда он это узнал? Короче, по его словам, им важнее всего распоряжаться собственной жизнью, а желательно еще и какими-то крупными единицами типа мастерских, потому что это подразумевает свободу – свободу для них. И до того как мне уйти, мы сформулировали основные моменты, о которых следует говорить. Он пожелал мне удачи и попросил задавать вопросы, если они у меня появятся в ходе общения с царицами. Он будет их ждать, чтобы мне помогать.
Он сказал, что видел, как царицы направлялись к старому дому царицы Ржи, который тщательно отмыли и передали царице Ух, потому что прежний дом Ух испоганили Му-Ри.
По дороге мне встретилась Карола. Она стояла в тени бамбука и спросила, что я делаю, – и я ей сказал. Я много чего ей сказал, вроде как репетируя. Она не склонна была демонстрировать эмоции, но тут вроде как прищурилась. Я подумал, что она против. А она вдруг посоветовала:
– Расскажи им про Н. В. А. Это должно отвратить их от желания лететь на Землю.
Я не очень-то понимал, как подвести к этому разговор, но пообещал об этом рассказать. Я уже подошел к дому, когда вдруг сообразил, что ее следовало позвать с собой, переводить. Теперь уже поздно. У дверей стоял какой-то работник. При моем приближении он насторожился, но ничего не сказал. Я заговорил первым:
– Мне надо говорить с царицами.
– Они ни с кем не говорить.
– Мне нужно сказать нечто важное.
– Никто не важный.
Он согнул колени – по два на каждой ноге – принимая позу бойца, готового к атаке. Рядом со мной он казался размером с обычного пуделя, и у меня не было желания позволять такому мелкому созданию мешать мне исполнить свой долг перед Землей.
– Ты можешь их хотя бы спросить?
Непонятно откуда выскочил основной и встал между мной и дверью:
– Матери встречаются приватно. Ты не войти.
Он был крупнее и вооружен копьем, и голос у него был на редкость угрожающим, даже для стекловара.
– Мне надо с ними поговорить.
Он потряс наконечником копья прямо у моего лица. Я решил проверить, насколько он серьезно настроен, – и сделал шаг вперед. Он ритмично заворчал и тоже шагнул ближе, так что режущая кромка наконечника оказалась у моего уха.
Мерло вмешался по сети. Мне казалось, что я не на связи. Видимо, так нервничал, что забыл разорвать контакт.
– Это Барабанщик.
– Звук соответствующий.
– Обратись к нему по имени. Скажи, чтобы он передал царице Кха, что ты много узнал во время путешествий и должен говорить с ней и царицами о путешествиях.
– Это какое-то секретное слово?
– Да. Путешествия им важны.
– Ладно. – И я проговорил: – Барабанщик, я путешествовал. Мне надо сказать царице Кха, что я приобрел знания в путешествиях и мне надо говорить с ней и другими царицами о путешествиях.
Наконечник копья чуть отодвинулся.
– Где ты путешествовать?
Мерло отправил мне ответ – новые секретные фразы, а я повторил их слово в слово:
– Я путешествовал от звезды к звезде, от леса к морю, от одного народа к другому. Я узнал тайны, которые им надо услышать, чтобы стать мудрее.
Он поднял острие копья вверх и через секунду передал оружие работнику и ушел в дом. Работник воспользовался этим, чтобы мне им угрожать.
Я сказал Мерло:
– Мне казалось, ты занимаешься растениями. Когда ты успел столько узнать про цариц?
– Когда начинаешь говорить о растениях и растительной мудрости, которые составляют основу ботаники, то вскоре уже говоришь о самых разных вещах.
– Так что за глубокие тайны я узнал во время путешествий?
– Все, что они не знают о Земле, но что им следует знать. И постарайся держаться смиренно.
Барабанщик вышел обратно. Он не удостоил меня обращением, просто сделал знак заходить. Я пригнулся в дверях, что мне очень ярко напомнило о том, что эти здания строились для стекловаров, которые ниже нас. Это был их город.
Внутри пахло сладкими лимонами. Интересно, что это значило. Кажется, смех сладкий? Или это согласие? Каждая царица сидела на подушке на полу, подвернув под себя ноги – и как можно дальше от других. Как удачно, что помещения тут круглые. Благодаря различиям в мехе и одежде каждая имела уникальную внешность. Однако мне достаточно было бы убедить Забаву, царицу с темной кудрявой шерстью: она сидела на противоположной стороне от Грозы. Если они меня не убьют. Я постарался о таком не думать.
Я поклонился. Думаю, это достаточно смиренно.
– Спасибо, что согласились меня выслушать. Я знаю, что царица Забава хочет лететь на Землю. Я хочу поговорить с вами про Землю.
– Теперь ты приветствуешь нас уважительно, – отметила Гроза. – Ты говорил со мной много раз – и всегда чтобы сказать, насколько человеки здесь плохие.
Еще одна царица добавила:
– И ты не любишь работать.
– Это не так, – возразила Ух. – Вчера он усердно работал, чтобы починить их машину. На себя он работает усердно.
– Ты здесь, чтобы рассказать нам про стекловаров за морем? – спросила Кха.
– Да, – подхватила еще одна царица. – Ты нам про них расскажешь. Мы видели картинки, которые вы показываете нам на ваших экранах, и все равно мы почти ничего не знаем.
– А когда земляне улетят, – добавила Кха, – мы и этих картинок больше не увидим.
Они начали говорить так быстро, что сеть не успевала переводить ничего, кроме отдельных слов, например «орлы». Запах стал менее сладким, немного более апельсиновым. Я никогда не мог определить, когда стекловары разговаривают, а когда – ругаются, но мне показалось, что дело идет именно к ругани. Как бы то ни было, я пришел не для того, чтобы говорить о стекловарах из Лаврентии. Та экспедиция была провальной, как встреча Старого Света и Нового Света на Земле. И такое могло повториться снова. Колумб… Ну да, Колумб. Я вскинул руки, холодные и потные, надеясь, что они не оскорбятся и не набросятся на меня. Нет, постепенно они стали замолкать.
– Вы сможете увидеть их снова, – сказал я. – Без нас. На Земле мы умеем строить корабли из дерева, которые пересекают океаны. Мы делали это, чтобы встретиться с людьми на других континентах. Вы тоже можете.
– Большие корабли для большого моря! – воскликнула Гроза.
– Да, большие корабли, – подтвердил я. – Это было непросто, но это сработало – и вскоре люди уже пересекали моря по многу раз за год. Мы можем показать вам как.
– Да. Ты покажешь нам планы, тогда мы сможем их построить. Без вас.
– Лучше
