Вэйлок предложил тост за успех Бэзила. Тот выразил уверенность в хорошем будущем Вэйлока.
— Кстати, — сказал Бэзил. — Ты помнишь ту женщину, Джакинт Мартин? Она мне вчера звонила.
Вэйлок взглянул на него.
— Не могу представить, что ей нужно, — сказал Бэзил, опустошив кружку. — Мы немного поболтали, затем она поблагодарила меня и мы распрощались. Удивительное создание. Ну, мне пора домой, Гэвин.
На улице они расстались. Бэзил сел в метро, чтобы добраться до своего района Семафор Хилл, Вэйлок задумчиво побрел по Риверсайд Роад.
Джакинт заинтересовалась своей смертью. От Бэзила ей ничего не узнать. И от него тоже, если он сам не захочет все рассказать.
Монстр. Вэйлок презрительно улыбнулся. Так должны были бы называть его жители Кларжеса. Жуткий человек, исчадие ада, посягающее на жизнь граждан.
Но разве можно убить амаранта? Например, Джакинт Мартин. А Абель Мандевиль? Вэйлок с горечью вспомнил то, что произошло семь лет назад.
Он зашел в другую старую прибрежную таверну Тузитала, стоявшую на сваях прямо над водой. Там он выпил кружку пива и заказал немного еды.
На экране телевизора появилось лицо комментатора. Вэйлок прослушал новости — в основном местного масштаба. Комиссия естественных ресурсов разрешила культивацию 100 тысяч акров Глэйд Каунти. Разработчик плана Ги Лэсли принял поздравления по этому поводу. Комментатор предсказал, что Лэсли за этот успех несомненно станет амарантом.
Затем Канулел Клод Имиш по старому обычаю объявил о начале новой сессии Пританеона. Имиш был огромный человек с обаятельной улыбкой. У него не было особых талантов, да их и не требовалось, чтобы руководить архаичным и, по сути, формальным органом власти.
— Домой из космоса, — радостно объявил комментатор, — возвращается корабль Стар Энтерпрайз. Наши герои посетили Плеяды, исследовали десятки планет и везут домой много любопытного. Хотя пока неизвестно, что именно.
Затем комментатор провел двухминутное интервью с Каспаром Джеремсом, генеральным директором ведомства убийц. Это был высокий человек с бледным лицом, густыми черными бровями и горящими глазами.
Джеремс говорил о возрастающей активности Вейрдов и Верберов, которые основались в Карневале. Если дело пойдет так и дальше, то в Карневаль придется ввести специальные подзразделения по поддержанию порядка.
Такого в Карневале еще не было.
Комментатор закончил обзор сплетнями о тех, кто собирается в ближайшее время повысить свой слоп, а некоторые даже собираются продвинуться в амаранты.
Когда Вэйлок вышел из Тузиталы, на Кларжес уже опустилась ночь. Небо светилось отраженными огнями. Стоя на тротуаре, Вэйлок ощущал ритм жизни города, мозговую деятельность ста миллионов его жителей.
В нескольких милях к югу лежал Эльгенбург и космический порт. Вэйлок с трудом удержался от желания посетить Стар Энтерпрайз. Он пошел по Риверсайд Роад по направлению к Дистрикт Мартон. Там он спустился в метро и через несколько минут вышел на станции Эстергази возле кафе Далмация.
Он сел за свой любимый столик, где уже сидел молодой человек с совиными глазами. Он представился Гэвину как Один Ласло, математик из Актуриана. Кроме того, Ласло занимался хореографией. Узнав, что Гэвин работает в Паллиатории, он очень возбудился.
— Расскажи мне о Паллиатории! Я задумал балет, уникальный, даже в чем-то зловещий: день жизни сумасшедшего. Я хочу показать мозг человека, как чистый кристалл. Затем нарастает напряжение, все связи в мозгу рвутся — от жизни, замыкание внутри себя!
Вэйлоку стало не по себе. — Ты хочешь, чтобы я говорил тебе о работе, хотя я пришел сюда, чтобы забыть о ней.
Он выпил свой чай, распрощался с новым знакомым и вышел из кафе.
Он прошел по Алеманд Авеню, свернул на Фариот Вэй, подошел к своему дому. Лифт быстро поднял его на нужный этаж. Он вошел в свою квартиру.
Когда он открыл дверь в гостиную, то увидел спокойно сидящую на диване Джакинт Мартин.
Джакинт встала. — Надеюсь, ты простишь меня. Дверь была открыта и я решила войти.
Вэйлок знал, что он запирал дверь. — Я рад, что ты пришла. — Он подошел к ней, обнял, поцеловал. — Я ждал тебя.
Джакинт освободилась из его объятий, взглянула на него. Она была одета в бледно-голубую тунику, белые сандалии, темно-голубой плащ. Волосы ее золотым потоком стекали на плечи, в больших темных глазах сузились зрачки.
— Ты необыкновенная, — сказал Вэйлок. — Ты могла бы стать амарантом только за свою красоту, если бы зарегистрировалась в Актуриане.
Он снова хотел ее обнять, но она отступила.
— Должна тебя разочаровать, — холодно сказала она. Каковы бы не были твои отношения с прежней Джакинт, на меня они не распространяются. Я новая Джакинт.
— Новая Джакинт? Но тебя зовут не Джакинт!
— Мне лучше судить об этом. — Она отошла еще на шаг, осмотрела его с головы до ног. — Ты Гэвин Вэйлок?
— Да.
— Ты очень похож на Грэйвена Варлока.
— Его нет в живых. Я его реликт.
Джакинт подняла брови. — Да?
— Да. Но я не пойму, зачем ты здесь?
— Я объясню, — жестко сказала она. — Я — Джакинт Мартин. Месяц назад моя первая версия была убита в Карневале. Кажется, что большую часть ночи ты сопровождал меня. Мы вместе пришли в Памфилию и там к нам присоединились Бэзил Тинкоп, а позже Альберт Пондиферри и Денис Лестранж. Вы с Бэзилом ушли непосредственно перед моей смертью. Верно?
— Сначала я должен привести все в порядок у себя в голове, — сказал Вэйлок. — Значит, ты Джакинт Мартин, но ты не гларк?
— Я Джакинт Мартин.
— И ты была убита?
— Ты не понял этого тогда?
Когда ты положила голову на стол, мы решили, что ты пьяна, и ушли. Альберт с Денисом пообещали позаботиться о тебе. — Он показал на диван. — Садись. Позволь налить тебе вина.
— Нет. Я пришла к тебе только за информацией.
— Отлично. Что ты хочешь узнать еще?
Глаза ее сверкнули. — Метод убийства! Кто-то лишил меня жизни. Я должна узнать его имя и отомстить.
— Месть — не то слово, — мягко возразил Вэйлок. — Ты жива, ты дышишь, кровь течет в твоих жилах, ты полна жизни и красоты.
— Только монстр может оправдывать этим свое преступление.
— Значит, ты винишь во всем меня? Ты считаешь, что монстр — это я? Это я лишил тебя жизни?
— Я не обвиняю тебя в этом. Я только комментирую ход твоих мыслей.
— Значит, мне следует воздерживаться от высказывания мыслей, — сказал Вэйлок. — По правде говоря, я предпочел бы более приятное времяпрепровождение. — Он снова потянулся к ней.
