мы туда идти вообще не собирались. Всё по той же причине: хранимое открытым методом военное имущество, которое в хозяйстве точно не пригодится. Напомню, один такой склад я уже прибрал, но исключительно потому, что тот был по пути. Однако, поскольку конкретных планов не было, можно наведаться и сюда. Раз мне не нужно, немцам оставлять незачем. Ну и потом, мы теперь на колёсах, что позволяет сделать куда больший крюк, чем пешком.
На самом деле планы имелись, и их даже было много разных. Причём у каждого по несколько вариантов. Чем бы ни заняться и какой бы результат ни получился, он, скорее всего, уже учтён в одном из моих планов. Ну или по знаменитому изречению: делай одно, мечтай о другом — и тогда в любом случае окажешься в выигрыше.
А поскольку я ещё не принял окончательного решения, каким же планам следовать, то, считай, и не следовал никаким. В какую сторону настроение толкнёт, в ту и пойду. На другой день могу начать идти в противоположную. Вот так и с этими складами: на карте отмечены, можно когда-нибудь зайти, а то, что там в основном всякий металлолом лежит, не так уж и страшно. Получится — хорошо, не получится — не очень-то и хотелось.
Заметил, что последнее время на одном пятачке кручусь. Как бы неудивительно: до недавнего времени у меня вообще никакого транспорта не было, а пешком далеко не уйдёшь. Даже велосипеда и того не было. И вот только недавно удалось приобрести то, на чём можно ехать. Скорее всего, поэтому и никаким планам не отдавал предпочтения, так как для их осуществления требуется куда большая мобильность.
Другой вопрос, почему немцы меня на этом пятачке пока активно не ищут? Вроде бы уже накуролесить успел — ого-го. Ну или это по моим масштабам ого-го, а по военным меркам своего бардака хватает, и особо не заметишь. Чувствую, если бы начали всерьёз ловить, то и я бы куда-нибудь попытался свалить. А раз нет стимула, вот и верчусь на одном месте.
Впрочем, я не сомневаюсь, что рано или поздно информацию соберут, проанализируют и сделают выводы. И даже в конце концов поверят тем сумасшедшим, которые рассказывают про путешественника во времени. И, что естественно, начнут меня ловить. Вот тогда-то моё теперешнее топтание на одном месте будет мне на руку. Ловить-то меня станут в том районе, в котором чаще всего давал о себе знать, и где в основном случалась всякая необъяснимая чертовщина, а я к тому времени буду нарушать безобразия уже в каком-то другом месте. То есть, можно сказать, подсознательно далеко не ухожу с места появления в этом времени.
Поскольку хутор Савелия Петровича был почти по пути, я не поленился сделать крюк. Нет, на то, что старый офицер передумает и согласится вступить в мою карманную дивизию, не рассчитывал. Просто в гости зайти, может, даже переночевать.
А ещё поинтересоваться вопросом, который я в прошлый раз забыл задать. Ведь кроме военных складов тут должны быть и населённые пункты: другие хутора или целые деревни. Вот и следовало выяснить не только, где они находятся, но и чем живут. У кого можно обменять продукты на ненужное военное имущество, а к кому лучше вообще не соваться. Уж промышлявший контрабандой это должен знать лучше других.
Однако хутора на месте не оказалось. Только пепелище. И от дома, и ото всех хозяйственных построек. Как только огонь на лес не перекинулся? Чувствую, это сделали не немцы, а то ли бандиты, то ли полицаи. И нет, немцев цивилизованными европейцами я не считаю, но орднунг у них всё-таки имеется. Поджигать хутор в лесу и потом бежать от лесного пожара — это, скорее всего, не про них. А полицаи умом и сообразительностью не отличаются, от них можно ждать вообще чего угодно. Если лес не загорелся, то вовсе не потому, что они об этом позаботились, а, скорее, случайно.
Осталось надеяться, что хозяева выжили и спрятались в своём схроне на болотах. Вернее, в нашем схроне. Так-то я туда в ближайшее время точно идти не собирался, но теперь придётся проверить. Заодно и часть имущества сброшу, раз такая оказия случилась. Не то чтобы мне это было сильно нужно, но пространственный карман постоянно уменьшается. В том смысле, что постоянно находятся вещи и люди, которых надо там держать. Вот и избавлюсь от части металлолома, не выбрасывать же прямо на дороге, чтобы немцы не подобрали.
Хозяева хутора обнаружились именно там, где я их и ожидал увидеть. Первое, что спросил меня Савелий, — в силе ли ещё моё предложение.
— В силе, — кивнул я. — Другое дело, что дивизия с нашей последней встречи немного подросла: нас уже не двое, а гораздо больше.
Тот лишь махнул рукой. А зря, мне он теперь нужен куда больше, чем с момента расставания. Толпа растёт, и ею управлять всё сложнее. Если бы не пространственный карман, не знаю, как и справлялся бы. Хотя, прекрасно знаю, просто не собирал бы свой отряд. Спасает только то, что одновременно в реальном времени редко присутствует более десяти человек.
И как только люди дивизиями командуют? Да ещё без пространственного кармана. Вон у меня всего-то маленький отряд, и пространственный карман набит добром из нескольких разных складов. И всё равно постоянно чего-то не хватает. Ну или кого-то. Того, кто снимет с меня часть забот.
Главным условием Савелия Петровича было то, что я заберу его семью в будущее. Вне зависимости от того, выживет ли он сам или нет. Тут я не имел ничего против. Правда, не совсем понимаю: это на всякий случай или он реально не планирует выжить?
Естественно, семья должна была отправиться в будущее со всеми ценностями. Тут я тоже не имел ничего против, но были некоторые нюансы. Пришлось объяснять, что мой, казалось бы, безграничный пространственный карман всё-таки имеет границы. И в первую очередь это касается чужих вещей, взятых на хранение. Так что реальные ценности без проблем, а вот все мебеля и вообще всё, что тут запасено в схроне на болотах, — это, извини, перевезти не получится.
— Так до этого получалось, — удивился Савелий.
— Получалось, — согласился с ним. — Но только один раз. После того как извлёк обратно всё, второй раз оно туда не войдёт. Вернее, войдёт, но тогда не поместится что-то другое.
Тот почесал голову, вспоминая мои манипуляции с инвентарём. Особенно как я работал грузчиком у него на хуторе. Таскал габаритные вещи по одной, хотя, казалось
