Ависар продолжала щёлкать ножницами.
— И? — тихонько переспросила Лина, уже догадываясь, но всё ещё желая услышать продолжение.
— Ну, через неделю Ависар взялась за старое. И тогда Кирий меня выпорол. А потом спина сильно воспалилась, и мы ещё на две недели застряли в той деревеньке, где это случилось. Собственно, вот и вся история.
— И что, Ависар начала собирать волосы? — поинтересовалась уже совсем переставшая всхлипывать Лина.
— Как видишь, нет. Но она научилась засовывать их за шиворот. И на этом они с Ленорой сторговались.
— Поверить не могу, — потрясённо произнесла Искра.
— Во что именно? — переспросил Маиран.
— По вашим рассказам Кирий всегда казался мне… ммм… куда более добрым. Вот так выпороть ребёнка…
— Я уже не был ребёнком, — почти жёстко отрезал Маиран, — мне было четырнадцать. К тому же, Кирий прекрасно понимал, что я восприму это наказание практически равнодушно. Но вот Ависар… Посмотри на неё, ей до сих пор стыдно.
Ависар уже некоторое время назад перестала стричь Лину и теперь стояла, отвернувшись. На фоне светлых волос отчётливо выделялись пунцовые уши.
— Ладно, — Лина встряхнула кудряшками, отчаянно бодрясь, — я уже поняла, что легко отделалась, спасибо. И вообще, эти волосы были ужасно тяжёлыми. Хоть шея отдохнёт. И к тому же, — Лина едва удержалась от того, чтобы всхлипнуть, но закончила почти весело, — я всё равно потеряла уже почти все свои шпильки!
Когда ужин был готов, Искра пошла будить Арна. Эльф проснулся от первого же прикосновения, встал и пошёл к костру. Искра торопливо уронила плащ, который держала в руках, чтобы никто из людей не заметил, что трава вокруг того месте, где только что лежал Арн, увяла и пожелтела. Искра подняла голову. Листья на ближайших ветках тоже выглядели пожухлыми. У Искры мурашки пробежали по спине — не то от беспокойства за Арна, не то от ужаса перед его странными способностями. Девушка торопливо покинула это место, будто опасаясь, что и её постигнет та же участь.
***
Маиран лежал на спине, обеими руками прижимая к себе Лину, примостившую голову у него на груди. Спать не хотелось. Хотелось бесконечно лежать так, наслаждаясь покоем и чувствовать боком её тепло. Сейчас все тревоги последних дней отступили на какое-то недосягаемое расстояние. Отсутствие меча, утомительная дорога — какая ерунда! Браслет Тьмы вяло пытался напомнить о себе, но и он спасовал перед спокойствием, возникающим где-то между Линой и Маираном.
— Лина, — беззвучно, одними губами произнёс Маиран, но она услышала, видимо, тоже не спала.
Девушка приподнялась, сложила руки у него на груди, упёрлась подбородком в сложенные кисти рук и вопросительно посмотрела на воина. Под её взглядом слова, которые обычно так тяжело произнести, поспешили наружу сами.
— Прости меня, пожалуйста.
Лина не потребовала уточнить, за что он просит прощения. Возможно, и вовсе не стоило ничего говорить. Кажется, она понимала всё задолго до слов.
— Ты всё правильно сказал, — так же тихо ответила она. — Я буду стараться. Я не хочу вам мешать. Здесь собралось столько потрясающих людей! Почему бы мне не научиться у вас чему-нибудь? Стать лучше, чем я есть.
— Куда уж лучше, — вздохнул Маиран.
Воин отвёл с её лица непослушно топорщащуюся чёлку и поцеловал девушку в лоб. И не удержался от того, чтобы вновь зарыться в её волосы и вдохнуть запах — такой до боли знакомый, неудержимо пряный и запоминающийся надолго.
— Всегда есть, куда лучше, — возразила Лина дрогнувшим голосом, отстраняясь.
— Я никогда в жизни так не радовался, как когда ты вернулась, — признался Маиран.
— Я тоже, — Лина улыбалась одними глазами, но эта улыбка была куда искреннее смеха.
Маиран не успел подумать о двойственности этого ответа, потому что Лина вдруг погладила его по щеке. Её пальцы цеплялись за щетину на подбородке. Сердце выбило какую-то дикую дробь. Повинуясь внезапному порыву, Маиран поймал её руку своей. Лина затрепетала, видимо, испугавшись, что сделала что-то не то. Господи, какая же нежная у неё рука! Только на кончиках пальцев мозоли от струн. Маиран почувствовал себя неловко от того, что держит её ладошку своей, кажущейся такой огромной, грубой и неуклюжей, рукой. Но её взгляд уже не был испуганным. Наоборот, она снова улыбалась. Маиран поудобнее перехватил её руку и поцеловал, совершенно не думая о том, что делает.
Лина приподнялась на локте, подползла повыше, осторожно, будто боясь на него опереться. Глупенькая. Да она даже если встанет и попрыгает вряд ли сможет его раздавить. Её лицо замерло совсем близко. Так близко, что Маиран почувствовал её сбивчивое дыхание и понял, что сам дышит не лучше.
— Не, ну вы ещё потрахайтесь мне тут! — раздался совсем рядом голос Дона, показавшийся криком, хотя на самом деле огородник говорил тихо, не желая тревожить спящих.
Лина, как испуганный зверёк, юркнула в норку из одеяла и замерла там. Маиран поднял взгляд.
Дон стоял у их изголовья, сжимая в руке сучковатую палку и грозно ею помахивая. Видать, ходил за дровами, когда заметил их и решил развлечься.
— Слушай, Дон, почему бы тебе ну… не сдохнуть, например? — выговорил Маиран, слишком растерянный даже для того, чтобы толком сердиться.
Дон хохотнул, ничуть не обидевшись.
— Когда-нибудь я непременно это сделаю, но, готов поспорить, ты этого не увидишь! А сейчас я оказал тебе услугу. Она наверняка хотела тебя укусить, — добавил он громким доверительным шёпотом.
Маиран попытался схватить Дона за ногу, но тот увернулся и, радостный, ушёл.
Лина крупно задрожала. «Ну вот, опять расстроил бедную девочку», — с досадой подумал Маиран и погладил её по голове.
Лина снова выбралась из-под одеяла. На глазах её снова блестели слёзы, но она… смеялась. Маиран недоуменно на неё уставился. Она смахнула слезинки, перевела дух и вновь беззвучно рассмеялась.
— Ты чего? — спросила она у воина. — Только не говори, что ты обиделся. Это же и правда было очень смешно.
Маиран неуверенно усмехнулся. И правда, смешно. Убедившись, что до него дошло, Лина чмокнула воина в колючую щёку и снова легла, источая вокруг себя уют и спокойствие.
«Ты лечишь мою душу лучше, чем Ависар может вылечить тело», — подумал Маиран, но вслух ничего не сказал, только прижал её к себе посильнее.
***
Велен вышел на дорогу, высвободил плащ, зацепившийся за куст репейника и направился к домику паромщика. На калитке висела табличка «ПЕРЕПРАВА ЗАПРЕЩЕНА. УКАЗ ОРДЕНА», подтверждённая печатью Ордена Смерти. Что ж, ничего удивительного. Велен открыл калитку, прошёл мимо домика и спустился по крутой и извилистой тропинке к реке. Там, на мостках, вооружившись удочкой, сидел и сам паромщик.
— В-вечер добрый! — поздоровался светляк,
