а не за происхождение или семейные регалии.
Обычно лекции Пембрука я слушала с открытым ртом, сидела и яростно конспектировала все в планшет, но не сегодня. Сегодня все мои мысли занимал Кайрен, доказательства моего перемещения назад во времени и заговора.
Но профессору ничего этого не знал, поэтому смотрел на меня, как на тех, кто прогуливает его занятия или витает в космосе на лекциях.
— Я здесь, — ответила я, прокашлявшись.
— Я вижу, — профессор кивнул на мой планшет, раскрытый на чистой странице.
— У меня хорошая память. — Стало обидно за себя в прошлом, потому что у меня всегда была хорошая успеваемость, с первого дня в академии. И, хотя всех больше интересовало, чтобы мы быстрее и больше отдавали арну, для меня были важны мои оценки.
Это что же, получается? Я вернулась в прошлое, не могу сразу помочь Кайрену, так еще и свою репутацию отличницы испорчу?
— Хорошая, говорите? — хмыкнул профессор. — Тогда, может, расскажете всем, о чем я только что говорил?
Какой позор! Я же не слышала ни слова!
А еще в прошлом я старалась быть незаметной. Я, в общем-то, и была незаметной. Тенью Катэллы. Но сейчас я оказалась в центре внимания: на меня с любопытством смотрели другие девушки-источники, переглядывались и перешептывались звездные драконы, занимающие места на первых рядах. При этом Пембрук терпеливо ждал моего ответа.
Ри в прошлом хотелось бы провалиться сквозь землю. К счастью, я была Ри из будущего, которая привыкла к всеобщему вниманию на лекциях, в конце концов, я сама их читала. Поэтому попыталась вспомнить, о чем говорил профессор на первом занятии. Самое начало моих конспектов по истории. Или хотя бы логически предположить, о чем он мог говорить.
— О Спирали? — предположила я.
Отовсюду раздались смешки, которые Пембрук пресек взмахом руки:
— Это вы мне скажите.
Я могла ошибаться, но именно про Спираль была первая лекция, хотя я не помнила оттуда ни слова, саму тему я знала на отлично.
— Спираль существует с начала времен. По эту ее сторону звездные драконы оберегают нас от вторжения фхтаринцев. Ее поля блокируют их способности к искажению временного пространства, и это позволяет драконам удерживать их на ее горизонте…
Пембрук снова взмахнул рукой, то ли удовлетворенный, то ли разочарованный моим ответом.
— Какой бы хорошей ни была ваша память, советую все-таки записывать мои лекции. Чтобы она не подвела вас в самый ответственный момент.
Естественно, дальнейшую лекцию я записывала, а стоило профессору завершить урок, столкнулась с группой девушек-источников, которые преградили мне путь.
— Риванна Араи? — поинтересовалась рыжеволосая и светлокожая Мита, с который мы никогда толком не общались. Ее дракон не входил в ближайший круг Катэллы. Что неизменно расстраивало Миту. — Говорят, ты сегодня разговаривала с Кайреном Гереджем.
— Это не запрещено, — ответила я.
— Думаешь, тебе все можно? — поддакнула подружка Миты, темноволосая и темноглазая Лора.
— Риванна! — рявкнула с первого ряда Катэлла.
— Думаю, меня зовут. — С трудом, но я протиснулась через человеческую стену и быстро сбежала по ступенькам лекционной к Кат.
— Что ты там мешкаешь? Я не обязана тебя ждать, — прорычала драконесса.
Она выпорхнула в коридор, стуча каблуками и не заботясь тем, иду ли я за ней. А я шла, подстраиваясь под ее шаг. Я не собиралась спускать с нее глаз.
— Что ты вообще устроила на лекции? — отчитала меня Катэлла, покрутив огромное кольцо на среднем пальце.
Она говорила что-то еще, но я снова не слушала. Я вспомнила ее привычку — когда Кат волновалась или злилась, она касалась своих украшений, крутила кольца или дергала за кулоны. Сейчас на ней не было кулона, который я разбила, только тонкая изящная цепочка на шее с черной жемчужиной.
Но это сейчас не было.
До меня вдруг дошло, что я разбила кулон в будущем, но в прошлом он остался.
Достану кулон — смогу доказать Кайрену правоту собственных слов.
11
Проблема заключалась в том, что я не знала, когда кулон появился у Катэллы. Он мог появиться в этом году, мог через год или на последнем курсе. Или вообще после обучения. Я решила, что не стану торопиться и буду присматриваться, потому что, судя по тому, что я увидела в будущем, шанс у меня будет всего один. И я не имею права его профукать. Потому что от этого зависит не только жизнь Кайрена, но и будущее Аргассы.
С этими мыслями я сидела в своей комнате, в том самом доме, в котором и узнала про заговор, и смотрела в окно. Осенние сумерки укутывали лес плотным темно-синим покрывалом, скрадывающим первое золото листвы. Мне нужен был план, который позволит сохранить мое знание в тайне до поры до времени. А еще… я невольно чувствовала дрожь, едва уловимую дрожь во всем теле, когда понимала, что я снова буду видеть Кайрена каждый день. Или почти каждый день, они с Катэллой общались постоянно. Правда, у этого была и обратная сторона: я снова буду переживать все их свидания. Только теперь зная о том, что она его предаст.
Сумятицу мыслей остановил вызов, который поступил на артефакт связи. Предсказуемо: звонили родители. Я уже почти забыла этот разговор, в прошлый раз восторгов было столько, что меня просто затопило их радостью. Тогда я думала, что они радуются за меня, и гораздо, гораздо позже поняла, что родители радовались за свою батарейку. Для них я тоже была батарейкой. Только в другом смысле.
— Как твой первый день в качестве источника Катэллы?! — воскликнула мама. — Надеюсь, ты достойно себя вела? Ни в чем не накосячила?
Ага, просто приставала к ее жениху на глазах у всех. Меня так и подмывало ответить именно так, вместо этого я ответила довольно сдержанно:
— Спасибо, я справилась.
В прошлый раз я сказала: «Я сделала и буду продолжать делать все возможное, чтобы Катэлла была довольна». И услышала в ответ: «Умница ты моя!» — и восторги продолжились.
На связи была вся семья, но даже сейчас разговор уже пошел не по плану.
— Она тебя похвалила? — вступил отец. — Говорила, что ее все устраивает?
«Что ты вообще устроила на лекции?!»
— Ну, слово «устраивает» там определенно было, — не сдержала сарказма я.
Брат с сестрой помахали мне руками и скрылись из камеры, а
