Что-ж…
Задержать, говорите?
Задержим.
Иди-ка сюда, тварь, трупы оскверняющая.
— Гро-о-о-оа-а-а-а-а! — резко взревев, я к полнейшей неожиданности белого, не ожидавшего такого прикола, рванул рывком и пикированием одновременно к нему.
Передние трёхпалые конечности впились в его грудь, а задние — между его лапами, прямиком в живот.
В этот раз никто намеренно из нас падать не спешил — а потому мы изо всех сил махали крыльями, кружась практически на одном месте и наглейшим образом сношали физику, ведь драконье инстинктивное заклинание полёта, активирующиеся взмахами крыльев, работало не совсем так, как взмахи обычных крыльев у птиц.
— Грр-р-р-р-р!.. — раздался один на двоих рык, когда мы быстро-быстро маневрировали длинными шеями, желая вцепиться в них же.
Наши лапы в это яросто рвали тела друг друга, заставляя золотую и белую чешуи градом ниспадать в остатки ручья в сотне метров под нами.
Никаких целенаправленных атак в области жизненно важных органов в такой ситуации просто не получались — наши глаза были сосредоточены на том, чтобы оппонент не вцепился в шею и не разорвал её в клочья — особенно нижнюю часть, где чешуя была тоньше.
— Мерлин. Пламя. Сейчас! — вторгся в сознание голос Борха, и я не стал даже думать об обсуждении фактического приказа…
Просто распахнул пасть, и мой оппонент правильно понял свечение в пасти. И раскрыл свою пасть, одновременно со мной выпуская свое ледяное дыхание. Столкнувшись с моим пламенем, оно вновь вызвало кучу пара, однако наши крылья были слишком большими, и слишком быстро они взмахивали, чтобы плохая видимость держалась слишком долго… Но этого хватило моим сородичам на то, чтобы под прикрытием пара приблизиться к белому сзади.
Хотя каннибал и заметил их в итоге, возможно, даже успев бы принять более удобную позицию… Но я ему-то всего на треть уступал, а этой трети ему было недостаточно чтобы быстро попытаться избавиться от моих когтей, впившихся ему в плоть на груди.
— Гр-р-р… — болезненно прорычал я, когда он попытался всё-таки активнее наносить мне раны своими слишком большими когтями.
Дышать друг на друга мы к тому моменту же перестали.
Но боль в теле только увеличивалась, и приходилось постоянно мысленно повторять, что я не человек, и с такими страшными порезами и целыми кусками вырванной плоти всё-таки выживу. И даже восстановлюсь до прежнего уровня — а вот каннибала требовалось убить здесь и сейчас.
…Нимуэ и Борх наконец-то подоспели.
По уже знакомой тактике вцепившись в спину белому дракону… Вернее, попытались это сделать.
К моему немаленькому удивлению, он резко дёрнулся всем телом, сильнее, чем могла выдержать его собственная плоть, которая буквально кусками вырвалась с моими когтями в ней. На раны каннибала было страшно смотреть — открытые кости, внутренности, лишь благодаря рёбрам не выпадающие… Но его пасть с острейшими зубами, как и у меня, способными крошить камень и рвать латников как бумагу, направилась опасно близко к шее Нимуэ.
Нимуэ, которая не пожелала или не успела вернуться.
Но… Вовремя вмешался Виллентретенмерт, крайне стремительно обратившись в птицу, а потом и в дракона, отчего завернул просто невозможный вираж, всем своим телом тараня шею каннибала.
Однако, вот незадача — отец моей драконицы был банально слишком мелким, и успел сместить только траекторию пасти, но не основного тела. И превосходящая Нимуэ в два раза туша практически врезалась в неё — не успевшую отреагировать и обратиться моментально — отчего своими гигантскими когтями на лапах он прочертил по её груди довольно страшные на вид раны, и только потом она успела обратиться в эльфскую фигурку.
Тц.
Чёрт возьми.
Мысленно выругавшись, я невольно порадовался, что после неожиданного рывка каннибала не медлил, и ринулся следом… Теперь пришлось резко менять направление вниз и двумя лапами не очень осторожно кое-как (подвижность у трёх пальцев на лапах была очень не очень, да) подхватывать живую, но не торопящуюся обращаться Нимуэ. Человека бы такое нахрен разорвало, но мы проверяли прочность наших тел в гуманоидном виде — и сейчас я обеспечил драконице максимум пару несущественных переломов.
— Отпусти… Я могу лететь… — оттелепатировала она практически сразу.
— Тогда я кидаю тебя вверх. Готова? — ответил я ей, мимолётом наблюдая как её отец сейчас успешно отвлекает тяжелораненого каннибала.
— Да. — лаконично ответили на сей раз уже мне.
Вновь пришлось о-о-очень осторожно кидать её маленькую фигурку вверх, вынуждая столкнуться с воздухом… Но вот, золотое сияние и не менее тяжелораненая драконица вновь обретает свой настоящий вид.
— Твою ж… Как ты… Нет, насколько всё плохо? — мысленно нахмурился я, одним глазом умудряясь оценивать повреждения благоверной, а другим — наблюдать за мельтешением Борха. Тот пытался обращаться в птицу и заходить за шею ледяному, однако тот был очень даже неплох и во все стороны раскидывал ледяное дыхание, банально не позволяющее птице, в отличии от дракона, нормально летать.
— На землю не грохнусь. — с нотками болезненности и ослиного упрямства донеслось от неё.
— Нимуэ. — настойчиво бросил я.
— Ещё десяток минут… — ворчливо и недовольно донеслось от гордой особы. — Кха… — резко кашлянула она следом, причём с внушительным количеством крови. Это уже наглядно показало мне, что всё хуже, чем драконица желает думать… Вот же ж… Ситуация… Таких как эта белая тварь, слишком прочных и выносливых на той войне убивали пятеркой ветеранов, а не тройкой их подобий. Даже Виллентретенмерт из-за своих размеров недотягивал до их уровня против таких вот хреней, которым хоть бы хны многие раны.
— Нимуэ сейчас сознание потеряет. — под недовольный ментальный рявк от упомянутой, протелепатировал я Борху. — Придётся…
— Разойтись. — закончил за меня золотой сородич, резко отлетая от белого… На котором наконец-то стали сказываться нанесённые мною страшнейшие раны. Крылья махали медленнее и реже, голова на шее так и норовила опуститься вниз…
Не… Может сейчас он на адреналине и живёт, но вот потом, без возможности пожрать каннибальскую плоть… Нет, он точно должен сдохнуть. Ну не живут с такими ранами даже драконы… Ну правда, не живут же?..
Чёрт. Кто его знает, справочников и научных трудов на эту тему у драконов и даже у двуногих нет…
…Тем временем из-за ран Нимуэ, а также частично и моих собственных, откуда опасненькими порциями выливалась кровь, добить тяжелораненного каннибала мы не смогли. Позор, конечно, но… Сейчас требовалось оказать помощь Нимуэ, из-за своих меньших размеров пострадавшая от его когтей больше всего.
Мы бы вероятно смогли его добить, и это не было бы ничьей… Но пирровой победой — так точно. Ни я, ни Борх не желали победы ценой жизни Нимуэ. Никак и ни в каких обстоятельствах… А ведь он всё ещё способен пойти на самоубийственную атаку и ценой своей жизни таки добить члена нашей драконьей семейки.
Так что аккуратно подхватив драконицу с обеих сторон, мы были вынуждены наблюдать за тем, как наш противник грузно, теряя кучу крови и даже кусочки отваливающейся плоти, принялся улетать куда подальше.
Тц…
Не имелось у тебя проблем, Мерлин, да вот образовалась одна… Тридцатиметровой длины.
И это ещё повезло что мы достаточно далеко от Кладбища, чтобы каннибал успел дотуда долететь и залечить раны за пару часов. Не-е-е, с такими повреждениями даже он не пролетит столько расстояния, просто грохнется камнем вниз на полпути.
— Беда… — рыкнул я, характеризуя образовавшееся положение дел.
Беда…
* * *
Некоторое время спустя.
Вортигерн.
Прижимая лапы к ранам на пузе, и не имя возможности проделать тоже самое с горящем огнём грудью, Вортигерн медленно махал крыльями испещренными дырками.
