Я хорошо подготовился к походу, а по прибытии тихо покинул место стоянки и ушел вдоль берега реки. Воду из этой реки можно было пить, и в ней водилась живность.
Шел я долго. Несколько дней. Питался запасами, пил воду, взятую с собой, но через двенадцать дней все закончилось. На всем пути мне не встретились разрушенные или целые поселения тех, кто жил тут раньше. Не было и погибших небесных кораблей пришельцев. Только твердая корка красного песка и река без признаков растительности по берегам. Не было тут и хищников. Это была мертвая пустыня.
На тринадцатый день пути я пил воду из реки и ловил рыбу. Жарил ее на камнях и ею питался. На пятнадцатый день решил, что иду еще два дня и, если не найду место, куда она впадает, вернусь к порталу. Но на шестнадцатый день началась буря. Она пришла внезапно. Сначала из воздуха над рекой появилась огромная каменная пирамида и села на реку. Ее края далеко уходили в пустыню. Я бросился к ее подножию и обнаружил вход. Пробежав туда, свернул направо и стал ждать у каменного саркофага. Наступила темнота, и только сильные порывы ветра заносили песок в проход пирамиды. Я запустил светляк и, к своему ужасу, обнаружил множество костей на полу. Все они были человеческими останками. Кости, черепа – все было со следами воздействия на них или зубов, или тяжелых предметов.
В страхе я забрался в саркофаг, у которого была сдвинута крышка. Там были кости и сундук. Сундук открыт, и в нем разбросаны свитки, которые я собрал и спрятал в сумку.
Незаметно для самого себя, под тихий шум проникающего сюда ветра, я уснул.
Проснулся оттого, что стало тихо. Я вылез из саркофага и вышел наружу. Каково же было мое удивление, когда я увидел, что нахожусь в большом заброшенном городе среди песков. Яркий свет заливал окрестности. Сам город был пуст и занесен песком, белым почти как мел.
Несмотря на то что я был исследователем, я не стал далеко удаляться от пирамиды. Сначала я по камням забрался на самый верх пирамиды и увидел, что, куда ни кинь взгляд, везде была пустыня и лишь тонкая нитка реки проходила сквозь город. Не так. Река заканчивалась посередине этого города, под пирамидой. Я понял, это и есть конец реки здесь и в Инферно.
Я спустился и обследовал ближайшие районы города. Там среди развалин нашел большие яйца. Я забрал с десяток яиц с собой для исследования. Но мне пришлось срочно бежать к пирамиде и прятаться. В город входил дракон. Он подошел к яйцам и стал осматриваться, затем направился к пирамиде.
Я просидел, прячась от дракона, на пирамиде до темноты и стал осторожно обследовать ее. На верху был узкий лаз, и он вел вглубь пирамиды. Любопытство заставило меня залезть в этот лаз и спуститься вниз. Там были ступени, по которым я добрался до усыпальницы местного властителя. Но усыпальница была разграблена. Из нее вел коридор, по которому я прошел в комнату с каменными саркофагами. Крышки на них были небрежно скинуты на пол, и сами останки тоже ограблены. Поплутав по коридорам, я вышел наружу и снова был крайне удивлен. Я вернулся!.. Я вернулся в Инферно!
Теперь о главном. Эта пирамида путешествует между двумя мирами. Раз в день она переходит из своего мира в наш. И этот переход сопровождается бурей. Переход происходит в полдень, поэтому к ней нужно приблизиться заранее, или тебя погребет большой столб песка. Вход в пирамиду есть с каждой стороны, и он открыт. Переход нужно пережидать подальше от входа в пирамиду, иначе может выкинуть в пространство. Так я потерял свой мешок с вещами, что набрал в городе. Я трижды переходил из Инферно в другой мир и возвращался. Как определить место, где появляется пирамида? Мой дневной переход был десять лиг. На шестнадцатый день я вышел на пирамиду. Значит, от портала до пирамиды вниз по течению примерно сто шестьдесят лиг…
На этом рассказ заканчивался. Фома сделал запрос карты поверхности верхнего слоя Инферно. Карта была сделана на основе снимков спутника. Верхний слой Инферно – самый открытый слой, как поверхность любой другой планеты, и она была, как понял Фома, хорошо изучена спецами АДа. На ней он нашел реку, которая текла из пустого пространства и также уходила в никуда. Просто исчезала.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
На карте был изображен и портал на холме. Карта была секретной, и кто-то ее поместил в хранилище баз данных корабля, можно было лишь догадываться о роли Брыков в этом деле.
Идти вдоль реки шестнадцать дней Фома не мог. Ему нужно было средство передвижения, и он его нашел. Пояс левитации учителя и мини-реактивные воздушные движители. Еще нужен был запас продовольствия на дорогу туда и обратно. Причем обратно на двоих. В этом ему помог Брык, предоставив спецпайки и порошковую воду. При открывании пакета порошок вступал в реакцию с кислородом атмосферы и преобразовывался в воду.
Таким образом, собрав все необходимое и выпросив у учителя пояс левитации, Фома убыл в Азанар в трактир, принадлежащий учителю. Прошел пару кварталов и телепортом убыл в Брисвиль. Как положено, отметился о прибытии у молодой строгой полудемоницы и встал в очередь на портал в Инферно. Перед ним был купеческий караван демонов. Дождавшись своей очереди, он перенесся на верхний слой Инферно.
Караван уже покинул холм и двигался вдоль реки.
Неожиданно сканер показал три красные точки, приближающиеся с трех сторон. Фома тут же активировал пояс левитации и поднялся над порталом. Три демона окружали его, и он понял, что караванщик решил взять «глупого» одинокого орка в рабы. Он обстрелял трех незадачливых воинов ледяными иглами и заставил их спасаться бегством. Посмотрев им вслед, усмехнулся. Он понимал купца. Один новичок-орк, по мысли демона, непременно погибнет в пустыне, так зачем же пропадать добру…
Фома включил воздушный реактивный движок и поплыл в обратную сторону. Летел он гораздо быстрее, чем шел бы пешком, и к концу дня преодолел половину расстояния.
Уснул, вися в воздухе, на несколько часов и ночью тронулся дальше с таким расчетом, чтобы прибыть к нужному месту перед полуднем. Место, где обрывается река, он не обнаружил. Она как текла, так и продолжала течь, но он был уверен, что прибыл на нужное место. Сверху он хорошо видел следы на песке от пирамиды и стал ждать. Буквально через полчаса подул сильный ветер, и Фома опустился на песок, присел и натянул маску от пыли. Порывы ветра стали усиливаться, и он уже поднял тучи песка. В какой-то момент из воздуха появилась огромная тень, и Фома, понимая уже, что это, побежал к ней. Проход он нашел сразу и юркнул в длинный темный туннель, пробежал несколько десятков шагов и уперся в стену. В темноте увидел черное пятно и живо направился в боковой проход. Чтобы не идти на ощупь, он запустил светляк, снял маску и быстро огляделся. По ногам гулял ветер и приносил песок. Тут был и белый песок, как описывал его эльфар, и красный с Инферно. За спиной шумел и ревел ветер, а впереди его ждали трое вооруженных, загорелых до черноты хумана, в белых повязках на головах. Фома приветливо улыбнулся, показав клыки.
– Вампир! – прошептал один их хуманов на старом наречии. – Как и та сумасшедшая баба.
– И худой. Видимо, много дней не ел, – поддержал его второй хуман и отступил на шаг.
– Ты это… вампир, нас не трогай, мы будем защищаться, – не очень уверенно проговорил третий.
Фома еще шире улыбнулся.
– Ребята, о какой сумасшедшей бабе вы говорили? – спросил он.
Ганга сиганула в портал, за ней ящерица и голем. Картина, которая ей предстала, заставила орчанку открыть от удивления рот. Старый вампир ползал на четвереньках, а сверху на нем, как на коне верхом, сидела одна из освобожденных женщин. Она была маленькой, как девочка, но ругалась так витиевато, что Ганга покраснела.
Это продолжалось несколько минут. Но тут наездница обратила внимание на Гангу и перестала ругаться. Встала с вампира и подошла к орчанке, долго снизу вверх ее оглядывала. Затем грубо спросила:
– Ты кто, несчастная?
Ганга фыркнула:
– Несчастная? Фр-р… Не смеши. Совсем недавно меня просили тебя освободить. Так что закрой пасть и слушай сюда. Я помогла тебе, ты поможешь мне…
