— сказала Ведьма, — что если ты не ориентируешься в карте и сторонах света, то заведёшь нас прямо в жопу мира.
— Жопу Худроса. А, нет, мы уже в ней.
Девушка хихикнула.
— Ладно, — с улыбкой махнула она рукой, — идём дальше.
И мы направились на север — в зону чужого влияния. Тут обосновалась одна из трёх сильнейших худросских банд — Рваные Плащи. И, конечно, их лидер — Серебряный Воробей. Думаю, он пока ещё не в курсе нашего присутствия, но это скоро изменится.
Возможно кто-то уже бежит докладывать ему, но я старался не попадаться местным на глаза. Плевать, что в лицо нас никто не знает, это банальная перестраховка.
Аура Наблюдения позволяла отслеживать народ и избегать чужого внимания. Это было удивительно легко. Когда знаешь, куда в следующий миг посмотрит человек, то можешь вообще никогда не попасть в поле его зрения.
Наличие Вертраны немного усложняло ситуацию, но середина дня и бешеная жара разогнали львиную долю трущобных жителей под крыши, так что особо большого числа прохожих можно было не опасаться.
Иной раз, если кто-то стоял чересчур неудобно, я направлял рой, который попросту отпугивал неудобного оборванца.
Одновременно с нашим движением муха, сидящая на большой карте Худроса — в небольшой комнате старого вонючего кожевного цеха, — перебирала лапками, играя роль маячка. Сдвигалась ровно туда, куда проходили мы.
За ней следила Крылатая, направляя меня — нас — ровно к своему «конкуренту».
Вместе с ней за столом восседали люди, чьё мнение в нашей ситуации играло ключевую роль: полуживой Дуфф, вокруг которого суетилась Вияльди, чьё серое лицо отображало бесконечную усталость единственного «целителя» на кучу раненых; ещё не отошедший от яда Леви, безрукий Форпон (Энни разрыдалась, увидев его) и переломанный Нильтас. Команда мечты!
К старому и проверенному отряду добавилась Крылатая, эффектно закинувшая ногу на ногу. Кроме отслеживания мухи, женщина занималась тем, что маленьким ножом резала себе запястье, с любопытством энтомолога рассматривая капающую на пол кровь. Изредка нож сменялся иглой.
За её действиями с любопытством наблюдал Форпон. Периодически его лицо обезображивала отвратительная улыбка.
Тина Смайл, капитан команды Гарпий, тоже хотела присутствовать на совете, но попросту вырубилась. Красноморд и Чешуя остались наблюдать за ней и вяло переругиваться, воздержавшись от своего присутствия на импровизированном совещании.
Ох, как же я хотел бы, чтобы рядом оказался Ребис! Даже не в роли эдакого советника — который из него, как из жопы палец — а в качестве сугубо физической поддержки.
Сука, сам не верю, что думаю об этом, но сейчас брат, в виде «танка», отлично бы проявил себя в бою против Юмана. Пусть два чудовища убивают друг друга целую вечность — я не против!
Годарт бы тоже не помешал. Мужик весьма силён. Я бы спокойно направил его против любого офицера Хранителя, не опасаясь, что он вдует.
Вета и Зана, опять же, оказались бы не лишними. Ополченцы Далкон и Эрбо…
Дерьмо! Ребис будто бы специально забрал почти всех умелых бойцов, оставив мне стариков и неликвид!
Поэтому осталось лишь… эх… Ненавижу жертвовать своими.
— Слушай… — заговорил было я, но оборвал сам себя.
— М-м? — посмотрела на меня Ведьма.
— Ты сможешь поучаствовать в битве, если будет нужда?
— Великий Шаграс! — вскинула она руки. — А сам как думаешь?
Перебор с сарказмом — вот что я думаю.
— Мне хотелось узнать твоё мнение, — наклонил я голову.
— Смогу, — буркнула она. — Всё-таки ваш кузнец выдал мне меч. — Рука девушки ощупала рукоять. Уголки губ на миг сложились в тонкую улыбку.
На жалкий миг.
— Насколько силь…
— Херово, — прервала она меня. — Что за дурацкий вопрос? Загрейн, я ослаблена. Понимаешь это?
— Мне хотелось верить, что ты сможешь выжать из себя все силы на какое-то время.
Я поднял руку, останавливая движение. Перед нами, на соседней улице, прошёл побитый жизнью и, видимо, палками, мужчина. Вид у него был жалкий. Бродяга даже не смотрел по сторонам.
— Разве что очень короткое время! — прошипела Вертрана мне на ухо, обдав удивительно чистым дыханием.
И когда успела зубы после плена почистить? Мы в цеху провели, дай бог, часа полтора! Хотя… она же, как и все прочие бывшие узники, общалась с Вияльди, проведя бóльшую часть времени в её закутке.
Пф-ф, не удивлюсь, если и обмыться успела, хотя воды у нас кот наплакал.
Может кого-то направили пополнить запас? Из таких, разве что, Себб…
— Так какое конкретно время? Мне правда нужно знать, — не позволил я мыслям увести себя в сторону.
— Ох… не знаю, доволен?
Мы возобновили путь.
— Не то чтобы… — вздохнул я. — Впрочем, мы пришли.
Я указал на конец улицы, метрах в трёхстах от нас, куда вела расчищенная от мусора и разных хибар дорога — единственная чистая артерия в гнилом теле трущоб.
У меня сложилось впечатление, что Серебряный Воробей специально запретил кому-то занимать эту улицу, строиться здесь или торговать. Потому что в ином случае я не верю, что целое шоссе само собой вело к большому элегантному поместью, окружённому мощным забором.
Солнце било в окна и стёкла сверкали, как лезвие клинка. На фоне развалин и грязных хибар это выглядело почти святыней.
Явная демонстрация своего могущества!
— Ого, натуральное поместье! — удивилась Ведьма. — Словно бы принадлежащее кому-то из столичной аристократии. Только в трущобах. Ха-ха, вот уж зрелище! Этот Воробей тот ещё… пижон.
— Пожалуй, — неопределённо пожал я плечами. Как минимум, он очень хотел показать, что не такой, как остальные. Что он богаче, сильнее, могущественнее. И явно, хах, зависим от чужого мнения! — Так или иначе, нас точно заметили.
— Почему ты так думаешь?
— Потому что не только Юман владеет Аурой Наблюдения, — вздохнул я. — Не важно. Сидим, ждём. Крылатая говорила, что Воробей сам нас встречать не выйдет. Значит, тоже будет ждать.
— Отлично, — скептично фыркнула Вертрана. — Сидим и ждём.
— Не самое худшее, что можно придумать, — уселся я на покрытую песком каменюку, нагретую солнцем.
— Ну… наверное, — неопределённо выдала Ведьма, на миг демонстрируя, как же она устала.
Оно и понятно, ведь вместо того, чтобы отдыхать и приводить себя в порядок после плена и подавителей, девушка сейчас вынуждена бегать со мной по трущобам, готовясь в любой момент сойтись в смертельной схватке с Хранителем и его людьми.
Однако у
