когда он так быстро успел перекинуться обратно в человека. — Мы не мёрзнем…
От его соблазнительной улыбки, сверкнувшей на лице, меня теперь бросило в жар. Может, я тоже была драконом? И мёрзнуть мне тоже не полагалось…
А вот ректору было действительно жарко. Он был в одной рубашке белого цвета, шёлком облегающую его ладную фигуру, идеальные мускулы, наверняка не менее идеальные кубики, что скрывались под этой тканью. Словно прочтя мои мысли, он начал расстёгивать на рубашке пуговицы, а я как дура уставилась на него, словно школьница, впервые попавшая в мужской стрип-клуб.
— Что Вы делаете? — спросила я, забыв, как всегда, промолчать.
Тот удивлённо взглянул на меня, а после, наверное, уловив ход мыслей в моей голове, пояснил.
— Хочу искупаться в бассейне. Он сразу за домом. А ты проходи, располагайся… Дверь открыта.
Желание подождать ректора, а заодно потаращиться на его пресс и не только, было здоровым, но холод и вправду пробирал до костей. А потому я легко согласилась.
— Ладно. Надеюсь, там меня никто не съест? — я шутила, но… не совсем. Мало ли что могло ожидать меня в этом мире фантазий.
— Надеюсь, что нет, — зеленющие глаза ректора опасно сверкнули в темноте, но опасность эта была скорее для моего сердца нежели тела. Влюбляться в него сейчас я вовсе не планировала! Но, кажется, мой собственный разум сейчас мне не подчинялся. — Милости прошу…
И я сделала шаг к высокой стеклянной двери, которая и впрямь оказалась не запертой. Я осторожно потянула ручку и вошла внутрь, чувствуя, как тепло начинает ласкать мои щёки прямо с порога. Шикарная прихожая гигантских размеров встретила меня полумраком и неярким светом, исходившим из настоящего камина, в котором, лениво потрескивая, горели дрова. Странно, ведь будучи снаружи я не видела и не чувствовала запаха дыма, характерного для этого. Однако камин не был обманкой, и я подошла ближе, чтобы погреться, обнаружив прямо перед дышлом камина чью-то лежанку. Толстое покрывало, сшитое из нескольких меховых шкурок, лежало прямо на полу, а рядом стояла ваза с фруктами и бутылка с чем-то особенно интересным. Бокал был один, и я почти сразу сообразила, что ректор Бейлис отдыхал здесь в одиночестве. А потому без зазрения совести уселась на его законное место и принялась употреблять в пищу фрукты, ибо желудок мой при их виде сразу же напомнил о пропущенном ужине. Да и об обеде тоже…
Намереваясь дождаться Арктура здесь, я расслабилась, наслаждаясь зрелищем горящего огня, и почти уснула, когда почувствовала, что мне на плечи ложатся чьи-то холодные, очень холодные руки. Входная дверь не открывалась — я бы точно это услышала, а, значит, ректор ещё не вернулся. Да и его объятия, уже оценённые мной по достоинству, были куда горячее этих. Осознание того, что здесь присутствует кто-то посторонний, накрыло меня ужасом. Не зря я, значит, волновалась!
Но теперь рассуждать не было времени. И я закричала во всё горло так же, как в самый мой первый миг прибытия в драконью Академию! Ректор Бейлис просто обязан был меня спасти!
Глава 14
Отовсюду начал слышаться сумасшедший звон стекла — то ли взрывались старинные хрустальные сервизы в шкафах ректора Бейлиса, то ли окна, то ли ещё что. Ясно было лишь одно — это был результат работы моей силы голоса, с которым я изначально заявилась в этот вымышленный мир, который таковым мне уже не очень казался. Слишком много фантазии — мой мозг явно не обладал столь внушительным запасом знаний.
Я кричала и не могла остановиться, и тот, с ледяными руками, что подкрался ко мне сзади, по логике вещей, должен был уже оглохнуть, оставив меня в покое. Чужих рук на плечах я уже не чувствовала, но это может быть только потому, что я вся похолодела со страха. Однако, обернувшись, я не увидела там никого!
Никого!
Божички, ну это уже ни в какие ворота…
В тот же миг в дверь вбежал напуганный и абсолютно голый и мокрый ректор Бейлис, на лету ловящий полотенце, которое, вероятно, свалилось с его шикарного… эээ… низа на бегу. Но я, ещё не успев замолкнуть от первого пережитого шока, завопила ещё громче, хотя, как мне казалось, это сделать уже невозможно.
— Оля! — взмолился Арктур, не зная, удерживать ему полотенце или закрывать уши ладонями, чтобы не оглохнуть. — Успокойся! Прошу тебя!
Но, кажется, от меня это не слишком сильно зависело. И тогда, мужественно минуя летящие в него невидимые, но ощутимые децибелы, мужчина смог добраться до меня, чтобы накрыть мой кричащий рот своими губами!
Звук прекратился в тот же миг, я замерла, а ректор, кажется, был не против продолжить этот нестандартный поцелуй, ибо отлепился не сразу. И я, к стыду своему, даже была этому рада — не хватало только Венди-Бренди, входящей в дверь или подглядывающей в разбитое моим криком окно. Тогда бы картина была вообще идеальной!
Но когда он отстранился, неловко стало обоим. Так и подмывало воскликнуть: «Я не такая!», и горделиво отвести взгляд. Однако ректор опередил меня, набросившись с извинениями:
— Прости! Я не знал, как ещё это остановить, и поэтому сделал то, что первое пришло на ум… Я не хотел никак тебя обидеть! Здесь нет никакой личной подоплёки.
О, а мы уже перешли на «ты». Я и не заметила…
— А… я так и подумала! — нарочно весело бросила я, скосив взгляд на полотенце, подозрительно приподнятое на самом интересном месте, которое оно сейчас должно было тщательно скрывать. — И Вы меня извините! Я не хотела устраивать тут переполох и бить стёкла. Я просто испугалась…
— Испугалась? — переспросил Арктур. — Но — чего?
Я замялась, не зная, стоит ли сообщать ему. Но всё же решилась.
— Кажется, у Вас здесь всё-таки водятся призраки…
Мужчина очень внимательно и долго изучал моё лицо, прежде чем рассмеяться весёлым и беззаботным смехом, вызвавшим слёзы него красивых изумрудных глазах.
— Призраки?! Это из-за них ты так громко кричала?
Я насупилась, обидевшись на то, что ректор не воспринял мои слова всерьёз. Но всё же продолжила диалог, ведь один из нас явно был не прав. И стоило выяснить, кто именно.
— Вы точно живёте один? — спросила я, на что Арктур снисходительно кивнул.
— Если ты думаешь, что в этих стенах скрывается какая-нибудь женщина…
— Руки были мужскими! — возразила я, поздно сообразив, что ляпнула лишнее. И следующий вопрос к моей скромной персоне не заставил себя ждать.
— Какие руки?..
— Ну те, что легли мне на плечи… Как будто
