из наших лучших духовников.
— При всём моём уважении, — Ларгос слегка поклонился, — я намерен забрать брата домой как можно скорее. Если вы не против, разумеется.
— Конечно же, я не против, — улыбнулся парень. — Оставьте оружие и пройдите со мной.
Центральные храмы мало чем отличались друг от друга. Возможно, это было сделано для дополнительного комфорта и успокоения верующих. Ведь куда бы не заносило странника, это светлое место оставалось неизменным. Вот только незначительное моральное облегчение Ларгоса столкнулось с суровой действительностью: семейство Веройонис и не думало прекращать глумиться над ним.
На траве сидели двое, оба с закрытыми глазами, что характерно для медитаций. Да вот только Адмира обнимал Ширейлин, прижимая его к себе спиной и уткнувшись носом в макушку. В принципе, подобные прикосновения в светлом месте не запрещались, но совершенно не имели практического смысла.
Брат не изменился с момента их последней встречи, такой же подросток с немного наивным выражением лица. Потому ещё более омерзительно было видеть его в объятиях эльфа, которого Ларгос ненавидел всеми фибрами души и не убил лишь из-за потенциальной выгоды в будущем. Кто же знал, что ему удастся сбежать? Если бы кронпринц допускал такую возможность, то прервал жизнь ксилтарца без промедления и мук совести.
«Хорошо, что охрана это не видила», — только и подумал он прежде, чем подойти к парочке.
— Подождите, — вмешался храмовник, когда Ларгос присел перед парнями и попытался оторвать руки Ширейлина от своего брата, — нельзя так жёстко прерывать совместную медитацию! Они знают, что вы тут, подождите немного, их потоки уже разделяются.
Ксилтарский принц открыл глаза и посмотрел на Ларгоса с усмешкой. Он отстранился назад и упёрся руками в траву. Адмир же, к удивлению брата, совершенно не смутился. Он спокойно поднялся на ноги и отошёл в сторону.
— Рад тебя видеть, — холодным тоном сказал Ларгос. — Живым и здоровым.
— А что, полагал, — вмешался Шир, и не думая вставать, — что я уподоблюсь тебе?
Гостю было что сказать, но рядом находился храмовник и это его немного сдерживало, как и само место.
Переведя взгляд с одного на другого, Адмир нарушил напряжённую тишину:
— Это не то, что ты думаешь, брат. Ширейлин умеет выводить других из себя и любит это делать. Не стоит поддаваться на его провокации.
Ларгос был ошарашен словами Адмира, он перевёл взгляд на подростка и внезапно осознал, что это другой эльф. Наивным лицо его было лишь во время медитации, сейчас же на него смотрел вполне взрослый уверенный в себе парень.
— Мы уходим, — только и сказал Ларгос, после чего направился к выходу.
— Прощай, — услышал он тихий голос Адмира и обернулся, но тот спокойно шёл за ним. Никаких ужимок и мокрых сцен, на которые был горазд прежний младший принц.
Ларгосу хотелось сказать что-то в духе «поговорим после», но братец и не думал устраивать сцен или что-то спрашивать, он просто молча шёл следом. Первому амротскому принцу даже стало интересно, как долго это продлится. Так их группа добралась до городских ворот, где пришлось впопыхах покупать лошадь для младшенького. И лишь когда ему протянули поводья, он соизволил открыть рот:
— Я плохо чувствую себя в седле и предпочёл бы повозку.
Охранники переглянулись, не зная, как реагировать. Все аристократы всегда передвигались в седле, в том числе женщины. Исключение составляли больные, старые, немощные, беременные и кормящие. Разумеется, подобное не распространялось на простоэльфинов.
Ларгос подошёл вплотную и слегка сгорбился. Он несколько секунд смотрел в упор, но младшенький взгляд не отвёл.
— Перетерпишь, — тихо сказал наследный принц Амрота. — Считай, пришла пора учиться держаться в седле. Ты и так достаточно опозорил себя.
Адмир лишь хмыкнул в ответ и залез на животное. Здесь на площади к группе присоединился ещё три эльфа-охранника для завершения стандартного комплекта группы и один, прячущий лицо в шарфе.
* * *
Я удивился, когда в динами припёрся Ширейлин и предложил позаниматься вместе. Причин отказывать ему не видел, тем более, мы уже делали подобное. Вот только…
— Это здорово, что ты уже можешь использовать собственную ману, но храмовника выгонять было не обязательно, — сказал я ему.
— Я его не выгонял, он сам ушёл.
— Думаешь, я не видел, как ты на него посмотрел и этот жест рукой сделал?
— Какой же ты внимательный, — засмеялся он. — Просто, мне впервые разрешили заниматься с маной, и я посчитал, что ты лучший партнёр для этого.
Он сел на землю и, раздвинув ноги, похлопал по траве перед собой.
— Вот уж спасибо за оказанную честь, — с кислой миной сказал я, усаживаясь перед ним, — но всё равно мне кажется, что здесь что-то не так. У вас лекари совсем кудесники, что ли? Меньше месяца назад на твою структуру без слёз смотреть было невозможно.
— Именно! — он понизил голос, говоря на ухо. — Ты единственный в доступности, с кем я контактировал. Жутко интересно сравнить возможности и ощущения тогда и сейчас.
— Воу, воу, полегче! — я испуганно отстранился, когда его руки будто прилипли ко мне и странная дрожь пошла по мышцам. — Это что такое вообще?
— Прости, поспешил. Я ведь раньше не использовал собственную ману, верно?
— Именно, потому и не понимаю, почему ты начал с этого.
— Прости ещё раз. Я правда очень волнуюсь, сегодня первый день…
— Да понял я, понял. Можно попросить тебя об одном одолжении?
Я повернулся к нему лицом и внимательно посмотрел. Вообще, не собирался просить это, но его внезапный приход и разговор подтолкнули.
— Если смогу, то вполне, — кивнул он. — Так что там у тебя?
— Ты ведь знаешь, что мой хранитель спирит, а это значит…
* * *
POV
Да уж, Ширейлин в своём репертуаре. Он ведь прекрасно знал, что Ларгос приедет за мной именно сегодня. Если бы взглядом можно было убить, то мой старший братец бы точно прожёг дыру в наглом ксилтарце. А тот и рад был усмехаться в лицо своей смерти, прекрасно зная, что тот не посмеет хоть пальцем его тронуть в центре столицы, да ещё и в светлом храме. Хорошо, что удалось вразумить родственника одной фразой. Конечно я понимал, что такое поведение не характерно для прежнего Адмира, но какая разница теперь? Младший принц больше года пропадал непонятно где, он мог измениться
