Всё, что доступно для обычных людей, как правило, написано шарлатанами только для того, чтобы озолотиться на мечте встать на путь истинного.
— Ну и как мне тогда культивировать? — вздохнула я.
— Выучить первые формы, больше медитировать, постепенно накапливать ци. А потом вступить в секту и получать помощь от наставника.
Звучало до ужаса логично и скучно, как это и бывает в реальности, а вот вариант «принял пилюлю — прорвался, принял ещё одну — прорвался снова», кажется, не работает. Обидненько. Кстати!
— Напомни мне, как называется секта?
— Ну… либо я тебе сам ещё пару приёмов покажу, — перевёл разговор Бай Шань.
Это уже становилось не смешно. Разговоры о названии секты напоминали мне вечную попытку назвать осла, который всё так и оставался безымянным.
Знакомый Бай Шаня оказался мужчиной лет сорока, по крайней мере, мне так показалось. С холодными, я бы даже сказала, арктическими глазами, что удивительно — прозрачно-синими. Мне показалось на какой-то момент, что он слепой. Как продемонстрировала практика, видел он вполне хорошо. А такой необычный цвет глаз, как позже объяснил Бай Шань, ему придавали последствия использования своего редкого духовного корня — ледяного
Оглядев меня с ног до головы, мужчина усмехнулся и представился:
— Так как Бай Шань весьма далёк от этикета, я надеюсь, эта госпожа позволит мне несколько отойти от общих канонов и представиться первым. Этот скромный — Тао Юань. Внутренний ученик мастера Хо Цин из секты Линь Цюань Пай.
Я попыталась вспомнить всё, что знала о подходящем этикете, приложила кулак к раскрытой ладони и церемонно поклонилась:
— Эта недостойная Лу Шиань. Я не являюсь ученицей какой-либо секты, а также не имею учителя. Мои знания крайне поверхностны и скромны. Надеюсь на ваше благоволение.
И ведь ни в чём же не соврала. Горжусь собой.
Мужчина одобрительно хмыкнул.
Бай Шань зевнул:
— Если вы закончили представляться, давайте сядем и поедим. Разговаривать на голодный желудок — плохая примета.
— У тебя всё было плохая примета, что не касается еды, — отмахнулся мастер Тао. Впрочем, просьбу Бай Шаня он удовлетворил.
Через некоторое время официант принёс заказанную еду. Я до сих пор не могла привыкнуть к тому, что заказывают все общие блюда, а потом просто берут из них для себя. С другой стороны, один человек заказал себе одно-два блюда, другой — ещё одно-два, и вот уже стол полон. А так же есть возможность попробовать чужую еду без каких-либо угрызений совести. Что ж, меня это устраивало.
Первое время я молчала, прислушиваясь к разговору Бай Шаня и Тао Юаня. Они действительно были давними знакомыми, и в разговоре то и дело всплывали незнакомые мне имена, забавные ситуации, которые были значимы для них двоих. Но в какой-то момент мастер Тао заметил:
— О, госпоже Лу Шиань я слышал не только от Бай Шаня, можно сказать, вы в некоторой степени оказались способны одной песней поразить всех.
Я не поперхнулась, но с недоумением посмотрела на него, а потом, наконец, сработавший внутренний переводчик соотнёс сложную идиому с привычной мне «тёмная лошадка». С одной стороны, приятно, с другой — кажется, у меня проблемы.
— Не каждая ученица, да что там — практик, в вашем возрасте может похвастаться такими врагами. Буквально вся секта Фу Дай теперь считает вас своим личным врагом. Вы обидели их милую принцессу Мяо-Мяо.
Я улыбнулась и пожала плечами. Пока они не посылают ко мне убийц, черт с ними, пусть считают. Впрочем, озвучивать это я не стала. Зато это дало мне повод перейти к делам, раз уж Бай Шань наслаждается едой и не отвлекается ни на что другое.
— Собственно, именно по этому поводу я и хочу стать независимым алхимиком.
— Стать алхимиком, не имея учителя, весьма проблематично, — заметил Тао Юань. — Для допуска к экзамену вам будут нужны рекомендации.
Это уже было плохо: рекомендации мне было взять неоткуда.
— Это не проблема, — отмахнулся Бай Шань.
Тао Юань внимательно посмотрел на него, а потом что-то разглядел во взгляде собеседника и кивнул.
— Действительно, насколько мне известно, вы уже имеете некоторый опыт. Так что рекомендательное письмо вам дадут. Желательно, конечно, чтобы оно было от праведной секты.
— А что? — удивилась я. — От демонических практиков тоже рекомендательные письма принимают?
Бай Шань и мастер Тао переглянулись и как-то задумчиво усмехнулись.
— Возможно, и принимают. А потом тщательно следят и вылавливают демонических практиков, неосторожно сунувшихся к своим рекомендателям.
— Сам экзамен, — продолжил Тао Юань, — как вы понимаете, состоит из нескольких этапов. Первый — теоретический. В течение трёх дней вы будете сдавать письменный экзамен. Оцениваются не только ваши знания, но и каллиграфия.
Я поперхнулась, поняв, что каллиграфии мне придётся уделять столько же времени, сколько и алхимии, если не больше. Хотелось бы сказать, что это мое единственное слабое место, но нет, слабых мест у меня, как дырок в мережке.
— В случае, если вы всё хорошо сдадите, — продолжал Тао Юань, — вас допустят ко второму этапу, где будет необходимо продемонстрировать практические навыки в подготовке ингредиентов, а также умение их определять и комбинировать между собой. Ну и третьим этапом будет практический экзамен, где вы должны будете представить алхимическую пилюлю или эликсир собственного производства. Как правило, на этом этапе от учеников не ждут особых изысков, и все готовят что-то базовое, если нет необходимости привлечь к себе особое внимание, выделиться, так сказать. Хотя алхимики и пользуются всеобщим уважением, они как бы находятся в стороне от остальных практиков, и выделиться им гораздо сложнее, как и сделать себе имя. Поэтому некоторые, желающие сиять на этом небосклоне, готовят что-то экстравагантное. С одной стороны, это может принести им негасимую славу, с другой — в случае, если что-то пойдёт не так, они вылетают с экзамена.
— И какие наказания? — уточнила я.
— В случае, если на третьем этапе вы экзамен не сдаёте, то следующие три года вы не можете его сдавать снова. На втором этапе недопуск — два года. Ну а если вылетели на первом, можете пересдать уже в следующем году.
— То есть чем дальше я прохожу, тем больше наказание? Чудесно, — честно говоря, я не совсем понимала, к чему такой подход, но, как говорится, со своим уставом в чужой монастырь не ходят. Приходилось просто принять к сведению.
Я не хотела особо выделяться, поэтому оставила себе
