попасть к самому сходу снега, а там цены на подобный товар неизбежно упадут. Ну а кроме удачной сделки нам отсыпали золотишка, пусть и немного. Хотя как посмотреть, обычный крестьянин или ремесленник столько лет за десять разве что скопит… Если есть и пить не будет. А так бери все двадцать. Простым наёмникам с возницами тоже перепало радости, пусть и поменьше.
Сейчас же мы наконец подъезжали к цели нашего путешествия и столица Мунганского герцогства показалась из-за поворота. Над ней на высоком холме доминировал внушительный замок с красивыми, в чём-то даже изящными башнями. Вокруг него были видны черепичные крыши особняков знати. Строения пониже скрывали за собой внешние стены города, выложенные из камня. За ними располагались ремесленные слободы и… трущобы. К сожалению чаша сия не миновала этот населённый пункт, лачуги бедноты вокруг него всё таки выросли. Хотя со слов купца тут ещё всё в целом неплохо и порядок поддерживается. Видал он места, где в некоторые части города стража только отрядами ходит.
— Ну как, впечатляет? — раздался рядом голос Конва.
— Не без этого — отозвался я без особых эмоций. Сорок тысяч жителей это конечно очень солидно, но не сравнится с мегаполисами Земли.
— Не слышу восхищения в голосе — хохотнул он, быстро меня прочитав.
— А откуда ему быть? — пожал я плечами — Ты с магом природы разговариваешь. Большие города люблю не многим сильнее, чем мой пушистый друг.
— Скучно с тобой — проворчал он.
— Зато меньше шансов сдохнуть от ран, твоя светлость — хохотнул я, хлопнув его по спине.
Выехав из леса на поля, окружающие город, мы скоро свернули к дороге, что вела к воротам для «чистой публики». Всё таки раз в нашем распоряжении был целый рыцарь, этим стоило пользоваться. Пошлина за купеческие телеги там конечно будет той же самой, но зато можно обойтись практически без очереди. Правда я несколько опасался вопросов стражи и особенно иных благородных господ, которые вполне закономерно последовали. Первый же рыцарь, завидев Конва, смерил его взглядом и проговорил:
— Доброго дня, сир. Не представитесь ли? Никогда прежде не встречал вашего герба.
— И вам доброго — кивнул наш начальник охраны крепкому, чернобородому мужику лет тридцати, что подъехал к воротам во главе семерых всадников с чёрной галкой на белых коттах — Я сир Конв из Озёрных Ключей. А в том, что вы прежде не встречали моего герба нет ничего удивительного, я получил его меньше месяца назад по воле сира Астера Грумни. Кстати не соблаговолите ли представиться сами?
— Где же мои манеры? — хмыкнул крепыш, продолжая смотреть на собеседника с подозрением. Простолюдины действительно иногда пытались выдать себя за благородных людей. И их за это обычно четвертовали — Сир Доран Амальви. И что же за подвиг вы совершили, что вам оказали такую честь?
— Вызволил леди Арбелу из плена разбойников, которые ходили под бастардом барона Умсалуда. Теперь сир Астер собирает соседей, чтобы спросить за всё это с его папаши — наконец природа взяла своё и бывший наёмник стал выражаться попроще — В Лузимуне разве об этом не слышали? Барон Грумни говорил, что направил письмо герцогу. Всё таки оба владетеля его вассалы.
— Ха, старый хорёк всё таки доигрался! — рассмеялся сир Доран — А что до новостей, я, как видите, тоже только прибыл в город. Жаркое было дело с бандитами мелкого упыря?
— Да, но к счастью с нами, в отличии от них, был маг, это всё и решило — улыбнулся Конв — А вы знали о делах, что там крутятся?
— Догадывался, но доказательств не имел, да и далековато живу. Но с Умсалудами у нас вражда уже лет двести, с тех пор как моего предка вероломно оставили против превосходящих сил врага эти отродья. Не удивлён, что они теперь опустились до похищений благородных девиц — отозвался рыцарь — Где вы собираетесь остановиться?
— В Толстом Купце, вместе с моим нанимателем. Ну по крайней мере до него я обязался его довести в целости и сохранности — развёл руками начальник охраны каравана — Договор был заключён ещё до всей этой истории, но полагаю что рыцарь тем паче должен блюсти своё слово.
— Верно сказано — опять хохотнул Амальви — Будет свободное время, заезжайте ко мне в Сияющий Шлем, что в Чистом квартале. Хочу в подробностях услышать, как вы зарабатывали шпоры! Да и благородному человеку невместно ютиться у внешних стен в компании купчишек.
— Благодарю за приглашение — слегка склонил голову Конв.
В этот момент карета в окружении охраны, что стояла перед нами, наконец была пропущена и к стражникам двинулся наш собеседник, а я тихо проговорил:
— Смотри только чтоб тебе там морду не набили. Или чего похуже.
— Думаешь попытаются? — приподнял бровь бывший наёмник.
— Ну ты же мне при знакомстве хотел устроить взбучку — усмехнулся я — Благородные господа тебя тоже наверняка попробуют проверить на прочность.
— Ничего, как-нибудь выкручусь — мотнул он головой.
— Ну дай-то Свет — пожал я плечами. В конце концов Конв был мальчиком взрослым и сам был вправе решать свои проблемы. А их у рыцарей, особенно межевых, как бы не больше, чем у простолюдинов.
Мы же благополучно миновали ворота, избежав лишних вопросов, благо стражники видели, что наш гордый обладатель нового герба вполне по дружески общался с другим рыцарем, судя по всему уже известным в городе. Толстый Купец в свою очередь оказался немаленьким постоялым двором, где останавливались торгаши, а его вывеска полностью соответствовала названию. Мужик с огромным пузом на ней держал в одной руке кружку пива, а в другой здоровенную свинную рульку. Кухня здесь и правда меня порадовала, так что вскоре я набарабанился так, что больше уже физически не смог бы впихнуть в себя еды, лишь по чуть-чуть заливал недурственное вино. А купец, так же наевшись, проговорил:
— Ну что же, господа, мы наконец достигли промежуточной цели. Здесь отдохнём, расторгуемся и можно по подсохшим дорогам идти на север, в Вушвитц.
— Не думаю, что мне туда нужно — пожал я плечами — Я уж лучше как-нибудь на юг, где теплее.
— Что, вот так нас бросишь? — буркнул Баринд — Или просто денег больше охота?
— Ооо, вот не надо такое лицо делать, будто ты меня по доброте душевной из нищеты вытянул, а я тебя теперь подло кидаю — фыркнул я — Познакомились мы иначе, нам было по пути, своё дело я делал на совесть. Теперь остался честный расчёт и мы расстанемся хорошими друзьями. А
